Глава Бурятии:  компьютерные игры, социальные сети, доступность разных ресурсов с провоцирующим контентом влияют на детей
4 февраля 2014

«Кошелек, кошелек… Какой кошелек?»

От обвинений Кураева верхушка РПЦ защищается в стиле Кости Сапрыкина

Проблема Андрея Кураева, взявшегося разоблачать голубое церковное лобби, заключается в том, что он не может, подобно Глебу Жеглову, подбросить вору украденный им кошелек. Нет у диакона-правдоискателя методов против коллективного Кирпича в рясе.

В бессмертном киношедевре Станислава Говорухина «Место встречи изменить нельзя» вор-карманник Кирпич смеется в лицо взявшим его с поличным оперативникам: «Кошелек, кошелек… Какой кошелек? На, обыщи». Жулик уверен в своей безнаказанности, ведь он успел сбросить улику еще в трамвае. Вор знает, что бездоказательные обвинения ничего не стоят: «Нет у вас методов против Кости Сапрыкина». И он пошел бы дальше лазить по карманам, если бы «мильтон поганый», то есть капитан Жеглов, не догадался банально подбросить Кирпичу украденный им кошелек.

Проблема, о которой уже больше месяца трубит Кураев, с одной стороны, духовно-нравственная, а с другой – почти криминальная. Даже безо всяких «почти», ведь как неоднократно утверждал диакон, речь в ряде случаев идет не просто о сексуальных домогательствах гомоиерархов к семинаристам и юным церковнослужителям, но и, выражаясь языком УК РФ, о «понуждении лица к половому сношению…с использованием материальной или иной зависимости потерпевшего», иногда даже о физическом насилии. Критики мятежного диакона (а это почти сплошь представители церковной номенклатуры либо апологеты патриархии из числа «православных экспертов») предостерегают о. Андрея от голословных обвинений и советуют ему со всеми подозрениями обращаться в церковный суд. При этом в обязательном порядке сочувствуют своему брату во Христе, которого постигла «духовная катастрофа». О самой же проблеме, поднятой Кураевым, а именно о процветающей педерастии в церковной среде, не говорят ни слова либо делают вид, что это редкие эксцессы, а вовсе не порочная система.

О бесперспективности обращения в церковный суд диакон доходчиво написал в своем блоге и рассказал во множестве комментариев для самых разных СМИ (кроме государственных, которым приказано игнорировать эту тему). Но дело даже не в отсутствии реального правосудия внутри церкви, подчеркивает Кураев, проблема в уголовном характере тех шалостей, которые позволяют себе гомоепископы и их приближенные. Вот что православный диссидент сказал по этому поводу в одном запрещенном интервью: «Если поступило обвинение, что монах ест колбасу во время Великого поста или проповедует ересь, государство в это не вмешивается. Тут пусть разбирается внутрицерковный суд по своим внутрицерковным канонам. Но если речь идет о преступлениях против личности, о криминале, то извольте немедленно передать все поступившие материалы в прокуратуру».

Обращаться в следственный комитет и прокуратуру патриархия не спешит, более того, своими решениями дает понять, что в действиях даже самых наглых начальников-гомосексуалистов большого греха не видит. Разоблачение проректора Казанской семинарии (комиссией из Москвы, направленной в связи с жалобами семинаристов) привело к перемещению гомоигумена в Тверскую епархию. Ни лишения сана, ни тем более уголовного дела. По версии Кураева, работа комиссии во главе с протоиереем Максимом Козловым была всего лишь частью аппаратной игры: на место престарелого митрополита Казанского Анастасия претендовали два проректора семинарии, оба нетрадиционной ориентации. В результате разбирательства игумен Кирилл Илюхин выбыл из борьбы, но с гомосексуализмом как с устоявшейся практикой в епархии, да и вообще в церкви никто и не думал бороться.

Вообще РПЦ при патриархе Кирилле стала чем-то вроде заповедника для педерастов. Трое из четверых епископов, при Алексии II лишившихся должностей в результате гей-скандалов, действующим главой РПЦ были фактически реабилитированы и занимают высокие посты. Голубое церковное лобби обеспечивает своим людям карьерный рост, а нормальные священники, в том числе архиереи, закрывают глаза на этот содом, потому что понимают правила игры. «Никто из них не пробует бороться с этим в своей епископской среде, – утверждает Кураев. - И мало кто решается на эту борьбу даже в подчиненном им духовенстве. Священнику легче угодить под наказание за проповедь или интервью, за второй брак, чем за доказанный гомосексуализм. Даже хороший епископ, узнав, что у него завелся такой священник, сплошь и рядом не лишает его сана, а отправляет в другую епархию с хорошей характеристикой».

Диакон все же надеялся, когда затевал разоблачительную кампанию, что патриарх Кирилл при такой информационной поддержке начнет чистку в церкви. Но предстоятель РПЦ в последний месяц говорил о чем угодно, только не о самой острой церковной проблеме. Обсуждать ее и тем более решать патриархия не намерена – это стало ясно из выступления протоиерея Всеволода Чаплина в январе. В разгромном телеобращении он заявил, что Кураев мстит за увольнение из Московской духовной академии, что поддерживают его в основном недруги церкви, что расследования диакона – это «распространение сплетен», а его блог – «отравленный источник». В итоге Чаплин предложил Кураеву покаяться или покинуть РПЦ. Про сам же «грех мужеложства» церковный спикер упомянул в двух словах, отметив, что «если он существует», то должен быть обличен и наказан, но для этого нужны показания двух-трех неанонимных свидетелей. Чем позиция патриархии принципиально отличается от наглого кривлянья Кирпича: «Кошелек, кошелек… Какой кошелек?» Разве тем только, что глумливый карманник – киношный, а церковь со своим фальшивым благочестием – настоящая.

Кураев не стал каяться, но и не ушел в раскол, а продолжил разоблачать педерастов в рясах, поясняя при этом, что публикуемые им письма якобы анонимных жертв домогательств гомоиерархов для него не анонимны – эти люди ему известны и готовы, если понадобится, свидетельствовать в суде. Раскрывать их имена диакон не спешит, прежде всего потому, что семинаристы, столкнувшиеся с «системой», остаются в ее власти. Защитить их от произвола голубого начальства может только руководство РПЦ, но оно нацелено исключительно на самозащиту.

В этом не осталось никаких сомнений после 1 февраля – дня пятилетия интронизации патриарха Кирилла. В юбилейную речь он включил говорящую о многом фразу: «Я убедился, что, если именно в ответ на воздыхание всей церкви патриарх принимает те или иные решения, они единодушно принимаются и синодом, и собором, и всей церковью и не вызывают никакого противления, за исключением, может быть, самого небольшого круга людей, которые не столько о благе церкви пекутся, сколько о своих политических взглядах или неких идеях, которые, по их мнению, должны реализоваться в церковной жизни». Означает ли это, что и назначение гомосексуалистов правящими архиереями происходит «в ответ на воздыхание всей церкви»?

После неудавшейся кавалерийской атаки Чаплина на вышедшего из-под контроля дьякона патриархия сменила тактику – теперь она как бы не обращает внимания на Кураева и его расследования. Однако, как справедливо отмечает православный блогер, «каждый день не-реакции патриархии умножает ее же неприятности. Такое бездействие лишь подтверждает мой тезис о наличии голубого лобби в церковной власти». Понимая это, руководство РПЦ пытается опровергать выводы Кураева, не называя его по имени. Ситуация начинает напоминать прошлогоднюю заочную полемику Путина с Навальным, фамилию которого президент, как известно, почти никогда публично не произносит, «чтобы не делиться популярностью».

Кураев гораздо популярнее митрополита Илариона Алфеева, однако и он в интервью программе «Вести в субботу» (1 февраля) не произнес имени дьяка, как и ведущий, задавший вопрос про разномыслие в церкви: «Что для вас большая проблема — вынос сора из избы или наличие сора?» «Конечно, большая проблема — наличие сора. Но, во-первых, наличие сора нужно доказать. Во-вторых, сор нужно выметать из избы собственными силами, а не выносить его на всеобщий суд, потому что тем самым подрывается авторитет церкви», - ответил викарий патриарха. Иларион – один из умнейших людей в РПЦ, но по сути его аргументация сводится все к тому же чаплиновскому: «А ты докажи!».

А может, руководство церкви не знает про нестандартную ориентацию примерно пятидесяти из трехсот с лишним епископов, не допускает, что такое возможно? В самом деле, не станут же в синоде спрашивать у каждого кандидата в архиереи, а не голубой ли он случайно. Так может рассуждать человек, который вообще не представляет себе, что такое РПЦ. Может ли президент не знать чего-то значимого хотя бы об одном из губернаторов? А церковь – структура гораздо более тоталитарная, чем путинское государство. Патриарх прекрасно знает про существование голубого лобби и проделки гомоиерархов. И Кураев это знает, поэтому и ждет от первосвятителя решительных шагов. Но слышит в ответ: «Какой кошелек?» или как там: «Наличие сора нужно доказать», что по сути одно и то же.

Будь Кураев таким, как Жеглов, он уже сказал бы: «Да вон, в левом кармане», ну или еще что-нибудь в этом роде. Но он ведь не опер и разоблачает не уголовников (впрочем, как посмотреть). Диакон борется не с родной церковью, а с мерзостью, в которой эта церковь почти утонула. И топить ее окончательно у него явно нет желания. Поэтому жегловский знаменитый тезис про вора, который должен сидеть в тюрьме, даже если ради этого придется подкинуть ему кошелек, Кураеву не подходит – для него не все средства хороши. В борьбе с такой циничной структурой, как голубое церковное лобби, это очень слабая, донкихотская позиция. Он и сам это понимает. «Каналы самоочистки церкви забетонированы. Их можно только взорвать извне пришедшим действием, то есть таким, которое не предусмотрено «протоколами». В радикальный взрыв и избавление от всего дерьма я, впрочем, не верю. Но, может, удастся хотя бы проветрить...» - сказал диакон в том самом запрещенном интервью, и понятно, почему его запретили.

Оппоненты Кураева говорят про него, глядя в камеру честными глазами, даже с укором, переживают, как же он, сплетник и клеветник, на Страшный суд-то явится. За себя они, видимо, не беспокоятся, им не страшно и не стыдно. «Хоть плюй в глаза - все божья роса» - про кого это? Может, про Кирпича из говорухинского фильма?

Глеб Александров

Версия для печати
Главное
Политологи Иванов, Давыдов и Марков обсудили с «Клубом Регионов» особенности назначения мэров
Вопрос о возвращении прямых выборов мэра до сих пор поднимают на региональных уровнях. Недавно свое мнение по этому вопросу выразил губернатор Архангельской области Игорь Орлов – возвращать старую модель выборов он не собирается, потому что, по его словам, новая, действующая с 2015г., система хорошо себя зарекомендовала. Политические эксперты также поддерживают действующую систему. «Мера вполне эффективна, особенно в условиях глобального кадрового дефицита», – считает политолог Леонид Давыдов. Его коллега Сергей Марков напомнил, что раньше на выборах власть в городах «захватывали олигархические группировки». А политолог Виталий Иванов убежден, что мэр должен напрямую подчиняться и назначаться губернатором, потому что «независимый от губернатора мэр – это абсолютное зло».
Эксперты: основная интрига выборов губернатора Владимирской области – одобрит Кремль кандидатуру Орловой или нет
Трех кандидатов для участия в выборах губернатора Владимирской области рассматривают в КПРФ. В ЛДПР также заявили, что примут участие в выборах главы региона. По мнению экспертов, среди местных оппозиционных политиков никто не сможет составить конкуренцию действующему губернатору Светлане Орловой, если она пойдет на новый срок. В то же время они не исключают конкуренцию за право стать кандидатом в губернаторы внутри «Единой России». Наблюдатели также говорят о возможности смены Орловой на нового врио губернатора. Среди потенциальных сменщиков называют сенатора Антона Белякова. Политолог Евгений Полковников считает, что губернаторское будущее Орловой на 80% зависит от итогов выборов президента России.
Эксперты: сохранить прямые выборы мэра в Екатеринбурге будет непросто
По мнению губернатора Свердловской области Евгения Куйвашева, главы городов, назначенные по конкурсу, работают эффективнее всенародно избранных мэров. При этом он добавил, что его позиция не должна отразиться на решении о форме проведения выборов мэров в Екатеринбурге и Нижнем Тагиле, где мэры избираются населением. Эксперты отмечают, что практика не показала большей эффективности сити-менеджеров по сравнению с избранными мэрами. Политолог Дмитрий Орлов заявил, что в реформе местного самоуправления есть как свои плюсы, так и минусы. Его коллега Сергей Мошкин считает, что у свердловской областной власти есть все политические возможности, условия и желание ликвидировать прямые выборы в Екатеринбурге, а в Нижнем Тагиле гарантом сохранения этого института остается всенародно избранный глава Сергей Носов.
«Белкомур» позволит заработать регионам более триллиона рублей
Значимость реализации проекта «Белкомур» для северных регионов России не вызывает сомнений у специалистов. Известные политологи, экономисты и транспортники утверждают, что железная дорога изменит экономику регионов арктического пояса, позволит привлечь миллиардные инвестиции и создать тысячи рабочих мест. На реализации этого проекта сейчас активно настаивает губернатор Архангельской области Игорь Орлов, который при этом старается учесть интересы соседей – НАО и Мурманской области, заявляя «Белкомур» в качестве «общероссийского проекта». Большое значение «Белкомура» для развития экономики арктической зоны отмечает и председатель комитета Госдумы по проблемам Севера и Дальнего Востока Николай Харитонов. А гендиректор «Белкомура» Владимир Щёлоков обратил внимание на исследования проекта экспертами, которые единогласно говорят о скорой окупаемости «Белкомура». Политолог Григорий Добромелов отмечает, что архангельский губернатор делает акцент на общероссийском значении «Белкомура»: «Орлов старается максимально привлечь внимание и максимально воспользоваться собственным ресурсом для того, чтобы этот проект, в конце концов, был реализован».