Политолог Склянчук: скандал с Неверовым – единичный случай проявления тектонических процессов на праймериз «Единой России»

Дополнительный отбор среди победивших на праймериз ЕР, может демотивировать самих кандидатов, но он необходим партии, конституционное большинство которой в Думе зависит от одномандатников, считает политолог Павел Склянчук. В интервью «Клубу Регионов» он прокомментировал планы партии менять кандидатов с учетом их рейтинга, а также первый громкий скандал на праймериз.

– Разве результаты предварительного голосования не показывают рейтинг кандидатов? Зачем дополнительные замеры?

– Конечно, показывают. Не зря ведь «Едина Россия» мобилизует большую базу сторонников, которые должны сначала пройти регистрацию, затем проголосовать. В противном случае, зачем тогда всё это? Задача праймериз – определить кандидатов, которые потенциально пользуются поддержкой.

Но и здесь есть нюансы. Они в том, что даже сами кандидаты не до конца понимают смысл праймериз. Зарегистрировался – хорошо. А что дальше? Насколько уже сейчас нужно разворачивать полноценную кампанию, когда у тебя нет прочных гарантий выдвижения?

Однако, дополнительная проверка кандидатов, их рейтинга и антирейтинга, конечно, нужна. Она касается прежде всего одномандатных округов, потому что на выборах в Госдуму ЕР набирает конституционное большинство преимущественно за счет одномандатников. Праймериз праймеризом, но никто не отменял дополнительные замеры. Это, кстати, не новость – такое происходит постоянно.

– И регулярно мы видим обвинения в адрес ЕР от победивших на праймериз, но не выдвинутых в итоге кандидатов. Что сами выборщики об этом думают?

– Такие случаи неизбежно будут и в этом сезоне – уже есть история с Сергеем Неверовым. Мне кажется, что это демотивирует некоторых кандидатов, поскольку они понимают, что у них не будет рычагов отстоять свое право на выдвижение только за счет победы на праймериз.

А что касается избирателей, то я не склонен преувеличивать значимость и узнаваемость процедуры предварительного голосования. В основной массе люди не воспринимают праймериз как процедуру, гарантирующую выдвижение победившего кандидата. Если в бюллетене окажется другая фамилия, думаю, мало кто из-за этого расстроится.

– Какой в таком случае мотив у выборщиков для участия в процедуре праймериз?

– У единороссов есть большая мобилизационная база, – миллионы людей – это те, кого в политологии называют «молчаливым большинством». И если им начальство сказало проголосовать – они проголосуют. Тем более, всё теперь упростилось, и это можно делать через интернет.

– Верно ли в таком случае предположение, что выборщики в основной массе не сильно вникают, за кого они голосуют на праймериз?

– Они голосуют за того, за кого им рекомендуют голосовать, потому что внутри партии есть система «основного кандидата». И если мы говорим, например, о действующих депутатах Госдумы, то у них есть уверенность, что, если их согласовали для выдвижения на праймериз, то дальше дадут зеленый свет.

– Вы упомянули Неверова, который сделал очень резкие заявления в адрес партии. У ЕР есть механизмы предотвращения такого негатива?

– Политменеджерам удалось основную массу таких ситуаций решить путем кабинетных договоренностей. Тут можно вспомнить, что вице-спикер Анна Кузнецова заявилась на праймериз в Саратовской области [в 2021 году она входила в федеральную пятерку], а бывший спикер закса Петербурга Вячеслав Макаров – в Чувашии. Так что, какие-то тектонические процессы внутри партии проходили, но в публичное пространство просочились единичные случаи, как с Неверовым. Думаю, что по итогам праймериз по пальцам одной руки мы сможем пересчитать подобные резонансные истории.

По итогам прошлых кампаний был сделан вывод. Может возникать несогласие между региональными элитами и федеральным центром, но итоговые цифры видят в Москве. Следовательно, у региональных исполкомов ЕР будет меньше возможности вмешаться в результаты праймериз и объявить победителем не тех, кого нужно.