Эксперт:  с таким подходом Миронову надо быть не губернатором, а мэром Ярославля
1 июля 2011 | Архив

Путин: мы должны поддерживать стремление граждан в общественной деятельности на благо России

Фото: premier.gov.ru

Председатель правительства РФ Владимир Путин принял участие в Межрегиональной конференции региональных отделений партии «Единая Россия» Уральского федерального округа на тему «Стратегия социально-экономического развития Урала до 2020 года. Программа на 2011-2012 годы».

Выступление В.В.Путина на конференции:

Добрый день, уважаемые друзья, коллеги!

Позвольте мне вас всех поприветствовать здесь, на Урале. Урал по праву олицетворяет глубинную, основательную, фундаментальную мощь нашей страны, огромную созидательную силу и энергию нашего народа. Уральцы не боятся ставить перед собой самые большие и амбициозные цели, умеют достигать результатов. Поэтому уверен, что серьёзные планы, о которых мы сегодня, безусловно, будем говорить, обязательно будут воплощены в жизнь. И в этой работе мы, конечно, прежде всего должны опираться на наших граждан, на людей, поддерживать их стремление к самореализации в профессии, бизнесе, общественной деятельности на благо народа России.

Уважаемые коллеги, вырабатывая план развития для Урала, мы, конечно, должны эффективно использовать его конкурентные преимущества, но при этом нужно чётко обозначать и проблемы, узкие места, как принято говорить, которые мешают устойчивому развитию региона.

На Урале многие наши общие, системные проблемы проявляются в наиболее концентрированном виде. Например, региональная экономика Урала пока, к сожалению, слабо диверсифицирована, сильно завязана на экспорт сырья и товаров с низким уровнем передела, а значит, чрезмерно зависима от всякого рода конъюнктурных колебаний.

К этому нужно добавить нехватку современной инфраструктуры, прежде всего транспортной, что снижает, конечно, и качество жизни, и не даёт подступиться ко многим перспективным проектам. Это естественно и понятно. Есть дорога – значит, есть жизнь, бизнес развивается, экономическая активность; нет – и всё стоит, даже при наличии, допустим, больших месторождений и возможного их использования.

Мы сталкиваемся с серьёзными дисбалансами, которые достались нам, конечно, от прежних времен. Возводились заводы, осваивались месторождения, но забывали, к сожалению… Ну что камни бросать в прошлое? Просто, может быть, и не могли когда-то этим заниматься, не могли как следует подумать о том, чтобы создать необходимые современные условия для жизни людей, решать экологические проблемы. И конечно, наследство из бараков, времянок и неблагоустроенного жилья тянет нас назад.

В современных условиях мы так поступать не имеем права, не будем. Не можем и не будем добиваться развития любой ценой, переступая через интересы граждан. Нам предстоит сосредоточиться на нескольких стратегических направлениях.

Во-первых, это совершенствование социальной инфраструктуры в целом, создание комфортных, достойных условий для жизни граждан. Главное – нам есть ради кого вести эту работу.

Начиная с 2009 года (и это очень приятная информация, которой я хочу с вами поделиться, наверняка многие из вас об этом знают) на Урале был зафиксирован естественный прирост населения. Подчеркну: речь именно о естественном приросте, когда рождаемость превышает смертность. В 2010 году число родившихся превысило число ушедших из жизни на 8,6%.

Нам нужно так настроить нашу промышленную, инфраструктурную политику, так развивать экономику региона, чтобы это открывало новые возможности для людей, создавались высокооплачиваемые рабочие места и при этом промышленные объекты не порождали экологических рисков.

Второе. Необходимо значительно расширять экономическую базу Уральского федерального округа, обеспечить её устойчивость за счёт создания перспективных инновационных центров, индустриальных кластеров поддержки малого и среднего предпринимательства, развития новых секторов, например, туризма, наноиндустрии, фармацевтики, сферы услуг.

В мае на нашей межрегиональной конференции в Волгограде было выдвинуто предложение о создании Агентства стратегических инициатив. На сайт агентства уже направлено более 800 проектов практически из всех регионов Российской Федерации. И мне особенно приятно отметить сегодня здесь, что больше всего проектов (почти треть) поступило из Свердловской области.

Я тоже вам поаплодирую – это же ваших рук дело. Думаю, поэтому будет справедливо, что первую региональную структуру агентства мы создадим именно здесь, в Екатеринбурге.

Сейчас представленные проекты проходят общественное обсуждение и экспертную оценку. Есть действительно очень достойные и перспективные, интересные идеи, в том числе в социальной сфере, например, организация региональной сети частных детских садов, производство средств реабилитации для детей с ограниченными возможностями по здоровью и так далее.

Кстати, также 10 дней назад завершён приём заявок на должность генерального директора этого агентства и директоров по направлениям. В проработке находится около тысячи заявок. И уже сейчас видно, что среди кандидатов есть много ярких, талантливых людей с замечательными идеями. Итоги конкурса подведём совсем скоро. В 20-х числах июля я планирую провести и экспертный совет, который будет сформирован из победителей конкурса. Тогда же примем решение о том, кто возглавит агентство и войдёт в его наблюдательный совет. И уже в августе этого года агентство начнёт работать.

Хотел бы поблагодарить всех, кто проявил активный интерес к идее создания этой структуры, выразил готовность проверить себя в сложной конкурентной борьбе. Вне зависимости от результатов конкурса каждый его участник будет непосредственно вовлечён в работу агентства, формирование его региональной сети.

Через две недели в Екатеринбурге стартует инновационно-промышленный форум «Иннопром-2011». В этой связи следует, мне кажется, собрать на площадке этого форума всех, кто принимает участие в конкурсе и планирует работать в агентстве. Для них это будет хорошей возможностью наладить прямой диалог, обсудить общие задачи и проблемы.

Я просил бы руководство Свердловской области оказать содействие в решении организационных вопросов. Со своей стороны мы, разумеется, тоже окажем всю необходимую поддержку. И не сомневаюсь, что среди первых пилотных проектов Агентства стратегических инициатив обязательно будут проекты из Уральского федерального округа.

Третье. Следует кардинально повысить эффективность тех отраслей, которые сегодня играют ведущую роль в экономике округа. Это, известно, ТЭК, металлургия, машиностроение и оборонка. Здесь нужно продолжить глубокую технологическую модернизацию, обеспечить выход на новые рынки.

И, конечно, четвёртое. Необходимо серьёзно подтянуть инфраструктуру округа: транспорт, электроэнергетику, жилищно-коммунальное хозяйство, – строить и ремонтировать дороги. За последние годы здесь кое-что удалось сделать. Идёт реконструкция ключевых федеральных трасс «Урал» и «Байкал», которые проходят через территорию Уральского федерального округа и связывают его с европейской частью России и Сибирью и Дальним Востоком.

Обновляются региональные дороги Тюмень-Ханты-Мансийск, Екатеринбург-Тюмень. Уже построены автомобильные обходы Челябинска и Магнитогорска. В ближайшее время от грузового транспорта и, значит, и от связанных с ним экологических и других рисков, будут избавлены Екатеринбург, Тюмень, Курган, Каменск-Уральский.

На приведение в порядок дорожной сети административных центров Уральского федерального округа – Екатеринбурга, Кургана, Челябинска, Тюмени, Салехарда, Ханты-Мансийска – за 2010-2011 годы мы выделили порядка 3 млрд рублей. Также оказываем финансовую помощью регионам на строительство и реконструкцию дорог к сельским поселениям.

Для справки могу сказать, что регионы Уральского федерального округа в 2011 году получили федеральные субсидии на строительство подъездов к сельским поселениям в объёме более чем 261 млн рублей. Я прошу коллег на местах, наши партийные структуры держать ситуацию с ремонтом и строительством дорог под самым пристальным контролем, в том числе активно привлекать общественные организации. Если кто-то из вас видел, я в Пскове встречался с теми, кто занимается этим на общественных началах: делают от души и очень эффективно. Вот такие структуры нужно искать и таких инициативных людей привлекать к работе подобного рода.

Вместе с тем хочу подчеркнуть: сегодня нам нужны уже не просто отдельные проекты, а планомерное развитие дорожной сети по всей территории страны, конечно, в том числе и здесь, на Урале.

В ближайшие 10 лет объёмы дорожного строительства в России должны быть увеличены минимум в 2 раза. Чтобы сконцентрировать средства на строительстве и содержании дорог, мы приняли решение о создании федерального и региональных дорожных фондов.

До 2020 года в федеральном и региональных фондах будет аккумулирована очень значительная сумма – 8 трлн рублей, в том числе в региональных фондах больше половины – 4,6 трлн рублей. Объём региональных дорожных фондов Урала составит не менее 750 млрд рублей. Действительно, с такими ресурсами, конечно, можно решать масштабные задачи.

Важно правильно расставить приоритеты в этой работе. Я предлагаю направить значительную часть ресурсов из региональных дорожных фондов именно на дороги в районных центрах, малых городах и на селе. И конечно, у нас не должна возникать ситуация, когда дорога подходит к районному центру или селу, а внутри там грязь и сплошные колдобины: не только проехать, пройти невозможно.

Одновременно нам предстоит серьёзно увеличить возможности железнодорожного транспорта в Уральском федеральном округе. Особый приоритет – организация межрегиональных и пригородных пассажирских перевозок. Уже проведена реконструкция вокзальных комплексов в Челябинске, Екатеринбурге, Кургане. В перспективе хотелось бы увидеть скоростное сообщение между Екатеринбургом и Челябинском. Такие планы у РАО «РЖД» есть, будем их поддерживать.

Уже к 2013 году на базе транспортного узла в Екатеринбурге будет создан крупный логистический центр международного уровня. На этот проект планируется направить 12,3 млрд рублей, в том числе из внебюджетных источников – более 10 млрд рублей.

В этой связи хотел бы подчеркнуть: мы будем привлекать серьёзные частные инвестиции в инфраструктуру, готовы создавать для этого необходимые условия, использовать механизмы частно-государственного партнёрства, возможности институтов развития. Это в том числе касается таких комплексных межрегиональных мегапроектов, как «Урал промышленный – Урал полярный». Но при этом ещё раз хочу подчеркнуть: для нас принципиально важно, чтобы подобные проекты реализовывались на основе чётких и понятных категорий, таких, как рентабельность, экономическая отдача, окупаемость вложенных капиталов, чтобы частные инвесторы, заявляющие о готовности войти в такие инфраструктурные проекты, строго исполняли свои обязательства.

Знаете, я изначально поддерживал этот проект, когда ещё предыдущий представитель Президента начинал работу по этому направлению. И надо сказать, что очень многое сделано по реализации этого действительно крупного, масштабного проекта.

Вместе с тем, и мы недавно это в Правительстве обсуждали, могу с вами поделиться этими соображениями: мы должны быть абсолютно уверены в том, что, если Федерация будет вкладывать (или регионы будут вкладывать) государственные ресурсы в инфраструктуру, скажем, в железные дороги или автомобильные дороги, мы должны быть абсолютно уверены, гарантированы, что частный бизнес, который заявляет свою готовность работать по этим проектам, вложит свою часть ресурсов. Чтобы у нас не получилось так, как бывает иногда, что государство вкладывает средства, а обещанные частные инвестиции не поступают, и всё подвисает или опять государство должно вкладывать деньги налогоплательщиков. И в данном случае надо обязательно разработать такие механизмы, которые гарантировали бы нам исполнение обязательств всеми участниками этого процесса.

Серьёзные средства планируем направить на развитие аэропортной инфраструктуры, естественно, учитывая северную специфику региона. Уже идёт обновление аэропорта Кольцово в Екатеринбурге. Он станет крупным хабом для международных и внутренних перевозок.

В ближайшей перспективе планируется реконструкция аэропорта Баландино Челябинской области, аэропортов Тюмени, Кургана, Ханты-Мансийска, Магнитогорска, Ноябрьска, Салехарда, Нового Уренгоя, Ямбурга, Нижневартовска, Урая, Нефтеюганска и ряда других городов. Особое внимание уделим развитию социально значимых авиаперевозок в труднодоступных районах за полярным кругом, где, собственно говоря, кроме самолета других средств передвижения нет, если не считать оленей.

Хочу здесь подчеркнуть: своё присутствие в Арктике Россия намерена, безусловно, расширять. Мы открыты для диалога с нашими зарубежными партнёрами, со всеми соседями по арктическому региону, но, разумеется, собственные геополитические интересы будем защищать твёрдо и последовательно. Будем развивать в регионе современную пограничную инфраструктуру, метеорологические станции, систему мониторинга за состоянием природы и биоресурсов.

В российской Арктике нам предстоит провести настоящую генеральную уборку: утилизировать мусор, пресловутые бочки с горюче-смазочными материалами, которые десятилетиями копились вокруг станций, военных баз и северных поселков. Я был там в прошлом году, посмотрел – просто ужас какой-то! Всё брошено в таком количестве, которое просто и не снилось. Брошено, и всё! Во многих местах проржавели эти бочки, всё вытекает наружу. А вы представляете, Арктика – многие из здесь находящихся в зале знают, как там уязвима экологическая среда. И если сегодня это не начать, то последствия продолжения такой бесхозяйственности могут быть необратимыми.

Мы также не вправе забывать о бережном отношении к традициям и хозяйственному укладу коренных народов Севера, для которых Ямальская тундра, Югорская тайга, Полярный Урал – это родной дом, родина их предков. Самобытность их культуры, образа жизни нужно обязательно учитывать при развитии социальной сферы, систем образования и здравоохранения, формировании информационной среды.

И ещё добавлю. Ни один индустриальный проект в российской Арктике не будет реализован без учёта самых строгих экологических стандартов. Это в полной мере относится и к программе комплексного освоения полуострова Ямал и планируемому выходу на шельфы Карского моря. Там мы специально предусматриваем дополнительные требования к компаниям, работающим на шельфе. Это не только наличие соответствующих технологий и специалистов, но и достаточные финансовые ресурсы, которые должны быть в распоряжении компаний и которые в случае форс-мажора позволят реализовать все мероприятия по ликвидации аварий и в полном объёме возместить ущерб окружающей среде.

На Ямале в рамках проекта по сжижению природного газа будем строить наш новый арктический порт Сабетта. Базой для производства СПГ станет Южно-Тамбейское газовое месторождение. Здесь же появится современный завод СПГ и транспортная инфраструктура.

Проект реализуется одной из наших нефтегазовых компаний совместно с иностранными партнёрами. Государство со своей стороны возьмёт на себя обустройство акватории порта. Общий объём инвестиций – 900 млрд, где-то триллион, может быть, будет, а может быть, даже и больше с учётом всей инфраструктуры. Огромный проект не только для Уральского федерального округа, для страны в целом.

Первые танкеры СПГ должны загружаться на терминалах Сабетты уже в 2018 году. Мы сможем выйти на перспективные рынки и значительно диверсифицировать экспортные поставки и наши экспортные маршруты, и не будем привязаны исключительно только к трубопроводному транспорту.

А если смотреть шире, то строительство нового ямальского порта – это часть большой работы по возрождению Северного морского пути. Сейчас готовится законопроект, который должен урегулировать все вопросы судоходства по Севморпути, в том числе планируется создать специальную структуру, отвечающую за развитие и эксплуатацию этого стратегического транспортного коридора.

На Оби, других реках должны появиться современные терминалы, в том числе способные обслуживать суда «река-море». Это даст возможность интегрировать внутренние водные артерии с Северным морским путём. Нам потребуются танкеры, газовозы, суда ледового класса. Это такой, комплексный проект, который потребует участия предприятий из разных отраслей нашей промышленности.

Россия – это великая арктическая держава. Нам без сильного ледокольного флота жить невозможно. И обязательно будем пополнять ледокольный флот страны. В период 2012-2020 годов будет построено не менее трёх линейных атомных ледоколов нового поколения, а также на наших верфях будет заложена целая серия ледоколов с обычными двигательными установками. Ввод всех этих судов в строй позволит обеспечить стабильную круглогодичную работу в Арктике, проводку судов по всему маршруту от Тихого океана до Атлантики. Это большая, очень масштабная и крайне нужная для страны работа.

Вопрос опережающего развития инфраструктуры – на самом деле один из ключевых для формирования новых центров нефте- и газодобычи современных промышленных кластеров. Так, мы должны избавляться от старой неэффективной генерации и при этом серьёзно, минимум на треть, увеличивать возможности Уральской энергосистемы. Это значит, что в ближайшие 10 лет нужно построить новые станции общей мощностью около 10 ГВт, причём уже в 2011 году (в текущем, вот сейчас), будет введено 2,3 ГВт. Это блоки Сургутской ГРЭС-2, Среднеуральской ГРЭС, Курганской ТЭЦ-2.

Для сравнения (не для энергетиков, энергетики знают, что это за цифры, а для тех, кто не в теме) могу сказать, что сейчас общая мощность энергосистемы Урала – 27,7 ГВт. Вот общая мощность сейчас – 27,7, а мы должны за ближайшие годы построить 10. Масштаб понятен, наверное, да?

В прошлом году Россия вышла на первое место в мире по добыче нефти – более 500 млн тонн. Первое место, обогнали все нефтедобывающие страны. Я хочу поздравить наших нефтяников с этим результатом. 500 млн тонн – это как раз тот оптимальный объём, та планка, которая полностью покрывает и внутренние потребности страны, и наши экспортные обязательства. И такой уровень добычи мы, конечно, должны удерживать в последующие годы.

Что касается сбоев в поставках нефтепродуктов на внутренний рынок, – это не зависит от объёмов добычи, они достаточны, здесь нам нужно думать над переработкой и совершенствованием правил, которые стимулировали бы наши нефтяные компании, и НПЗ поставлять необходимый продукт в нужном объёме на внутренний рынок.

Подавляющая часть российской нефти, свыше 300 млн тонн из 500, добыта именно в Уральском федеральном округе. Но мы должны понимать, что Западно-Сибирская нефтяная провинция активно эксплуатируется уже не одно десятилетие. И чтобы сохранить уровень добычи, нам нужны передовые технологии. И нельзя допускать работу по простому принципу: сливки снял и смылся.

Необходимы серьёзные инвестиции в геологоразведку, в повышение нефтеотдачи, в последующую рекультивацию территорий. В этой связи существенный резерв – это, конечно, освоение небольших месторождений, использование низкодебитных скважин, тем более что многие из них находятся в районах с развитой инфраструктурой и не требуют больших затрат на обустройство. В этой связи наша задача – создать максимально благоприятные условия для малого и среднего бизнеса в нефтянке.

Именно такие компании способны дополнительно включить в оборот сотни нефтеносных участков. И конечно, таким производителям необходимо обеспечить чёткий порядок доступа и подключения к магистральным трубопроводам. Это понятная вещь, это нужно будет обеспечить любой ценой. Чтобы связать перспективные месторождения Ямало-Ненецкого округа и Севера Красноярского края с единой системой трубопроводов, был реализован проект строительства нефтепровода Пурпе-Самотлор. Работы здесь шли с опережением графика. Только в апреле 2010 года было принято решение о строительстве этой трубопроводной системы, а уже в мае 2011 года сварен последний стык на 430-километровой трассе. Это хорошая работа. И уже этой зимой магистральный нефтепровод будет введён в эксплуатацию. Мощность нефтепровода, кстати, 25 млн тонн в год с перспективой увеличения до 50 млн тонн, и он в том числе будет использоваться для загрузки нашей магистральной системы к берегу Тихого океана. В дальнейшем до 2015 года нитка нефтепровода будет продлена ещё на 490 км. Таким образом, маршрут Заполярье-Пурпе-Самотлор будет полностью сформирован. У меня нет никаких сомнений в том, что мы это сделаем.

Что касается газа, то его добычу в регионах округа предстоит существенно нарастить на 150 млрд куб. м к 2020 году. Кстати, в 2010 году добыча газа на территории Уральского федерального округа составила 571 млрд куб. м. Вот 571 было в 2010 году, а на 2020 год мы ставим перед собой задачу – 725 млрд куб. м. Рост существенный, это 16%, но вполне реалистичная задача.

Ключевой проект здесь – это освоение уникального Бованенковского месторождения на полуострове Ямал. К месторождению уже подведена железная дорога Обское-Бованенково, построенная в сложных, очень тяжёлых геологических и климатических условиях Заполярья. Чтобы не нарушать ранимую экосистему тундры, здесь возвели самый длинный в мире мост за Полярным кругом – почти 4 км – через пойму реки Юрибей. Кстати, на стройке этой железной дороги успешно работали и студенческие строительные отряды из уральских и других российских вузов. Они очень хорошо себя зарекомендовали, и хочу выразить им слова благодарности.

Сейчас «Газпром» полным ходом ведёт освоение самого Бованенковского месторождения и строит систему магистральных газопроводов Бованенково-Ухта. Газ с этого месторождения начнёт поступать уже в III квартале 2012 года, а к 2016 году по новому газопроводу будет перекачиваться до 115 млрд куб. м ямальского газа. Это хороший, существенный вклад региона в общую систему газодобычи страны. К слову, это примерно шестая часть добываемого газа в России. Для справки могу сказать, что в 2010 году в России добыто 650,8 млрд куб. м газа.

В России за весь год добыто 650 млрд, а только на Бованенковском месторождении разведанные и предварительно оцененные запасы газа составляют, мы подсчитали, 4,9 трлн куб. м газа – огромные мировые запасы.

Вы понимаете сейчас, как после трагедии на «Фукусиме» возрастает роль углеводородов и прежде всего природного газа в мире вообще и в Европе в частности, да и в нашей стране. Это вообще очень важный фактор, настоящее наше национальное богатство. Чтобы поддержать выход нефтяников и газовиков на новые месторождения, Правительство использовало целый набор налоговых преференций, в том числе установило нулевую ставку налога на добычу полезных ископаемых для проектов нефтедобычи и производства сжиженного газа на полуострове Ямал.

Очевидно, что нефть и газ составляют важнейшую статью доходов бюджета, поэтому мы работаем над тем, чтобы обеспечить баланс между задачей устойчивого наполнения бюджета и потребителями нефтяных компаний и их ресурсов для собственного развития. А инвестиции в развитие ТЭКа России действительно планируются масштабные.

Смотрю на эту цифру, и у самого дух захватывает. Только нефтяные компании должны вложить в ближайшие годы, до 2020 года, 8,6 трлн рублей, и я не сомневаюсь, что так и будет сделано. Из них порядка 940 млрд – в геологоразведку и восполнение сырьевой базы, 5,9 трлн – в обустройство месторождений, 812 млрд рублей – в транспортировку сырья; в модернизацию НПЗ – 780 млрд. Наконец-то решение проблемы полезного использования попутного нефтяного газа – 350 млрд.

Вы понимаете, что это такое? Это ведь не просто наковырять дырок и добыть нефть и газ – это огромные заказы для промышленности, в том числе для промышленности Уральского региона, по производству необходимого оборудования, труб, материалов, оборудования по производству объектов энергетического машиностроения, целый комплекс задач. Вот он, рынок колоссальный! Нам нужно только сделать так, чтобы эти средства прежде всего доставались нашим подрядчикам и нашим предприятиям, но при этом, безусловно, они должны выходить с конкурентоспособной продукцией и по качеству, и по цене.

Я уже сказал о попутном нефтяном газе, о том, что на его использование планируется в рамках этих программ направить где-то 340 млрд. Горящие факелы над нефтяными месторождениями стали у нас одним из символов нерачительного и архаичного отношения к собственным природным ресурсам. В 2004 году попутный газ использовался на 73%, сейчас компании подошли к рубежу 80%. Требование на 2012 год остаётся неизменным – 95% полезного использования этого газа. Причём мы должны сделать следующий шаг: не просто применять попутный газ в качестве топлива для электростанций, а ещё шире использовать его ценное сырье для комплексной газохимии для производства газомоторного топлива. Как мне говорил один из бывших руководителей «Газпрома», вы знаете, какое это ценное сырье, жалко поставлять даже на электростанции. Я говорю: как жалко? Он говорит, так жалко, что сам бы в печку залез, лишь бы газ не давать туда. Это действительно так и есть, потому что если направлять его в качестве сырья для производства продуктов, добавленная стоимость будет просто колоссальная.

В целом нам нужно сформировать в округе мощную базу по переработке углеводородов, чтобы именно здесь оставались дополнительные налоговые отчисления в местные бюджеты, открывались новые рабочие места, а на основе поступлений в бюджет решались социальные задачи региона.

Пока в самом Уральском федеральном округе перерабатывается лишь чуть-чуть более 2% добываемой нефти. Такую ситуацию, конечно, нужно менять. Будем работать с нашими нефтяными компаниями, на правительственном уровне будем оказывать поддержку регионам, но надеюсь, что и местные органы власти, региональные руководители уделят этому необходимое внимание. Потому что многое зависит от региональных властей: какие условия будут предоставляться для строительства газо- и нефтеперерабатывающих предприятий, где, как будет строиться работа, – очень важно.

Уже сейчас в Тобольске, например, создаётся крупный нефтегазохимический кластер. Именно такие проекты, реализуемые при совместном участии государства, бизнеса, отечественной науки, призваны запустить волну новой индустриализации страны. И одним из локомотивов здесь, конечно же, должен стать Урал – горно-металлургическая, машиностроительная столица России.

Знаю, что нам нужно существенно упростить процедуру выдачи разрешений на строительство производственных объектов. Также надо быстрее переходить к современным нормативам и регламентам в промышленном строительстве, чтобы меньше было неэффективных, неоправданных затрат, а путь от бизнес-идеи, бизнес-плана до готового производства, до выпуска продукции не занимал бы, как подчас сегодня бывает, долгие годы. Но это такая вечная проблема России, по-моему, всегда так было и, к сожалению, так до сих пор ещё остаётся во многих случаях. Нужно от этого избавляться и как можно быстрее.

Мы будем поддерживать создание новых и модернизацию действующих предприятий, причём на принципиально более высоком технологическом уровне. А такие примеры есть, и есть, кстати, здесь, в Уральском округе прежде всего. Металлурги Челябинска, с которыми я встречался в июле прошлого года, очень образно говорили о техническом перевооружении своих предприятий – они говорили: вот у нас была чёрная металлургия, а стала белая. Действительно, совсем другие технологии, совсем другая философия труда. Вы знаете, я вроде занимаюсь этим каждый день. Но когда приехал на предприятие, сам удивился, на каком же высоком технологическом, самом современном уровне организована работа на предприятии. Хочется просто перед ними – перед теми, кто это сделал и делает такие проекты, – снять шляпу. Вот в этом будущее нашей экономики.

На Челябинском трубопрокатном заводе запустили новый цех – «высота 239». Наладили выпуск труб большого диаметра. Потребности российского рынка теперь обеспечены практически полностью за счёт собственного производства. Раньше, как вы знаете, приходилось покупать 100% этой продукции за рубежом либо просто заниматься бартером – газ в обмен на трубы. Это в советское время ещё было. Когда начали строить магистральные трубопроводы в Европу, ФРГ, там так и сформулировано было на государственном уровне: газ в обмен на трубы.

Теперь нам не нужно ничего менять, как на восточном базаре. Мы всё необходимое в данном случае, для этого производства производим у себя, и производим на самом высоком уровне.

На Челябинском трубопрокатном заводе инвестиции в проект составили 21 млрд рублей, в том числе на 10 млрд государство предоставило гарантии по кредитам, и было создано более 1400 современных рабочих мест. Я в одном из своих выступлений говорил, что у нас стоит задача создать 25 млн рабочих мест. Это серьёзная и большая задача. Это не значит, что совсем новые создать. Речь идёт и о модернизации существующих – вот такие проекты как раз и способствуют решению этой задачи, выходу на этот рубеж.

На легендарной Магнитке уже через несколько дней запускается стан-2000, объём инвестиций свыше 53 млрд рублей. Кстати говоря, на Магнитке я бываю регулярно. Молодцы тоже, столько внимания и денег тратят на экологию. Если вы посмотрите на тонны выбросов в атмосферу, то это не может не работать. Кардинально снижены просто, кардинально.

Специализация этого проекта, о котором я только что сказал, стан-2000, – это холодная прокатка высокопрочных и особопрочных марок стали. Теперь мы сможем обеспечить наш автопром высококачественным автомобильным листом. И в этой сфере тоже уйти от импорта. Знаете, очень важная задача непросто решалась, но я рад тому, что организаторам этого проекта удалось практически выйти на это решение. Так, чтобы было понятно: вот современные легковые автомобили, они у нас вроде отечественные, вроде и хорошие, там чего-то недостает в электронике, что-то в агрегатах недостает, но в целом ездят неплохо. Но из такого листа, как мы делали до сих пор, уже ведущие компании автомобили не делают. Это очень существенный элемент. Это и есть новая техника, техника нового поколения.

И у нас раньше его просто не было, невозможно было производить эти современные автомобили у нас, на нашей территории, локализовать производство – именно потому, что у нас даже стали такой современной не было. Теперь есть.

В общей сложности ключевые предприятия металлургии Урала вкладывают в проекты развития порядка 200 млрд рублей. Уже сейчас по доле современного оборудования, по эффективности организации производства, по производительности труда эти предприятия Уральского региона выходят на уровень мировых компаний. И, безусловно, готовы к самой серьёзной конкуренции как на собственном, так и на глобальном рынках. Это и есть зримое воплощение новой индустриализации России.

Для справки могу сказать, чтобы не звучало голословно то, что я сейчас сказал по конкурентоспособности. Сегодня износ оборудования в отрасли составляет менее 43%. Много это или мало? Кажется, достаточно много ещё. Но это является хорошим показателем даже на фоне развитых экономик Европы и мира вообще. И доля этого износа, оборудования с таким износом постоянно снижается.

Нам нужно добиться того, чтобы марка «Сделано в России» завоевала мировой авторитет, чтобы наша продукция заявила о себе в самых передовых областях. В качестве примера приведу проект по созданию в Свердловской области особой экономической зоны «Титановая долина»: в том числе здесь будут выпускаться узлы и материалы для российских самолётов нового поколения, а также для ведущих авиастроительных компаний и фирм всего мира. Работа эта уже идёт. Объём инвестиций в развитие инфраструктуры особой экономической зоны – порядка 50 млрд рублей. Причём основные вложения, 40 млрд, – это частные инвестиции, капиталы самих резидентов «Титановой долины».

Я регулярно встречаюсь с нашими иностранными партнёрами. Вот недавно только виделся с одним из них. С удовольствием идут в это производство. Надо отдать должное, что ещё в советское время был заложен фундамент этого производства, но современное развитие отвечает требованиям сегодняшнего дня, и, я думаю, что те, кто закладывал основу этого производства, сегодня должны быть довольны тем, как их последователи организуют работу.

Недавно на Съезде машиностроителей мы говорили о перспективах развития этой критически важной отрасли. Исходим из того, что России необходимо сильное машиностроение. Эта сфера во многом определяет статус любого государства, национальной экономики любой страны.

На «Уралтраке» сейчас реализуется наш проект по созданию модельного ряда российских дизельных двигателей. На предприятиях группы «Синара» работают над новыми электровозами и тепловозами. Запущена программа модернизации Уральского завода тяжёлого машиностроения.

В период экономического кризиса мы поддержали многие предприятия страны, в том числе и здесь, на Урале. Порой Правительству приходилось непосредственно, напрямую заниматься проблемами конкретных предприятий. Можно, безусловно, говорить о достоинствах или недостатках ручного управления, но нельзя сидеть сложа руки, когда создаётся особая ситуация. Нельзя допускать банкротства, выбрасывать людей на улицу.

В 2008-2009 годах в очень сложное положение попал «Уралвагонзавод». Наверняка и присутствующие здесь знают об этом, а это ведь один из флагманов российского машиностроения и оборонки. Резко упали гражданские заказы, выросли убытки. Мы направили 14,4 млрд рублей на пополнение уставного капитала, предоставили почти 10 млрд госгарантий, реально помогли с заказами со стороны Минобороны, «Рособоронэкспорта», компании «Российские железные дороги». Большой заказ на цистерны разместила и «Транснефть» – для перевозки продукта в сторону Тихого океана.

2010 год «Уралвагонзавод» закончил с прибылью в 6,2 млрд рублей. Средняя зарплата выросла на 45% по сравнению с 2009 годом. Производство вагонов увеличилось практически в 10 раз – с 2 тыс. в 2009 году до 19,5 тыс. в 2010 году, а за пять месяцев 2011 года уже выпущено более 10,5 тыс. вагонов. Это максимальный уровень производства за всю историю предприятия, включая и советский период.

Сейчас разрабатывается комплексная программа модернизации «Уралвагонзавода» объёмом около 55 млрд рублей. Она должна быть принята в конце текущего года. Для предприятия, трудового коллектива появилась чёткая перспектива на будущее и, безусловно, как в свое время говорили, уверенность в завтрашнем дне. Ради этого и принимались все решения в период кризиса.

Кроме того, думаю, что здесь, на Урале, где сосредоточено много оборонных предприятий, будет правильным ещё раз подчеркнуть: при масштабном переоснащении нашей армии и флота мы будем делать ставку прежде всего на отечественный оборонно-промышленный комплекс. И уверен, наши предприятия, конструкторские бюро с такой задачей справятся.

Также очень важно, чтобы развитие гражданской и оборонной промышленности получило серьёзную кадровую и научную подпитку. Именно поэтому мы будем уделять особое внимание поддержке ведущих вузов и научно-образовательного сообщества, среди них Уральский федеральный университет, а также Южноуральский университет, который победил в конкурсе при отборе программ национальных исследовательских университетов. Добавлю при этом, что за счёт федерального бюджета мы оказали поддержку Тюменскому государственному университету, который внедряет инновационные образовательные программы. Такие вузы и университеты служат важным звеном инновационной инфраструктуры, площадкой для развития малых и средних высокотехнологичных предприятий.

В целом хотел бы отметить, что за 2010 год число субъектов малого и среднего предпринимательства в Уральском федеральном округе выросло на 27 тыс. В общем и целом это говорит о том, что региональные власти уделяет этому необходимое внимание.

Все регионы округа воспользовались правом снижать налоговую нагрузку на малый бизнес, который работал по упрощённой системе налогообложения. Такой грамотный, дальновидный подход приносит и будет приносить результаты. Хочу поблагодарить руководителей субъектов Федерации Уральского округа за решения подобного рода.

Сейчас я говорил о производственной сфере, но хорошие перспективы для малого и среднего предпринимательства есть и в сфере туризма. В округе можно развивать практически все виды отдыха и туризма – от культурно-познавательного до экстремального.

Действительно, есть на что посмотреть: древний Тобольский кремль, историко-культурный заповедник «Аркаим», Уральские горы. Сам бывал там неоднократно, катался на лыжах. Замечательные там у вас, курорты появляются просто замечательные – международного класса. Потенциал огромный и во многом явно недооцененный. Другое дело, что под лежащий камень, конечно, вода не течет, как у нас в народе говорят. Нужно повышать качество сервиса, готовить кадры, создавать цивилизованную, комфортную среду для туристического бизнеса.

Могу сказать, что уже есть очень интересные проекты по развитию туризма на Ямале, в Челябинской области, Свердловской области, Тюмени. И конечно, следует вести правильную рекламную кампанию, чтобы о туристических возможностях Урала больше знали в России и за рубежом. Мы не случайно стремимся к тому, чтобы как можно больше российских городов становились площадками для проведения национальных и международных мероприятий по самым разным направлениям. Это и новые деловые связи, и инвестиции, и продвижение в мире образа современной России, российских территорий.

И конечно, не могу не сказать о том, что в Екатеринбурге мы, разумеется, планируем проведение части соревнований в рамках чемпионата мира по футболу 2018 года. Так что любители спорта, думаю, будут довольны.

Уважаемые коллеги, сейчас идёт работа над программой Общероссийского народного фронта, как вы знаете. Считаю, что её центральным, сквозным приоритетом должны стать проекты, которые можно в общем смысле назвать «качество жизни».

Есть и другие аспекты, на которые мы должны обратить внимание, – это совершенствование нашей политической системы, расширение базы демократии, обеспечение безопасности в самом широком смысле этого слова и достижение справедливости при решении всех вопросов нашей текущей жизни на региональном, муниципальном и федеральном уровнях. Вот, собственно говоря, для этого Фронт-то и создавался и создается.

Речь идёт о комплексном решении проблем и вопросов, которые волнуют каждого человека, определяют повседневную жизнь его семьи и детей. Это жильё и качественные услуги ЖКХ по обновлённым и обоснованным тарифам. Это благоустроенные дворы и нормальные дороги в городах и сельских поселениях. Это детские сады без очереди, хорошие школы и больницы, где есть всё необходимое, библиотеки и развитая сеть учреждений культуры и досуга. Вокруг этих задач нам нужно концентрировать усилия всех уровней власти, организовывать работу так, чтобы люди почувствовали реальные, осязаемые перемены к лучшему.

За ближайшие 10 лет объёмы жилищного строительства на Урале должны возрасти более чем в 3 раза. Нужно строить порядка 16 млн кв. м в год. Кстати, по итогам пяти месяцев 2011 года рост ввода жилья зафиксирован практически во всех регионах округа, плюс 18% к результатам прошлого года. Это хороший результат.

Уже несколько лет мы реализуем программы Фонда реформирования ЖКХ по расселению аварийного жилья. В его рамках в Уральском федеральном округе из аварийного жилья переселено более 17 тыс. человек, проведён ремонт в многоквартирных домах, в которых проживают свыше 1 млн 600 тыс. человек. Многие из этих домов, где проведены капитальные ремонты, десятилетиями не ремонтировались. Уверен, что граждане даже уже и не верят в то, что это будет когда-либо сделано.

Мы будем активно использовать возможности Фонда развития жилищного строительства. Сейчас в округе он ведёт работы на 11 земельных участках в Тюменской и Челябинской областях. Освоение этих земель позволит дополнительно ввести порядка 1,5 млн кв. м жилья, в том числе, конечно, и малоэтажного.

Главным критерием эффективности, результативности наших усилий должны быть доступность жилья, возможность для граждан реально решать свои жилищные проблемы. Надо продвигать проекты строительства домов экономкласса, конечно, современного экономкласса. Нужно расширять программы льготной социальной ипотеки для врачей, учителей, молодых семей, молодых специалистов. И конечно, будем продолжать программы, связанные с решением жилищных проблем северян.

Все ветераны Великой Отечественной войны, проживающие в Уральском федеральном округе и вставшие на учёт до 1 марта 2005 года, – все, хочу подчеркнуть, получили квартиры. Это 1439 человек.

Мы, как вы знаете, продлили программу, сняли все формальные ограничения. И только в регионах Урала обратилось с просьбой помочь в решении жилищных проблем ещё более 13 тыс. человек. Вот цифры. Мы обеспечили жильём 1439 человек– тех, кто встал на очередь до 1 марта 2005 года. Потом, когда сняли ограничения, уже обратилось 13 тыс. человек, из них почти 9 тыс. уже получили жилье. Мы сделаем всё возможное, чтобы те, кто ещё находится в очереди, получили новые квартиры.

В рамках национального проекта «Здоровье» мы дополнительно инвестировали в здравоохранение Уральского федерального округа более 54 млрд рублей, в том числе было открыто два центра высоких медицинских технологий в Челябинске и Тюмени. Их специализация – кардио- и нейрохирургия. В декабре 2010 года введён в эксплуатацию областной перинатальный центр здесь, в Екатеринбурге. И здесь уже родилось более 1,5 тыс. ребятишек.

Я хочу поздравить и специалистов, кто там работает, с тем, что они осуществили такой хороший старт, и поздравить тоже семьи, молодых мам. Надеюсь, что им понравилось в новом центре. До конца текущего года планируется открыть аналогичный центр и в Кургане.

Кстати говоря, наши с вами усилия по этому направлению деятельности – по демографии, строительству новых перинатальных центров, поддержке материнства, детства – дают результаты. Это касается не только рождаемости. В 2010 году показатель младенческой смертности в Уральском федеральном округе снизился на 4,2%.

Опираясь на опыт нацпроекта, мы сейчас, как вы знаете, разворачиваем региональные программы модернизации здравоохранения. На реализацию программ, включая ремонт больниц и поликлиник, покупку новой техники, внедрение современных стандартов медицинской помощи, регионы Уральского федерального округа за 2011-2012 годы получат порядка 50 млрд рублей дополнительных денег. Причем повышенное внимание нужно будет уделить поддержке первичного звена здравоохранения, особенно в сельской местности.

И конечно, одна из задач региональных программы модернизации здравоохранения – это повышение уровня зарплат врачей и среднего медперсонала. Мы ставим цель – за два года фонд оплаты труда медицинских работников должен увеличиться примерно на 30-35%.

Кстати говоря, это будет зависеть от того, как будут внедряться новые стандарты оказания медицинской помощи. Это сложный процесс – внедрение новых стандартов, потому что от стандарта считаются стоимость различных услуг и заработная плата медперсонала. В разных регионах будут внедряться разные стандарты. Мы не можем ввести сразу всё – это затратно и просто технологически нам это не осуществить.

Я почему сейчас об этом говорю подробнее – я говорю об этом потому, что люди должны знать, что происходит, особенно медицинские работники. Если внедряются стандарты в том или другом регионе, скажем, по сердечнососудистым заболеваниям, в другом – по онкологическим, значит, люди должны знать, что там, в структуре, внутрь заложено.

И я прошу региональные отделения партии «Единая Россия» внимательно следить за этими процессами. Это имеет важное профессиональное и социальное измерение. Со своей стороны регионам нужно активнее заниматься укреплением кадрового потенциала здравоохранения, включая решение жилищных проблем, введение специальных поощрительных доплат врачам и медперсоналу.

Далее. Вы знаете, уже с начала нового учебного года также в среднем на 30%, хочу подчеркнуть, должен вырасти фонд оплаты школьных учителей. Мы должны с вами на одном языке говорить: не зарплата каждого отдельного, а фонд оплаты. Но, разумеется, это должно вести к повышению зарплат конкретных работников: в первом случае – медработников, во втором случае – учителей.

Затем в течение двух лет зарплата учителя должна достичь средней зарплаты по экономике в соответствующем регионе страны. Эту задачу будем решать в рамках нашего проекта по поддержке российской школы. Напомню, что до 1 августа все регионы должны будут заключать с Минобрнауки соглашение с чёткими критериями эффективности и целевыми показателями программ по развитию школьной сети. Я прошу региональных руководителей, наши партийные структуры на местах держать этот вопрос под постоянным контролем.

В ближайшие два учебных года из федерального бюджета планируем выделить регионам по 60 млрд рублей ежегодно. Эти средства пойдут на покупку оборудования, обустройство школьных столовых, решение проблем малокомплектных школ в сельской местности, подготовку и повышение квалификации педагогов и, конечно, оснащение школьных спортивных залов.

Мы будем и дальше развивать доступную инфраструктуру для массового спорта и отдыха: открывать стадионы, бассейны, физкультурные и оздоровительные центры. В Кургане, например, построен и открыт ледовый каток. В Нижнем Тагиле в следующем году заработает комплекс трамплинов. Кстати говоря, таких трамплинов нет вообще и в стране – будут как раз здесь. Наши спортсмены тренировались до сих пор за границей по этому виду спорта.

В Тюмени строится универсальный игровой зал, в Сургуте – ледовый дворец. В рамках партийного проекта «Единой России» в регионах Уральского федерального округа уже открылось 23 физкультурно-оздоровительных комплекса, а также пять футбольных полей с искусственным покрытием.

И отдельно сегодня хочу сказать об очень болезненной, чувствительной теме – я уже упоминал сегодня в ходе своего выступления – это очереди в детские сады.

В целом по России на начало прошлого года в них стояло 1 млн 700 тыс. ребятишек, а в январе 2011 года – уже более 1 млн 800 тыс. детей. И это несмотря на то, что за 2010 год дополнительно введено свыше 100 тыс. новых мест в детских садах. Рождаемость растёт, слава Богу. Но то, что рождаемость растёт, – это хорошо, а то, что необходимое количество мест в детских садах не создаётся, – это плохо.

Готовясь к конференции, специально изучал статистику по всем регионам страны. К сожалению, видно, что далеко не везде проблемы детских садов решают одинаково, решают эффективно, а значит, не везде считают её первоочередной. Например, – сейчас это не применительно к федеральному округу, а так, по стране, – в 2010 году в Тульской области не было открыто ни одного нового детского сада. Такая же картина в Кабардино-Балкарской Республике, Брянской, Новгородской, Волгоградской областях. В некоторых регионах на ликвидацию очередей в детских садах отводят 15, а то и 17 лет. Разумеется, за это время сегодняшнему маленькому очереднику не то что в детский сад, уже в университет, наверное, нужно идти или закончить к этому времени.

Если посмотреть по регионам Уральского федерального округа, то здесь картина следующая. За два года планируют решить проблему очередей в детских садах в Тюменской и Челябинской области, в Свердловской области и Ханты-Мансийском автономном округе за пять лет хотят решить эту проблему, а в Курганской области и Ямало-Ненецком автономном округе – за 10 лет. Но Курган с его низкой бюджетной обеспеченностью ещё можно понять, а что мешает в Ямало-Ненецком автономном округе решить проблему, я просто не понимаю. Или здесь, может, неточная информация? Пускай мне тогда руководители расскажут о том, что они реально планируют сделать.

И ещё очень интересная информация. Стоимость строительства одного нового места в дошкольном учреждении в Татарстане, например (опять дам вам такую ретроспективу по стране), одно место стоит 455 тыс. рублей, соседний регион, Самарская область, – 1 млн 421 тыс. Что же за место там такое, я не знаю: как пятизвездочный отель, наверное?

Надо посмотреть внимательно, откуда берутся эти цифры. Открытие нового места в сельском садике в Смоленской области стоит 376 тыс. рублей, это областной детский сад; в сельских регионах Тамбовской области, рядом расположенных, – миллион рублей. 376 тыс. и миллион – разница есть?

Понятно, что, может быть, региональная специфика вносит какие-то коррективы, но такая разница, такой разброс – это, конечно, странно. Надо провести детальную инвентаризацию с каждым конкретным регионом, с каждым конкретным проектом. Считаю, что нужно серьёзно ускорить решение проблемы. Нельзя заставлять семьи с детьми бесконечно, порой безрезультативно ждать. Но мы с вами понимаем, что это становится ограничителем самой демографической программы. Если женщина видит, что у неё нет шансов быстро вернуться в трудовую деятельность, если она понимает, что будет утрачивать свою квалификацию, то это естественный ограничитель в дальнейшем развитии демографической программы. А здесь мы должны действовать очень решительно, по максимуму снять все ограничения, по максимуму.

Поэтому мы, безусловно, поддержим те субъекты Российской Федерации, которые активно занимаются дошкольным образованием, и мы с коллегами советовались: предлагаем за счёт федеральных источников выделить на эти цели дополнительно 9 млрд рублей.

Начнём выделение этих ресурсов прямо с начала следующего, 2012 года. Закладываем это в бюджет: 1 млрд рублей напрямую из федерального бюджета и ещё 8 млрд – в виде трёхлетнего бюджетного очень дешёвого кредита регионам.

Это позволит дополнительно ввести более 20 тыс. новых мест в детских садах. Разумеется, где-то там в три-четыре раза дороже стоит по непонятным строительным расценкам. Мы, конечно, подумаем 10 раз перед тем, как туда деньги давать.

Рассчитываю, что все регионы и муниципалитеты на деле обозначат вопросы развития дошкольного образования в качестве приоритетов своих бюджетов. Это, уважаемые коллеги, тоже ведь ваша задача. Мы почти во всех регионах Российской Федерации, «Единая Россия», имеем большинство либо контрольный пакет. Я вас прошу самым внимательным образом следить за этим при формировании региональных бюджетов.

Уважаемые друзья, в мае на межрегиональной партийной конференции в Волгограде я уже говорил об этом: мы выдвинули инициативу о создании Общероссийского народного фронта, как вы знаете. Я хочу поблагодарить уральцев за активную поддержку этой идеи. К работе по выработке предложений уже присоединились многие общественные организации Уральского региона: трудовые коллективы, отдельные граждане. Я уверен, что эта новая организация, новое общественное движение сможет опереться на Урал.

Ещё раз хочу подчеркнуть: задача этого объединения вовсе не ограничивается участием в выборах в Государственную Думу или в парламент регионов. Хотя, конечно, это безусловно важно. Но прежде всего Фронт – это политическая позиция, широкое гражданское движение, консолидация общественных сил и граждан для решения стратегических проблем, перед которыми стоит Россия в целом и отдельные регионы в частности.

Мы против того, чтобы во Фронт вступали «по разнарядке», чтобы работа строилась по бюрократическим, командным законам, искусственно накручивались так называемые массовость и участие. Это может лишь дискредитировать саму идею. Здесь должна быть воля самих людей, чётко высказанная на собраниях трудовых коллективов, по месту жительства.

Мы видим, что тех, кто стремится разделить эти цели, кто не по указке, а по собственному осознанию делает выбор, – таких людей очень много. Народный фронт должен помочь расширить общественную базу для принятия решений на всех уровнях власти – на муниципальном, региональном и федеральном. Открытое обсуждение важнейших общегосударственных и региональных вопросов должно стать нормой для Народного фронта. Это, несомненно, позволит нам принимать более выверенные решения.

Вы знаете, что с участием представителей Народного фронта сейчас обсуждается федеральный бюджет на следующий год. Было бы правильно, чтобы и на уровне субъектов Федерации прошли такие же обстоятельные общественные слушания по региональным бюджетам. Я прошу координационные советы на местах организовать эту работу.

Вы знаете, как активно обсуждаются сейчас основы законодательства о здравоохранении. Министр здесь находится. Только вчера мы допоздна с участниками этого процесса, входящими во Фронт, но не входящими в «Единую Россию», самым активным образом обсуждали эти проблемы. Со всеми издержками, а издержки есть в любом деле, – все-таки позитива гораздо больше. Я вижу реальное обсуждение, заинтересованное обсуждение, подключение широкого круга людей, общественных организаций к выработке положений этого важнейшего законопроекта. Так же нужно действовать в целом и по другим направлениям.

Также на местах, на региональных конференциях партии «Единая Россия», пройдёт обсуждение народной предвыборной программы, предложения которой сейчас формируются с вашим участием. Как уже говорил, программа будет содержать развёрнутый региональный раздел, мероприятия по каждому субъекту Российской Федерации с обозначением проблем, которые волнуют людей, и с содержательными предложениями по решению этих проблем. И потому для нас принципиально важно, чтобы дискуссия вокруг этого документа носила заинтересованный, предельно открытый и неформальный характер. Чтобы все содержательные идеи учитывались.

Необходимо обеспечить эффективную обратную связь, чётко обозначить болевые проблемные точки. Нам нужна, действительно, народная программа, разработанная при самом непосредственном участии гражданского общества. Только тогда мы с вами (я имею в виду сейчас «Единую Россию») сможем, действительно, опереться на неё и «с открытым забралом» защищать все её положения. Мы будем уверены в том, что этот документ родился из широкого обсуждения и, действительно, отвечает чаяниям народа.

Убеждён: мы сможем успешно реализовать наши масштабные планы, модернизировать экономико-социальную сферу только в том случае, если будем опираться на широкую общественную поддержку, работать для людей и во имя людей.

И, конечно, уважаемые коллеги, создание Народного фронта – это шаг к обновлению самой партии. «Единая Россия» как правящая партия, имеющая большинство и на федеральном, и на региональном уровне, несёт на себе всю полноту ответственности за происходящее в стране. Безусловно, «Единая Россия» – это важнейшая консолидирующая сила нашего общества, в активе которой – ключевые проекты и инициативы в социальной сфере, экономике, региональном развитии. Без преувеличения (я знаю, что я говорю): благодаря партии, её политической позиции и организационному ресурсу очень многое было сделано в стране за последние 10 лет. И это очевидный факт.

Что особенно важно было и критично, – то, что мы смогли наладить эффективную работу в условиях кризиса. Я уверен, что если бы не было такой консолидированной силы, мы кризис так бы не прошли, с такими минимальными издержками. Во время кризиса, конечно, издержки были: и зарплаты припали, и количество безработных увеличилось, – но многие решения (депутаты Госдумы знают это) принимались так быстро, и поэтому мы действовали так эффективно, как это было только возможно. Не было бы такой консолидации власти, последствия кризиса были бы гораздо более тяжёлыми.

Что это значит? И безработица была бы больше, эффективной поддержки на рынке труда не было бы, мы не смогли бы принять решения по целому ряду вопросов, связанных с поддержкой конкретных отраслей производства. Потому что это всё через парламент же надо было проводить, эти масштабные вливания в финансовый сектор: в автомобильную отрасль, в машиностроение – всё надо было проводить через парламент. Не было бы этого эффективного механизма, всё бы тянулось и разваливалось.

Поэтому, конечно, у любой политической силы, которая у власти находится, – на ней, безусловно, лежит груз ответственности за все проблемы, с этим нужно смириться и к этому нужно серьёзно, без всяких обид относиться. Но не было бы, ещё раз повторяю, такого инструмента, ситуация была бы гораздо сложнее.

Но, как я уже сказал, в любой стране у правящей партии неизбежно наступает привыкание к власти, снижается порог чувствительности к проблемам граждан, интересам конкретного гражданина. Продолжительное доминирование тоже, нужно сказать прямо, расхолаживает. Кажется, что лидерство – это что-то данное сверху, свыше и навсегда. Нет, это не так. Нужно это лидерство подтверждать ежедневной эффективной работой, поэтому здесь не нужно ничего бояться в рамках Фронта.

Наоборот, если мы хотим, чтобы «Единая Россия» была эффективным политическим инструментом, чтобы она достойно отвечала на вызовы времени, она обязательно должна быть открыта для новых лиц и свежих идей. Нет здесь ничего страшного, уверяю вас! А в этом как раз и заключается важнейшая задача Народного фронта.

Смысл в том, чтобы через возможности Фронта, его открытость не только привлечь инициативных и компетентных людей с интересными и нетрадиционными взглядами, но и дать возможность профессионалам и настоящим лидерам общественного мнения реализовать свои идеи и свой потенциал, используя платформу «Единой России».

«Единая Россия» должна порадоваться, если появятся новые интересные люди. Только порадоваться, потому что это будет только укреплять эту политическую структуру, расширять базу её поддержки, даст возможность профессионалам реализовать свои идеи именно через «Единую Россию» и по её каналам. В целом считаю, что это очень хороший импульс развитию партийной жизни в России, укреплению гражданского общества, повышению качества и дееспособности власти на всех уровнях.

Конечно, в связи с этим должны меняться и наши внутрипартийные механизмы, процедуры. Я убежден, что чем больше будет демократии и конкуренции внутри самой партии, тем прочнее будут её позиции в обществе в целом. Об этом мы ещё поговорим. Мы к этому ещё вернемся.

Уважаемые коллеги!

История Урала – это, действительно, уникальная история, за которой колоссальный труд миллионов людей и многих поколений наших соотечественников. В XVII веке Урал служил базой для освоения Сибири и Дальнего Востока. Именно отсюда казаки уходили дальше, на восток. В XVIII-XIX веках уральские мастера превратили Россию в индустриальную державу, в Великую Отечественную войну Урал стал главным арсеналом Победы. В 50-80-е годы ХХ века – это создание энергетического центра мирового масштаба.

Сегодня перед страной стоят большие задачи. Нам необходима новая индустриализация и создание миллионов современных рабочих мест, технологический прорыв и рост эффективности экономики, опережающее развитие социальной сферы, повышение благосостояния российских граждан как конечный результат и как главная цель, к которой мы должны стремиться.

Повышение благосостояния российских семей. Я уверен, Уральский регион и жители этого прекрасного трудолюбивого края обязательно внесут свой яркий значимый вклад в решение этих задач, в наш общенациональный успех. И уверен, что если мы будем работать слаженно и консолидированно, у нас с вами все получится.

Спасибо вам большое за внимание.

Уважаемые друзья, давайте продолжим нашу работу.

У нас уже сложился определённый порядок организации мероприятий подобного рода межрегиональной конференции. Мы заслушиваем интересные сообщения наших коллег, интересные проекты и используем их для того, чтобы в свободном режиме поговорить о проблемах развития округа в целом.

Давайте послушаем Петрова Александра Петровича, «Уральский фармацевтический кластер», проект называется «Уральский фармацевтический кластер – народный проект». Пожалуйста, Александр Петрович.

А.П.Петров: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые товарищи!

Бывший сельский учитель из огромной династии учителей, но новая Россия полностью изменила мою судьбу и уже 20 лет я занимаюсь развитием в области здравоохранения, фармацевтической промышленности.

Что показательно? Мы бы хотели показать в небольшом клипе сначала, что наша команда уже доброго натворила, а потом обсуждать следующие проекты.

Владимир Владимирович, у нас уже большая команда простых уральских парней, в которой каждый из нас создаёт своё малое или среднее предприятие. Мы растём медленно, но уверенно. И мы объединились в кластер, для того чтобы координировать свои действия, чтобы вместе выживать было легче. Последний кризис показал как раз, что мы кризисоустойчивы. Нам было действительно тяжело, но мы выжили.

Сейчас мы развиваемся уверенно. Написали целую программу регионального развития фармацевтической промышленности Уральского федерального округа. К программе нашего кластера подключились Тюменская и Челябинская области. Они предлагают, чтобы эти фармпредприятия тоже согласованно работали.

Мы написали комплексный план развития модернизации как старых предприятий (что было очень важно, потому что на Урале есть исторические предприятия по фармацевтике, в области производства антибиотиков), так и новых. Мы выбрали два направления «удара»: модернизация старых и не «догоняние» иностранных партнеров, а создание прорывных технологий, где мы были бы лучшими в мире.

Я для примера хочу сказать, что инфузионные растворы появились потому, что нам надо было на чём-то новом учиться. Это был «первый класс», но даже в том «первом классе» мы для себя сразу же задали высочайший стандарт качества – стандарт GMP. Этот стандарт с 2014 года будет обязателен для всех. У нас уже ряд предприятий имеет этот европейский сертификат.

Конечно, пришлось привлечь иностранных специалистов для этой серьёзной работы, но мы об этом не жалеем, потому что качество, например, инфузионных растворов уже известно по всей России. И в 2012 году каждый второй пакет, который потребляется в России, будет производиться на Урале.

По инсулину. Мы уже два года производим инсулин, это наш росинсулин, и в картриджах, и во флаконах.

В.В.Путин: С кем вы его делаете?

А.П.Петров: Сегодня мы его делаем из французской субстанции, покупая порошок за рубежом. Это удобная картриджная форма. Мы планируем ещё создать одноразовые шприцы, это всё упаковать, чтобы пациентам было очень удобно, чтобы они уже не пользовались инсулиновыми шприцами. Потому что, например, один раз нам сказали, что вы сделали плохой инсулин. Мы попросили: напишите нам. Нам сказали, что на 55-й день использования флакона (5 мл) появился осадок. Его 55 дней прокалывали. Поэтому мы решили всё ввести в картриджи и инсулина сегодня производится четыре наименования.

Кроме того, мы понимаем, что нужно в этой теме создать полную комплексную систему. Не только развивать из импортной субстанции. Мы сейчас трудимся над огромным проектом с огромными инвестициями (2 млрд 600 млн) по созданию полномасштабного промышленного производства из собственного штаммопродуцента, чтобы он был запатентован. И в конце года мы вам подарим первую субстанцию, произведённую на Урале. Наша задача – произвести 400 кг в пересчёте на такую субстанцию и обеспечить полностью лекарственную безопасность.

В.В.Путин: Так вы будете субстанцию делать сами, да?

А.П.Петров: Мы хотим сами делать субстанцию. Это возрождение биотехнологической школы Урала. Это толчок науки Урала. Мы договорились с Пущинским научным центром под Москвой. Мы договорились в Питере, специальный институт…

В.В.Путин: Я прекрасно знаю эту ситуацию. И вам будет непросто: рынок нужно отвоёвывать. Всячески будем вам помогать. Это очень тяжёлая сфера. У нас рынок свой отняли, наш собственный забрали. Освоить собственный рынок очень сложно. И, к сожалению, должен прямо сказать, там и степень криминализации высокая. Будем помогать.

А.П.Петров: Вы затронули очень больную мою тему, потому что за 20 лет такой монополии иностранных компаний на российском рынке сформировалась ментальность – я с уверенностью заявляю – даже на уровне врачей.

В.В.Путин: Я не хочу никого обижать, это не просто ментальность, производители западные работают, в том числе и во врачебном сообществе, работают, продвигают свой продукт, и, в общем-то, много инструментов работы на рынке. Я их знаю, и с удовольствием, не просто с удовольствием, а считаю своим долгом вам помочь.

А.П.Петров: Мы двигаемся в этом направлении. Есть ряд губернаторов… Например, челябинский губернатор проявил личное мужество, я считаю, когда сказал: «Мы будем обязательно продвигать на рынок российский инсулин». Это было серьёзнейшее решение.

И таких регионов всё больше и больше. Мы уже в 14 регионов поставляем, но нам крайне обидно, когда мы в тендеры не попадаем по техническим условиям. 41 регион нам написал письмо, мы не попадаем по техническим условиям. Что это такое? Как мы не попадаем? Если генно-инженерный инсулин человека, и по непатентованному наименованию мы должны попадать.

В.В.Путин: Извините, там связано, видимо, с условиями, которые завязаны на единый пакет, да?

А.П.Петров: Да, там есть различные варианты.

В.В.Путин: Для непосвящённых могу сказать: условия тендера разработали такие, что дают большими лотами, крупными, свыше 500 млн рублей. И на выигрыш в этом тендере могут рассчитывать только крупные компании, которые выставляют продукцию по широкой линейке. А предприятия, допустим отечественные, которые такую широкую линейку представить не могут, автоматом вышибаются. Нужно обязательно эту ситуацию менять. И я прошу и Аппарат Правительства, и министерства поработать на этот счёт.

А.П.Петров: У нас здесь ещё ряд прорывных технологий в области фармацевтики. Например, мы как пылесос собираем российские лекарственные разработки для того, чтобы производить их на своих заводах. И у нас есть успешный пример. Мы прошли вторую фазу клиники по противовирусному препарату. Это вообще новое молекулярное соединение в мировой фармацевтике, это большая редкость. И я надеюсь, академик Чупахин, автор этой идеи, присутствует здесь (я видел, как он плакал от счастья, когда он сказал, неужели моя идея реализована в производстве).

В.В.Путин: А где академик? Покажитесь. Как долго Вы работали над этой темой?

О.Н.Чупахин: Препарат в принципе создаётся очень долго. И за рубежом на это уходит лет 10 как минимум. Мы работали 18 лет.

В.В.Путин: Поздравляю Вас!

А.П.Петров: Кроме того, мы понимаем, что в России нужно создавать уникальное производство. И мы решили купить (я для примера покажу фотографию) вот такой старый стекольный завод, он был уничтожен фактически. Как Вам эта картинка?

Мы его купили. И в следующем году будет запущен на 1 млрд изделий первого гидролитического класса фармацевтического стекла завод в посёлке Уфимковский, где сегодня нет работы и 5,5 тыс. жителей, 800 рабочих мест. И это как раз тот пример будет, когда естественным образом будет достигнута такая производительность труда (а таких заводов всего четыре или пять в мире), чтобы мы смогли сформировать средний класс.

В.В.Путин: Не спирт будете там разливать медицинский?

А.П.Петров: Нет. Это медицинское стекло. И там как раз такие примеры высокотехнологичных рабочих мест, мы хотим сформировать на этом примере средний класс. Зарплата должна быть на уровне среднего класса. Но она не должна быть искусственной, она естественным образом из производительности труда вырастет.

И вот такой пример очень сильно подтверждает то, что фармацевтика – это инновационная промышленность. Это тот пример, когда можно действительно формировать целый слой среднего класса в определённой отрасли.

Мы сейчас занимаемся комплексной программой, у нас 32 проекта. Один: мы хотим выйти на уровень объёма продаж 100 млрд рублей. Это очень серьёзный инфраструктурный проект, это проект целого Уральского федерального округа. Мы имеем политическую поддержку, мы имеем частный капитал, мы имеем международных партнёров, мы созрели за 10 лет до той степени и высокого качества, чтобы такой проект реализовать. Мы к этому рывку готовы.

Спасибо за внимание.

В.В.Путин: Может быть, в школу вернётесь?

А.П.Петров: У меня есть хорошая идея – создать здесь научно-исследовательский центр по образцу «Сколково». Я сам директор школы и сейчас занимаюсь ещё наукой. Думаю, что на пенсии я буду этим заниматься, а сейчас стратегия…

В.В.Путин: А давайте не будем до пенсии ждать. Вот Вы строите это предприятие сейчас. Вам же там будут нужны люди. Я уже не говорю про основной вид деятельности – это производство медицинских препаратов. Там нужны специалисты высокого класса.

В принципе мы сейчас обсуждаем активно этот проект, чтобы профессиональное обучение, техникумы и лицеи, высшие учебные заведения объединялись в единый комплекс для подготовки нужных для отраслей производства специалистов. Вот Вы посмотрите, как можно Вам войти в эту программу, чтобы использовать Ваш педагогический и производственный опыт и одновременно решать необходимые Вам кадровые проблемы. Посмотрите.

Уральский округ с его замечательным потенциалом науки и образования – вполне подходящая площадка для объединения усилий.

А.П.Петров: Мы тоже так считаем, и у нас есть международная поддержка. Нам уже предлагают войти сюда ряд международных корпораций, для такого комплекса – научно-исследовательского центра. Фонд «Сколково» предложил …

В.В.Путин: Научно-исследовательского и образовательного.

А.П.Петров: Безусловно, но это прикладное уже образование, специфическое образование, нам вот такие очень сложные профессии нужны. На стыке – химик, технолог, фармацевт, на стыке разных отраслей даже – геологи плюс металлурги, как ни странно. Институт физики металлов и, например, биологи создали новый носитель для лекарства на уровне нанометалла, и вот такие отрасли нам очень нужны. Мы уже 20 сертификатов получили для молодых учёных и их софинансируем из частного капитала. Мы планируем довести до 100 молодых учёных – исследователей прикладного характера, для того чтобы они занимались разработкой и внедрением в производство. Это наша главная цель.

В.В.Путин: Здорово! Поздравим!

А.П.Петров: Владимир Владимирович, на память пациентам подпишите, пожалуйста.

В.В.Путин: Хорошо не рецепт.

А.П.Петров: Нет, не рецепт.

В.В.Путин: Пожалуйста. Есть какие-то комментарии к этому проекту? Спасибо.

Александр Владимирович Ильтяков, проект «Мясоперерабатывающая компания «Велес»» (Курганская область). Пожалуйста.

А.В.Ильтяков: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые члены конференции! Я хочу Вам рассказать о нашем мясоперерабатывающем предприятии, которое зарождалось в эпоху лихих 90-х, когда российская экономика только зарождалась, и для начала хочу представить фильм.

16 лет тому назад трое молодых парней задаются целью заняться производством. Мы живём на селе, и пока будет жить село, будет жить и Россия, другого не будет. Но один момент: если мы будем только сырьевой базой, то это пагубное влияние. А когда мы будем заниматься производством и готовый продукт получать и продавать его, вот тогда мы будем совершенной страной. С такой целью мы и поехали в самый отдалённый уголок Курганской области на северо-востоке за 200 км. Взяли цех в аренду – разваливавшегося к тому времени райпо (районного потребительского общества). Цех был, как говорилось уже, 250 квадратных метров. Не было ни отопления, ни водоснабжения, ни канализации. Но самое главное – у нас была идея, окрылённые были этой идеей. Трудно, тяжело. Но это ничего не значит, когда видишь свою желаемую цель и то, к чему стремишься.

В.В.Путин: Сколько человек вас было в начале пути?

А.В.Ильтяков: Нас было семь человек вместе с рабочими на то время, 18 сентября 1995 года.

В.В.Путин: Деньги откуда взяли?

А.В.Ильтяков: А вот денег у нас как раз вообще не было. Было реально 300 рублей. У мамы взял 300 рублей для того, чтобы заправить автомобиль.

В.В.Путин: Опять мама.

А.В.Ильтяков: А как? А кто же будет помогать, если не родители?

В.В.Путин: Без мамы никуда.

А.В.Ильтяков: И деньги мы первоначально оттуда брали – брали у крестьян мясо под реализацию, изготовляли из него колбасу, продавали, получали деньги и рассчитывались с крестьянами. Были задержки, никто ничего не говорит. Но тем не менее мы шли к своей цели.

И поначалу наткнулись на очень серьёзные грабли – самодуров-чиновников. Как это так: частный предприниматель будет заниматься здесь, что такое частный предприниматель? А я им говорил только одно, что потерпите, пожалуйста, мы развиваем производство, за производством будет стоять будущее.

Это и веерное отключение электроэнергии – по два часа в день, два часа вечером. Мы всё это проходили. Прошло всё это по селу. Население села стремительно уменьшалось. Рабочие кадры где-то необходимо восполнять. Вот здесь приходит наконец-то конец 90-х годов, когда забрезжила звёздочка в Вашем лице, Владимир Владимирович. Я это не скрываю, так и говорю, как есть.

Потому что именно тогда наконец-то прозвучали слова: прекратите издеваться над этими предпринимателями, прекратите издеваться над малым производством, дайте дорогу в конце концов! И реально ко многим чиновничий аппарат перестал приезжать на проверки. Это великолепно сказалось, я почувствовал на себе: значит, мы нужны, значит, действительно выбрали правильный путь производства. Вот то, что нужно России! Это ещё больше нас окрылило.

Окрылило, и мы сегодня имеем немалые показатели. Например, мы сегодня производим от 800 до 1300 тонн высококачественной продукции в месяц супротив 2 тонн, которые производили в 1995 году. На сегодняшний день нашим предприятием построено уже более 8 тыс. квадратных метров наших производственных площадей. Конечно же, само инновационное оборудование, которое мы увидели за границей, – мы его закупали. Первый раз мы в 2001 году побывали на выставке «Ифа» и тогда хотелось бы укусить, но не укусишь, потому что и финансов таких не было, и банки с нами отказывались работать напрочь, потому что у нас не было никакой залоговой базы. Мы же колбасу-то производили на костре, вот этими руками. Сейчас меня выброси на какой-нибудь необитаемый остров, и я вам произведу любой кусок колбасы.

Шло время. Самое дорогое (мы сегодня знаем, понимаем и чётко отдаём себе отчёт) – это время. И уж так сложилось, что русский характер, как в том произведении Достоевского, – хочу сегодня всё здесь и сейчас! Но так не бывает. Мы шли поступенчато к своему делу, но мы знали, чего хотим. Мы сегодня отчасти достигли, но много ещё впереди.

В 2005 году особенно остро сказалась проблема с кадрами. Ведь люди стали потихонечку уезжать из села – нет инфраструктуры. Школа, в которой невозможно учить детей зимой по два месяца, потому что окна, дыры и всё прочее. Ужасные условия! И тут мы просто вынуждены были, понимая, что так закончим своё производство, существование: мы взяли и отремонтировали школу. Да, было вложено порядка 20 млн рублей личных средств. Здесь не было никаких государственных средств. Воткнули туда 255 окон. Мы достроили в школе центральный вход, а то дети в течение 39 лет входили через задний проход, как, наверное, во многих случаях.

Мы отстроили идеальную столовую, лингафонный кабинет. На сегодняшний день нам удалось сохранить учителей. Они не стали никуда уезжать. И помню 2006 год, когда звоню директору школы, сам был в Австрии, в командировке…

В.В.Путин: Вы знаете, я сейчас слушаю Вас и думаю: лучше поздно, чем никогда. Всё-таки за последнее время и регионы многое сделали в плане поддержания сети школ. Но вот и сейчас мы обсуждаем реальную большую федеральную программу по поддержке сети школьного образования вообще и сети школ. Когда Вы сказали, что мы должны были сделать это и то, я сразу вспомнил известную детскую сказку: «…надо день простоять и ночь продержаться». И вот видите: помощь подходит. Так что, надеюсь, что вместе это будет ещё более эффективно.

А.В.Ильтяков: Владимир Владимирович, мы, действительно, продержались. Сегодня реально видно, как государство повернулось лицом к образованию, лицом к детским садам. Сегодня по федеральной программе у нас в селе строится детский сад. А второй детский сад мы уже практически доремонтировали, вложив в него уже 15 млн рублей тоже своих же частных средств, потому что нам необходимо, чтобы они были, детки наши, росли здоровыми. Это же наше будущее! И то, что они будут сегодня видеть, эти дети, то завтра они и будут для нас в старости воплощать. Так мы будем жить. Это будущее нашей страны, мы это чётко понимаем – однозначно чётко понимаем.

Понимаем тоже, что необходимо не только развивать производство и инфраструктуру села, но и необходимо людям где-то жить. На сегодня в Частоозёрье мы уже построили больше 1200 кв. м жилья для своих работников.

И хочу сказать, вот Вы говорили, в 2009 году впервые на Урале уровень рождаемости превысил уровень смертности, а у нас первый, наверное, субъект Федерации в 2008 году превысил уровень смертности. И это благодаря, конечно же, созданным благоприятным условиям. И нельзя не говорить о том, что люди видят, люди верят в то, что действительно идёт перерождение.

Не все сразу строится, многие действительно недопонимают, говорят: «А вот тут плохо». Но не всё сразу бывает. И мы реально сегодня видим, что у нас в селе стало жить намного лучше. У нас нет сегодня бумажек, у нас сегодня практически нет безработицы, потому что позвонил на биржу труда, спрашиваю: «Сколько у вас стоит?» – отвечают: «200 человек – заваливаемся». Я говорю: «Всех забираю», – «Как, всех забираете?» – «Ну забираю, официально трудоустраиваю. Но только после этого не забирайте их обратно».

А что мы делаем? Начнём наводить порядок в селе. Мы перестроили все заборы у ветеранов войны, которые малоимущие, немощные старики, мы подмели в селе все дороги. Более того, мы начали строить и дороги. Построено в селе более 4,5 км асфальтированной дороги. Село сегодня действительно цветёт. Это реально то, что есть на самом деле.

В.В.Путин: Можно мне Вас спросить? Неожиданный вопрос. Как вы с пьянством боретесь?

А.В.Ильтяков: Это интересная вещь. Я Вам хочу сказать, что при развитии нашего предприятия – бывало, порой, и добрым словом, и жёсткой рукой – по-разному бывало. На сегодняшний день, конечно же, люди чётко уже понимают – это воспитание, это часть воспитательного процесса. Если раньше, к примеру, был такой момент, что на работу не вышел человек, и я спрашиваю его на утро: «А ты где, что, как?» – «Да, забухал,» – отвечает. Это уважительная причина. Для меня это было шоком. Когда я, мальчишка, который выучился, закончил СПТУ, работал электриком на нашем военном заводе КМЗ, где строгая пропускная система, где каждый ходит на работу чётко, по графику. Это реальная хорошая классовая дисциплина. И я к этому привык, меня к этому приучили, и тут я вижу бардак. Конечно же, и мотивацию разрабатывали.

Кстати, в 2007 году наш бухгалтер получил на конкурсе в Москве за написанную работу – дипломный проект по нашему предприятию – золотую медаль за степень мотивации (как надо относиться к работникам). Так вот это – одна из степеней мотивации.

В.В.Путин: Почему я про пьянство спросил? Потому что, чего там греха таить, мы же знаем свои проблемы. Один знакомый священнослужитель под Москвой возглавил сельхозпредприятие и столкнулся с этими же проблемами – со злоупотреблением алкоголя. Начали строить дом. К нему местные мужики подходят и говорят: «Батюшка, чего делаете? Церковь строите?». Он посмотрел и говорит: «Нет, тюрьму».

Когда он это мне рассказывал, я говорю: только не нужно нарушать действующее законодательство. Но в конце концов им тоже удалось преодолеть проблему. Непросто было, на самом деле.

А.В.Ильтяков: Нет, непросто. Я полностью понимаю, о чём мы говорим. Это непросто.

На сегодняшний день у нас нет прогульщиков, но есть жёсткий вход. Сегодня человек приходит на работу, он обязан пройти чрез «трубочку». Дыхнул: если у него есть «выхлоп» более 2 промилле, – до свидания, ты не работаешь сегодня, ты сегодня не допущен до рабочего дня. Нам необходим качественный продукт. На предприятии запрещено курение – просто физически мы его запретили. Это пищевое производство, здесь нельзя курить, – всё.

Мы достигли очень серьёзных результатов. И своими, наверное, самыми серьёзными результатами считаем победу на выставке «ИФА» 2004, 2007 и 2010 годов во Франкфурте-на-Майне. Особенно нас вдохновила выставка 2010 года, когда для российского народа была особенная дата – 65 летие Победы в Великой Отечественной войне. Мы представили на этой выставке 65 своих продуктов, взятых с потока. Что примечательно – из этих продуктов завоевали все 65 наград: 53 золотых, 11 серебряных, одну бронзовую, два кубка за качество сырокопчёных колбас и варено-копчёных продуктов. И мы получили главный кубок конкурса – за самое максимально представленное количество продуктов – и одержали, по большому счету, победу.

За это в 2010 году (как ответная формулировка, наверное, так надо сказать) президент мясного союза Германии Вольфганг Луц приехал к нам на празднование 15-летия. Картинка была, когда мы выносили эту 15-метровую колбасу, изготовленную в честь нашего 15-летия! Это был, действительно, грандиозный праздник.

В.В.Путин: Съели?

А.В.Ильтяков: Съели моментально.

В.В.Путин: Так и знал.

А.В.Ильтяков: Самое главное, мы видели прекрасно ещё и проблему мясного рынка, её надо тоже было каким-то образом решать. Ведь не секрет ни для кого (и не будем говорить красивых слов), сегодня –проблема с мясом, и сегодня на рынке, надо открыто говорить, 50% импортного мяса. Это факт состоявшийся, так и есть.

Вчера мы на секции как раз разговаривали. Одна девочка говорит, вот мы конкурируем и так далее. Что такое конкуренция? 220 тыс. голов свиней?

Господа, у нас 140 млн людей живёт. В той же самой Дании на одного жителя приходится пять свиней. Давайте эту сумму умножим на пять и представим, сколько нам надо изготовить сегодня мясосырья. Это сегодня большая проблема. Что делать?

Люди на селе вроде как зашевелились. Всё в порядке. Давайте привлечём по-другому. Как? Организовали проект. Это в 2009 году кризис подсказал, как надо делать.

Мы берём поросенка, даём его крестьянину, обеспечиваем его кормами. Он у себя в подворье его выкармливает, привозит к нам на предприятие. Мы высчитываем всё, что было затрачено на этого поросенка, а разница достаётся человеку. В результате человек заработал от 1 до 5 тыс. рублей с одной головы. Начался самый натуральный бум.

Администрация была также вовлечена в этот проект. Это трёхсторонний проект: крестьянин, финансирующее предприятие и административный регулятор – государство, которое должно планомерно регулировать отношения. И это правильно. Это единственное правильное решение.

И вот как раз государственный деятель нам показывал, где покупать поросят. Мы приобретали этих поросят у качественного производителя, отдавали крестьянину, который их откармливал, и все 100% – 16 млн., вложенных в этот проект, вернулись обратно на предприятие. Конечно, с годовалой отсрочкой, но мы получили уровень – за полгода реально выкормить этого поросенка до 100 кг. Мы получили качественное мясосырьё.

Переросло это и к следующему. Столкнулись с поросятами – оказывается, их негде брать. Вот это наша самая главная беда.

В.В.Путин: По импорту покупали?

А.В.Ильтяков: Нет, никакого импорта. Это всё у себя, в Курганской области.

Мы столкнулись с той проблемой, что у нас нет сегодня качественных поросят. Дальше копать начали: Боже, так у нас генетики нет – мы ноль на сегодняшний день. А что такое генетика? Вчера мы опять же на секции обсуждали, и молодой человек мне сказал, что нам сегодня датчане предлагают за каждую покрытую свиноматку заплатить 4 евро. А покрывать приходится свиноматку 2 и 3 раза, то есть 9,2 евро мы должны подарить каким-то иностранцам, то есть такой договор подсунули. А почему? А потому что у нас нет сегодня своей генетической базы. Это самая главная беда. Пока у нас нет генетики, мы будем висеть на игле иностранных товаропроизводителей.

Сегодня генетика развивается в Дании. Сегодня генетика развита очень хорошо в Голландии и Канаде. Самая чистая генетика считается в Канаде. Так вот, если мы говорим об этом, то нам срочно необходимо сегодня построить по такому генетическому центру. Я говорю про Уральский федеральный округ. А потом, может быть, и во всех остальных. Да, сегодня мы завезём эту иностранную генетику, но когда-то надо начинать. Не сразу Москва строилась – когда-то надо начинать.

А потом мы уже будем привлекать сюда и науку, потому что наука – это самый главный и важный показатель в сельскохозяйственном движении. Не будет науки – мы ноль. Не будем вносить удобрения в землю – не будет у нас завтра урожая. Господь Бог может дать дождь, но что дождь, если будет обнищавшая солончаковая земля, оттого что мы много времени вытягивали из неё. Необходимы, конечно, и минеральные удобрения. Это одна из проблем, которую необходимо решить, а затем построить генетический центр. Предлагаю, конечно же, на территории Курганской области, потому что у нас априори Курганская область – сельскохозяйственная. У нас нет углеводородов, нет тяжёлого машиностроения. У нас нет ничего, но у нас есть великолепные земли.

И Зауралье – это такой клочок земли, который находится и не в Сибири, и не на Урале. Это именно Зауралье. Самое качественное масло было у нас всегда. Это славилось, и, действительно, я такого масла, как в детстве, до сих пор не ел. Ну что эти растительные наполнители, которые сегодня есть (я имею в виду жиры), когда на 50%, 80% заменяют пальмовым маслом? Это неправильно. Я понимаю, по жиру мы выполняем, но это не тот вкус, который нам бы хотелось получить. У нас это будет в будущем. Мы без этого жить всё равно не сможем. Мы должны развивать сельскохозяйственную науку. Мы должны развивать сельскохозяйственное село. Спасибо большое за внимание.

В.В.Путин: Чувствуется, что опытный руководитель: сразу реагирует на настроение зала.

Я, знаете, с большим удовольствием Вас выслушал. Сколько у Вас из Вашей великолепной семёрки осталось на сегодняшний день? Из тех Ваших коллег, с которыми Вы начинали эту работу?

А.В.Ильтяков: Пять человек. Галина Александровна Баша, ушла с работы, Галина Николаевна Севоволова тоже ушла с работы по причине здоровья. Двое человек продолжают дальше работать – самые старинные работники. Естественно, мы трое – те, которые начинали, – не разлей вода. Так до сих пор и работаем. И самое главное, я считаю, что в этом деле нам на руку сыграли верность друг к другу, доверие. И нет никакой подлости. Сегодня многие говорят, что вот мне помогите и так далее. Мне очень понравились Ваши слова на зарубежной конференции, когда Вы сказали своему иностранному оппоненту: «А что нам помогать? Мы что инвалиды, что ли?»

Надо быть партнёрами, поэтому не надо нам помогать. Надо действительно создать экономически равные условия, чёткую картину, и мы будем работать. Не надо никакой помощи.

В.В.Путин: Первое, что я хочу сказать, что нельзя не порадоваться, что Вы в Германии… А Вы знаете, я не понаслышке знаю качество колбасы в Германии. Я даже своих друзей-немцев (а у меня много друзей в Германии) в шутку всё время называю колбасниками, на что они не обижаются. Они подтверждают, даже гордятся этим. Чтобы в стране колбасников завоевать первое место по колбасе, это удивительный результат. Я Вас поздравляю, честное слово!

А.В.Ильтяков: Я про это и говорю. Хорошо, что Вы это знаете.

В.В.Путин: Что касается селекции, генофонда… В целом у нас в стране есть хорошие традиции и есть база – база генетического разнообразия. Конечно, сегодня мы неизбежно должны будем привлекать наилучшие образцы, наилучшие технологии западных партнёров. Это делается самым активным образом.

В программе развития сельского хозяйства на текущий год у нас на эти цели предусмотрены необходимые ресурсы – свыше 3 млрд рублей. И больше того, хочу вас порадовать, – у нас запланировано создание общероссийского центра по генетике.

Вот здесь присутствует министр сельского хозяйства. Хочу обратиться к ней и сказать, что действительно предложение о том, чтобы создавать региональные центры, очень правильное. Я не знаю, где вы планируете делать первый федеральный… Но на Урале, тем более в Курганской области, действительно, преимущественно в регионе с сельскохозяйственным производством размещение центров подобного рода в высшей степени востребовано, и, безусловно, я бы поддержал такое предложение.

А.В.Ильтяков: Спасибо большое, Владимир Владимирович.

В.В.Путин: Спасибо Вам.

Пожалуйста, Редих Ирина Андреевна, чемпионка России по горным лыжам, генеральный директор спортивно-туристического комплекса «Золотой пляж». Развитие туризма на Южном Урале.

И.А.Редих: Здравствуйте.

В.В.Путин: Здравствуйте.

И.А.Редих: Как мы традиционно воспринимаем Южный Урал – это опорный край державы, стабильный, промышленный регион. Ведь это у нас металлургические комбинаты и трубопрокатные заводы. Я хочу показать Вам другой образ Южного Урала. Предлагаю посмотреть фильм.

(Идёт показ видеоролика).

Я ещё хочу несколько слов добавить, почему для меня настолько важно развитие туризма на Южном Урале. Я родилась на Южном Урале и впервые освоила горные лыжи, 15 лет профессионально занималась спортом, стала двукратной чемпионкой России и мастером спорта.

В спортивной жизни мне удалось увидеть очень много горнолыжных курортов, особенно за границей. И у меня всегда возникал один и тот же вопрос: почему в других странах экономики строятся на развитии туризма, а мы свой потенциал, к сожалению, не осваиваем?

Я закончила институт по специальности «туризм» и начала работать в туристической компании. И вновь столкнулась с тем, что 90% клиентов таких компаний стремятся отдыхать за границей лишь потому, что у нас нет законченного качественного продукта в туризме.

Впоследствии я получила предложение работать в национальном парке спорта и туризма «Тургояк» и, не раздумывая, согласилась, приняла его с радостью, потому что увидела здесь свое будущее, будущее компании. А сейчас понимаю, что развитие туризма – это будущее региона.

И я с гордостью хочу сказать, что у нас есть сейчас не только возможность в регионе, мы реализуем конкретные проекты. Яркий пример – горнолыжный курорт «Солнечная долина».

С 2001 года мы вложили порядка 800 млн рублей инвестиций. Поддержка областного правительства очень значимая. Мы построили мощную электроподстанцию, газопровод, очистные сооружения, то есть создали основную инфраструктуру на курорте. Занимаемся очень важными проектами, которые сейчас для нас являются ключевыми. Мы проводим третий урок физкультуры. Это проект, нацеленный на детей. Два урока дети проводят в школе, занимаясь в душных залах или на беговых лыжах, а третий урок физкультуры они проводят с нами на горнолыжном курорте. Мы достигли таких показателей, что в этом году 15 тыс. детей мы научили кататься на лыжах.

В.В.Путин: Школа далеко находится от склонов?

И.А.Редих: У нас школа – непосредственно на горнолыжном курорте. А школы, из которых мы возим детей, из областного центра – 100 км. Очень важно, что это школы, расположенные ещё в близлежащих городах, буквально 10-15 км. И самое главное, что в этом проекте участвуют дети из поселковых школ.

Мы начинали пять лет назад. В первый год мы привлекли к горным лыжам 3 тыс. детей, а сейчас – ещё раз повторю – 15 тыс. За пять лет –рост в 5 раз. Я считаю, что это здорово. И самое главное, что детям это нравится.

В перспективность, стабильность этого курорта поверили иностранные инвесторы. Они увидели, что это живой проект. И сегодня нашим партнёром уже является крупный итальянский горнолыжный курорт. Вы, наверное, знаете, – «Доломиты Супер-ски».

В.В.Путин: Не знаю.

И.А.Редих: Это очень крупный курорт, действительно. И мы разработали совместный план развития до 2020 года. Объём инвестиций составит 4 млрд рублей. Мы построим новые трассы, дополнительные кресельные канатные дороги. Мы построим жилой поселок на 3 тыс. жителей. Это резко улучшит качество наших услуг, которые мы предоставляем, и мы построим ледовый дворец. На мой взгляд, он подстегнёт развитие таких видов спорта, как фигурное катание и хоккей. Стоит отметить, что в радиусе 120 км от нашего города нет ледовых дворцов, и это очень важно, и правительством Челябинской области поддерживается этот проект.

В.В.Путин: А как поддерживает? Кто вкладывает деньги во все эти объекты?

И.А.Редих: Мы планируем построить ледовый дворец по программе софинансирования.

В.В.Путин: То есть часть частных инвестиций, а часть – областного бюджета?

И.А.Редих: Да.

В.В.Путин: А сколько будет стоить такой ледовый дворец?

И.А.Редих: Я думаю, что он будет стоить всего 2,5 млрд рублей. В рамках 4 млрд. У нас есть два момента, которые я хотела бы попросить помочь нам решить.

Вы знаете, что современные курорты строятся, к сожалению, с использованием иностранного оборудования, потому что в России мы не производим ни ретраки, ни системы искусственного снижения, ни канатные дороги. Поэтому решение вопроса по снижению таможенных платежей будет для нас большой помощью и позволит нам развиваться далее стремительно.

Второй момент. Недалеко от нашего курорта проходит Транссибирская железнодорожная магистраль – это артерия, которая сейчас сообщает всю страну. От этой магистрали отходит ветка длиной 5 км и приходит непосредственно к нам на курорт. Построено полотно, всё готово, но она просто не электрифицирована. Мы хотим из областного центра привозить больше туристов, больше детей, молодёжи. И мы сможем это сделать благодаря тому, что линия будет электрифицирована. Мы на следующий сезон примерно прикинули, что около 100 тыс. человек уже сможем привезти.

В первую очередь благодаря этому обеспечится безопасность проезда. Ведь не секрет, что сейчас автомобильная федеральная трасса, по которой доезжают наши клиенты, очень перегружена. Поэтому для нас это очень важно. И мы станем доступны для жителей других регионов, таких как Самара, Уфа, Тюмень.

Таким образом, я считаю, проект внесёт ещё больший вклад в развитие туризма на Южном Урале. Прошу поддержать нашу инициативу, наши предложения. Спасибо.

В.В.Путин: Я уже говорил, когда выступал с трибуны, что действительно потенциал очень большой. Я сам имел возможность в этом убедиться – сам с удовольствием катался там на спортивных объектах металлургического комбината. Здорово они там всё сделали. И я знаю, что вторую очередь уже ввели. Я, к сожалению, не был. Все приглашают, я надеюсь, съезжу, может быть, на следующий год. У вас частное государственное партнёрство, получается?

И.А.Редих: Конечно.

В.В.Путин: Это тоже очень перспективная форма взаимодействия. Конечно, я посмотрю, чем там можно помочь.

Что касается завоза оборудования по импорту. Действительно, многое из того, что нужно для организации современного хорошего курорта, у нас не производится. Должен сказать, что по многим позициям ввозные таможенные пошлины на оборудование, не производимое на территории Российской Федерации, уже снижены либо вообще обнулены. Если там чего-то ещё не хватает, давайте посмотрим.

Но я вас прошу: как-то нужно организовать, чтобы вы, может быть по каналам «Единой России», через организаторов, через губернатора, наверное, лучше всего (надеюсь, он нас слышит), передали эти предложения. Такое поручение я обязательно сформулирую Министерству промышленности и Минэкономразвития. Уверен, что мы вам поможем. Некоторые позиции уже закрываются российскими производителями. И здесь надо быть очень аккуратным, чтобы не убивать наше собственное производство.

Кстати говоря, отдельные виды оборудования не хуже, а даже по некоторым позициям лучше, чем иностранное производство. Такое тоже есть. Ретраки, подъёмники и так далее – многое, наверное, что ещё нужно помочь вам завести для организации этого туристического кластера. Давайте посмотрим и обязательно сделаем. Первое.

Второе. Что касается электрификации железнодорожных путей. Должен сказать, что и у нас в стране, и за рубежом далеко не 100-процентная электрификация всех железных дорог. У нас в России, боюсь ошибиться, но электрифицировано только где-то 50% железных дорог. На некоторых участках целесообразнее даже использовать тепловозы. Я не знаю применительно к вашему проекту, так это или не так, но то, что я вам обещаю, это точно. Я поручу нашей основной компании – ОАО «РЖД» – посмотреть, что можно сделать для улучшения работы на этом участке с тем, чтобы обеспечить вам необходимый объём туристов, собственно говоря, создать вам рынок реализации ваших услуг. Посмотрим, что можно сделать.

Но вообще, ещё раз хочу подчеркнуть: действительно, Урал, особенно Южный Урал, – очень интересное место для туризма, очень интересное. И, к сожалению, далеко не все граждане даже нашей страны знают об этом. Нужно создавать, улучшать инфраструктуру, с удовольствием будем делать это вместе.

И.А.Редих: Спасибо.

В.В.Путин: Пожалуйста.

В.И.Кизеров: Уважаемый Владимир Владимирович! Я представляю Курганскую область, Мокроусовский район, глава района.

Когда покушаешь хорошей колбасы предприятия «Велес», хочется попить хорошей воды, а затем уже заниматься спортом. Но население многих регионов нашей страны, в том числе и нашей области, имеет проблемы со здоровьем по причине употребления некачественной питьевой воды.

Мы знаем, что нередко из водопроводных кранов течёт жидкость с непонятным цветом и запахом, которую трудно назвать питьевой водой. В нашей области принимаются некоторые меры в этом направлении. В частности, в нашем муниципальном образовании построена станция озонирования воды и вся вода проходит предварительную очистку от примесей железа. Я бы сказал, что хорошая чистая вода влияет на демографию.

В нашем районе в 2009 году впервые за 17 лет рождаемость превысила смертность, а в прошлом, 2010 году получен самый низкий показатель по смертности. Но принимаемых мер явно недостаточно, нужна какая-то федеральная поддержка. И хотелось бы узнать планы Правительства в обеспечении населения хорошей чистой питьевой водой.

В.В.Путин: Вопрос чрезвычайно важный – и для всей страны, и для Урала тем более. Здесь действительно много проблем с точки зрения экологии. То, что растёт рождаемость и падает смертность, говорит о том, что ситуация меняется к лучшему. И не только потому что увеличивается так называемый горизонт планирования для семей (что очень важно, наверное, это ключевой фактор), но тем не менее всё-таки и экологические проблемы постепенно решаются.

По воде важнейший вопрос. К сожалению, в некоторых даже крупных городах до сих пор водоводов не было в стране – за весь советский период не было построено. Для вашей области это тоже актуальная проблема. Слева от вас сидит Борис Вячеславович Грызлов, который постоянно продавливает программу «Чистая вода». В рамках этой программы и приравненных к ней программ все эти мероприятия, безусловно, будут осуществляться.

Я сейчас не буду приводить абсолютные цифры финансирования, но они есть и мы обязательно будем исходить из того, что проблемы нужно решать, и будем обязательно с федерального уровня поддерживать эти программы. Но, конечно, рассчитываем на то, что и региональные власти будут самым активным образом подключаться. Проблема правильная, будем её вместе решать обязательно.

В.И.Кизеров: Спасибо.

А.Изувакин: Уважаемый Владимир Владимирович, хотел бы поднять ещё одну тему, достаточно важную для нашей страны: это тема роста тарифов на электроэнергию. Для многих жителей Свердловской области, как я думаю, да и для многих жителей России эта тема является болезненной.

Вот, например, к нам в общество в последнее время обращается очень много людей, которые просят разобраться, почему всё-таки растёт стоимость на электроэнергию. Мы начинаем разбираться. Выясняется, во-первых: управляющие компании часто выставляют за один и тот же объём электроэнергии дважды счета, либо управляющая компания берёт тарифы просто с потолка. И когда мы просим разъяснить, в связи с чем, собственно говоря, такие высокие тарифы, – никаких обоснований получить не можем.

И третий вариант, когда управляющая компания говорит, что это энергокомпании виноваты, они нам выставляют высокую стоимость за электроэнергию, а мы вам соответственно уже перевыставляем с небольшой наценкой.

Вопрос следующий. Вот Вы давали, насколько я помню, партии «Единая Россия» поручение в 2011 году не допустить рост цен на электроэнергию больше чем на 15%.

В.В.Путин: Точно.

А.Изувакин: Я хотел бы узнать: как Вы считаете, удалось ли партии «Единая Россия» благодаря мониторингу изменить ситуацию? Это первый вопрос.

И второй вопрос. Будут ли приниматься какие-то меры в отношении управляющих компаний, которые так нагло нарушают права граждан?

Спасибо.

В.В.Путин: Вопрос, естественно, очень актуальный, острый. Один из ключевых вопросов нашей экономики. Нам до сих пор никак не удаётся выработать эффективные инструменты работы в рынке. Когда мы перешли на либерализацию рынка электроэнергии, исходили из того, что должны решать в этой сфере главную задачу – привлечь инвестиции для развития генерации прежде всего, и затем обеспечить их сетевым хозяйством.

Надо сказать, что не сразу, но в целом нам удаётся выходить на решение этой ключевой, основной, фундаментальной задачи привлечения инвестиций в генерацию, то есть, собственно, в строительство новых электростанций – тепловых, гидроэлектростанций, атомных блоков и так далее.

В целом задача решается. Мы, действительно, привлекли миллиарды долларов. И, конечно, когда привлекали эти миллиарды долларов, мы инвесторам говорили, что обеспечим определённый тариф, который позволит эти инвестиции вернуть и получить определённую прибыль, иначе – мы с вами понимаем – никто в эту отрасль не пойдёт. Это первое, что обуславливает определённый рост тарифов.

А развивать генерацию и сетевое хозяйство нужно, это стало очевидным. В предыдущую зиму, когда аномальная погода привела к обрыву проводов и так далее, сразу начали считать, сколько было недофинансирования в генерации и сетевом хозяйстве: триллионы рублей, триллионы. И опаздывать с развитием этих направлений деятельности мы, конечно, не можем, это было бы огромной ошибкой.

Но, конечно, работать в этой сфере нужно аккуратно, постепенно, не преувеличивая нагрузку на потребителей. Что мы сделали для того, чтобы смягчить этот переход на чисто рыночное ценообразование и тарифообразование?

Во-первых, мы приняли ряд решений на правительственном уровне. Мы снизили затраты, связанные с предоставлением услуг федеральной сетевой компанией (ФСК ЕЭС), это первое. Мы приняли решения, связанные с использованием так называемой мощности, которая работает в автоматическом режиме и не используется постоянно («неиспользуемые мощности»), и так далее. Ряд решений системного характера, который позволил бы снизить эти тарифы до приемлемого уровня, а этот приемлемый уровень, вы сейчас его назвали, мы определили в 15% и не более в среднем по стране. В некоторых местах, где генерация и сетевое хозяйство были, прямо скажем, запущены, там они вынуждены были неизбежно приподнять больше 15%. Но это не должно было быть ни 70, ни 50, ни даже 40. Небольшое расхождение с 15% – 17, 18 – ещё можно было допустить. Но не 40, не 50.

Удалось достичь результата или нет? В некоторых случаях да. Не везде. Сейчас в 40 субъектах Российской Федерации этот уровень тарифов приведён в соответствие с федеральными требованиями – не больше 15%. В 40! В 15 регионах планируется это сделать в самое ближайшее время.

Но проблема с компаниями, которые распределяют энергию, безусловно, существует. И здесь нужна более активная, решительная позиция антимонопольных органов, а в отдельных случаях и правоохранительных, включая прокуратуру. Мы будем самым активным образом продолжать эту работу.

Нужно совершенствовать и нормативную базу. Я с постановкой вопроса полностью согласен. Министерство экономического развития, Министерство энергетики такие задания уже имеют, и вместе с бизнес-сообществом (а здесь у нас присутствует и руководитель нашего основного объединения крупного бизнеса – Шохин Александр Николаевич) мы обязательно будем прорабатывать эти вопросы, которые обеспечили бы интересы потребителей, а не только производителей этого продукта – электроэнергии. Будем продолжать это делать. Пожалуйста.

Н.Кунишвили: Ваш первый шаг после 11 марта 2012 года? Это вопрос.

В.В.Путин: Первый шаг?

Н.Кунишвили: Да, что Вы сделаете?

В.В.Путин: Пойду умываться.

Н.Кунишвили: А в плане дела?

В.В.Путин: И в гигиеническом смысле этого слова, и в политическом.

После всех кампаний, которые нам предстоит пережить, нужно будет как следует заняться гигиеной. Уверен, к сожалению, это так, но это неизбежный процесс, знаете, как Черчилль говорил: самая плохая система управления – это демократия, но лучше – нет. Пожалуйста.

Реплика: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые гости! Я сюда приехал из Словакии. Здесь, на Урале, работаем уже больше трёх лет, и подготовили несколько проектов. Особенно нас интересуют проекты в ядерной медицине и в радиофармацевтике. Я выслушал здесь много информации о том, как работают компании на российском рынке, и хочу сказать, что они работают только здесь таким способом, поэтому хочу высказать несколько предложений, которые, возможно, поступят от нас.

Мы встречались в воскресенье в Праге с Александром Петровичем, деканом нашего фармфакультета, поэтому вчера встречались с ректором Медицинской академии. Мы готовы принимать в Словакии в семестр 40-50 студентов от вас. Обещаем, что всех вернём после обучения сюда.

Кроме того, мы прочитали и знаем вашу программу «Развитие ядерной медицины», которую очень оцениваем, особенно по причине вашего интереса лечить людей физикальными методами. Очень важно, что это не только будет лечить людей, но это и более экономично для всей страны.

Приведу пример. Цена одного курса лечения химиотерапией – где-то 100 тыс. евро. Мы говорим об этих центрах, особенно по причине ранней диагностики рака и других особенно опасных заболеваний. Задаю вопрос (по-моему, ответ достаточно понятный): если мы будем использовать эти технологии не только для диагностики, но знаем, уже сделали контроль, как удачно лекарства, которые врач применяет, работают. Если мы сказали, что это 100 тыс. евро, 1,5 тыс. евро за диагностику, – думаю, что это достаточно экономично, чтобы мы проверили действие этих лекарств.

Поэтому предлагаем вам, как в Западной Европе это работает: они имеют «гайд лайнс», скажу так, правила для диагностики, для терапии. Созданы эти «гайд лайнс» здесь, чтобы все врачи в рамках диагностики после того имели правила, чтобы фармкомпании не использовали ситуацию без правил только для продажи лекарств, которые не действуют, но чтобы это было реально достаточно экономично. Также мы выслушали о проблемах, скажу так, отношений фармкомпаний и врачей.

Сейчас у нас готовится новый закон по обращению лекарственных средств, в котором точно будут прописаны условия, по которым может компания обращаться и участвовать на этом рынке, говорить с врачом. Поэтому мы готовы привлекать специалистов нашей компании не только из Словакии, с нами сотрудничают люди и из Западной Европы. Поэтому, пожалуйста, если будет интерес, мы готовы к этому делу.

Последняя вещь, о которой я хотел сказать, как уже Александр Петрович говорил, ожидаем подписание меморандума о создании научно-исследовательского центра. Скажу так, там три субъекта: самая крупная промышленная компания мира, Урал и Словакия, – поэтому я уверен, что здесь, в Екатеринбурге, этот центр заработает очень быстро, и будут новые разработки.

В.В.Путин: Поприветствуем словацких уральцев.

Мы, конечно, в рамках наших общеобразовательных и специальных программ по подготовке специалистов в сфере высшего образования будем сотрудничать с нашими коллегами во всех странах мира, в том числе и в европейских. Будем обмениваться студентами, у нас целые программы на этот счёт функционируют. Мы их будем поддерживать и развивать.

Это касается и подготовки наших специалистов в иностранных высших учебных заведениях и иностранных студентов в наших вузах. Их количество, кстати, постоянно растёт. У нас есть очень хорошие направления – развитые и вполне конкурентоспособные.

Я с сожалением здесь скажу – наши специалисты пополняют рынок труда европейских стран. Это значит, что уровень подготовки их соответствует требованиям. Это хорошо для нашей системы образования, но это плохо, если иметь в виду, что востребованные у нас специалисты часто находят своё применение за границей. Но эта ситуация должна меняться, я между прочим добавлю, не принудительными мерами, а с созданием условий для работы на российских предприятиях.

Вторая тема, которую Вы затронули, касается борьбы с онкологическими заболеваниями – одна из важнейших проблем для всего человечества и для нашей страны тоже. В структуре заболеваемости сегодня это первое место. В структуре смертности на первом месте – сердечнососудистые заболевания, в структуре заболеваемости номер один – это онкологические заболевания.

У нас расширяется сеть онкологических диспансеров, отделений, кабинетов в десятках субъектах Российской Федерации. Если память мне не изменяет, свыше чем в 40 субъектах открыты новые отделения и онкологические кабинеты. Мы увеличиваем количество специалистов, которые работают в этой сфере.

Наверное, некоторые видели, слышали, что недавно в Москве мы открыли крупнейший не только в России, не только в Европе, наилучшим образом оснащённый центр детской онкогематологии, лучший и самый большой в мире. Это не голословное заявление, это так и есть – и по вместимости, и по оснащенности, и по привлечению специалистов. Кстати говоря, и там есть группа специалистов – людей, которые, действительно, являются специалистами мирового класса, граждан иностранных государств. Они переезжают для работы в Москву.

У меня чувство растёт гордости за наших специалистов, потому что они добиваются уникальных результатов. Вот 20-25 лет тому назад у нас только из тех, кто заболел этим тяжёлым недугом, выживало только 7% – представляете! Сейчас – 80%. А с введением этого центра, о котором я сказал, 95-97% будут жить и станут полноценными людьми.

Но с введением этого центра и открытием этой сети онкоучреждений и онкокабинетов все проблемы, к сожалению, не снимаются. И ваше направление деятельности очень востребовано. Я очень рассчитываю на то, что… Да, кстати говоря, и ядерную медицину мы будем развивать. Мы развиваем (есть планы соответствующие) и будем развивать.

Ваше сотрудничество с российскими коллегами очень востребовано. Разумеется, будем поддерживать. Но также, разумеется, что это должно быть на равноценной, равноправной основе в рамках действующего в России законодательства.

Вы знаете, мы ещё вернемся к вопросам, не имеющим отношения к презентации проекта. Я предлагаю пойти по предложенному организаторами плану, а потом мы ещё подискутируем по всем другим проблемам. Хорошо? Спасибо.

Предлагаю предоставить слово Михаилу Юрьевичу Карисалову – вице-президенту, руководителю дирекции углеводородного сырья «Сибур». Проект «Тобольск – история и современность». Пожалуйста.

М.Ю.Карисалов: В начале, перед своим выступлением, хотел бы поделиться отношением к Тобольской земле – нашему проекту, высказанным в видеоролике. Пожалуйста.

В Тобольск я приехал, Владимир Владимирович, из города, который исторически является окном в Европу, и встретил здесь, в этом городе Тобольске, такие, знаете, древние ворота настоящей Сибири – здесь она берёт для меня своё начало. Я честно скажу, что город Тобольск – то место, где вековая история с такой бурлящей современностью сливается воедино.

Сейчас предлагаю посмотреть на период с 2003 года по настоящее время. Вы видели город в тот год. Поверьте, очень много изменилось. Завершается реконструкция Тобольского кремля, проводятся всероссийские конференции по туризму, международные туристические конференции, возводится крупнейший в Европе нефтехимический комплекс.

«Сибур» активно занимается развитием региона и города, гордится этим. Повторюсь, проект «Тобольскполимер» является крупнейшим в России и в Европе инвестиционным комплексом, нефтехимическим проектом, а по мощности выпуска продукции входит в тройку мировых лидеров. Это 500 тыс. тонн полипропилена, 65 млрд рублей капитальных вложений в современные технологии, 20 млрд рублей налогов в различные уровни за первые 10 лет. Это несколько тысяч рабочих мест. Это возможность для России полностью отказаться от импорта полипропилена.

Что такое полипропилен для всех нас? Это пластиковые трубы, посуда, плёнки, детали автомобилей – всё это заработает уже через 18 месяцев.

Я помню, Владимир Владимирович, как Вы рекомендовали мне ускорить строительство буквально 11 месяцев назад, когда оно началось. Вы находились на всероссийском совещании по нефтехимии, и мой доклад Вам вёлся с улицы. Уже стемнело, и пошел снег… Вы видели, что стройка ведётся, и ещё раз повторю, что через 18 месяцев она будет сделана.

В рамках развития Тобольского индустриального узла в целом…

В.В.Путин: А сколько у Вас вообще инвестиций?

М.Ю.Карисалов: 65 млрд рублей.

В рамках развития узла в целом к 2014 году мы более чем в 2 раза увеличим наши мощности по газофракционированию – с 3,5 млн т до более чем 6 млн т переработки сжиженных углеводородных газов. К 2015 году мы завершим строительство современного высокотехнологичного продуктопровода из северных регионов Западной Сибири до Тобольска.

К 2016-2017 годам планируем построить в Тобольске современнейший пиролиз, то есть в целом это будет полностью соответствовать тем планам по созданию в России нефтехимических кластеров, которые озвучиваются и Вами, и Правительством Российской Федерации. Конечно, это невозможно оставить без сырьевой поддержки. Мы этим также активно занимаемся в первую очередь за счёт глубокой переработки попутного нефтяного газа.

«Сибур» примерно более чем на 25% увеличил за последние годы мощности по переработке попутного нефтяного газа, доведя их до 18 млрд кубов в год. Мы модернизируем свои мощности, занимаемся достаточно существенно увеличением глубины извлечения жидких фракций из попутного нефтяного газа – то, о чём Вы сегодня говорили. То есть то нефтехимическое ценнейшее сырьё, которое можно использовать, стараемся использовать. И вот за последние пять лет сделали шаг по извлечению пропана, бутана и выше от 78% до 89-90%, по ряду газоперерабатывающих заводов – до 99%. Это на Ямале, в Ямало-Ненецком автономном округе, на Губкинском заводе. И занимаемся этим же на всех остальных наших газоперерабатывающих заводах. Это мировой уровень газопереработки.

Основа этому, конечно, Вы сегодня это ещё раз подтвердили, базируется на постановлении Правительства 2007 года. Постановление явилось опорным, переломным в решении проблемы попутного нефтяного газа и, безусловно, очень сильно сыграло на руку российской нефтехимии, целой отрасли. Для отрасли это, ещё раз повторю, явилось переломным.

Возвращаясь к проекту, скажу, что «Тобольскполимер» в момент запуска потребует порядка 500 высококлассных современных специалистов, обладающих самыми-самыми современными знаниями и навыками.

Уже в этом году первые выпускники Тобольского индустриального института, Тюменского нефтегазового университета станут нашими работниками. Стараемся, можно даже сказать, немного авансом строим систему школа – вуз – предприятие. На базе общеобразовательных школ Тобольска создали химические классы. В настоящий момент договоренность такая, что лучшие выпускники этих классов получают целевое направление на обучение в ведущих вузах страны. Партнёры понятны: МИТХТ имени Ломоносова, тот же Тюменский нефтегазовый университет. Сегодня вместе с ними занимаемся формированием специализированных кафедр по высокомолекулярному синтезу.

В.В.Путин: А сколько работающих будет у вас на предприятиях?

М.Ю.Карисалов: В целом, Владимир Владимирович, сам комплекс достаточно высокотехнологичный – не более 700 человек, но сопутствующая отрасль – это крупнотоннажное производство, сопутствующая отрасль – переработка этого полипропилена. Мы смотрели вместе с властями Тюменской области, самого Тобольска – до 3 тыс. рабочих мест непосредственно в кластере глубокой переработки. Это переработка полипропилена в гранулы, одноразовая посуда, преформы, трубы для ЖКХ. Это до 3 тыс. рабочих мест буквально в ближайшие годы после запуска проекта, то есть IV квартал 2012 года. Всё идет к тому, что мы совершенно чётко уложимся в эту дату.

В.В.Путин: Через 1,5 года, получается?

М.Ю.Карисалов: Через 18 месяцев.

В.В.Путин: В среднем по компании какая заработная плата?

М.Ю.Карисалов: Достигает почти 30 тыс. В нашем Западно-Сибирском регионе, конечно, чуть повыше.

В.В.Путин: Сколько?

М.Ю.Карисалов: В Западно-Сибирском заработная плата у рабочих – где-то 36 тыс. рублей, у специалистов – 60-80 тыс. рублей.

В.В.Путин: 60-80 тыс. рублей. А у рабочих?

М.Ю.Карисалов: 36 – в Западной Сибири. У «Сибура» в Западной Сибири работает 7 тыс. человек. Газопереработка, газотранспорт и нефтехимия – в Тобольске.

Всё, конечно, не так просто шло и идёт до сих пор. Устаревшие строительные нормы – был и остаётся этот вопрос. Вопросы, связанные с (не знаю как правильно) подсдувшейся немного строительной отраслью, по специальному промышленному строительству.

Разобщённость (мы столкнулись с этим) профессорско-преподавательского состава в разных регионах. Сложно было всё свести. Но мы имеем серьёзную поддержку от профильных министерств, имеем практически ежедневную поддержку (по первому сигналу) по всем направлениям от правительства Тюменской области. Стараемся совместно достаточно активно заниматься социальными объектами – достаточно вдумчиво это делаем.

И пример прошлого года. Мой руководитель определил определённую сумму, и я вышел на правительство Тюменской области. Губернатор взял паузу (надо подумать и понять, что действительно нужно) и вместе с мэром в течение двух недель определили наилучшее, наиправильнейшее, самое правильное место применения этих денег – школа искусств, детский сад, социальное строительство, реконструкция театра. На сегодняшний день этим и занимаемся.

Финансирование проекта, это, Вы, наверное, знаете, происходит из средств «Сибура», из средств Внешэкономбанка, нам помогает государственный институт развития. Вы подписали в мае 2010 года как председатель наблюдательного совета, одобрили выделение средств. Господин Дмитриев был не так давно, трогал руками, где находятся его денежки. В целом всё идет, честно говоря, неплохо.

Просьба, Владимир Владимирович, в присутствии Ваших подчиненных такая – реализовать планы по дальнейшему развитию Тобольска и в целом Тюменской области, сделать ещё более быстрые шаги по уходу этого региона от сырьевой ориентации. Помогло бы, на наш взгляд, создание особой экономической зоны.

И вот этот вопрос, мне кажется, Вы могли бы, ещё раз… Подкрепив его своим поручением, дать существенный толчок нефтехимии, глубокой переработке. Спасибо.

В.В.Путин: То есть, сейчас Михаил Юрьевич сказал, что мы подставили плечо, помогли с финансированием. Сколько Внешэкономбанк нам выделил?

М.Ю.Карисалов: 1 млрд 400 млн долларов, там эквивалент в валюте.

В.В.Путин: Представляете, почти 1,5 млрд долларов Внешэкономбанк выдал на этот проект.

М.Ю.Карисалов: На 13 лет, часть – на девять.

В.В.Путин: Под какую процентную ставку?

М.Ю.Карисалов: Под небольшую, Владимир Владимирович, – под очень небольшую.

В.В.Путин: А теперь он говорит, давайте создадим ещё свободную экономическую зону, то есть предоставим ещё дополнительные льготы.

М.Ю.Карисалов: Под дальнейшее развитие.

В.В.Путин: Понятно, да. Но в принципе тоже не лишено смысла. Давайте посмотрим.

Вас какие там привлекают особые условия? Что бы Вы хотели там получить?

М.Ю.Карисалов: Если говорить про пиролиз, например, то там, понятно, что не сегодня, не через 10 лет. К сожалению, в Российской Федерации ещё не будет всего комплекса оборудования для полноценного производства полиэтиленов разнообразных марок, то есть печей пиролиза. Поэтому нам либо нужно (что сегодня и делается в машиностроении) это дело развивать, но тогда мы по времени сильно отстанем от других стран.

В.В.Путин: То есть вам нужно беспошлинно завезти оборудование?

М.Ю.Карисалов: Совершенно верно. Сегодня эти постановления есть, они действуют, но на временном горизонте это не очень понятно. Но, входя в особую экономическую зону, безусловно, мы получаем уже гарантии в этом вопросе.

Второй вопрос – частичное освобождение от налога на прибыль, освобождение от земельного налога.

В.В.Путин: Налог на прибыль – это с регионом вам нужно…

М.Ю.Карисалов: Да, и сегодня нам помогает этим правительство Тюменской области.

В.В.Путин: Мы и так сократили налог на прибыль с 24% до 20%.

Есть здесь кто-то из руководителей Тюменской области?

М.Ю.Карисалов: Руководитель здесь.

В.В.Путин: Владимир Владимирович?

В.В.Якушев (губернатор Тюменской области): Всё, что мы сможем сделать сегодня в рамках федерального законодательства, я имею в виду полномочия регионов, – весь этот пакет налоговых льгот сегодня по данному проекту предоставлен.

М.Ю.Карисалов: Буквально за четыре месяца всё сделали, очень быстро приняли все местные законы.

В.В.Якушев: Всё законодательно оформлено. И сейчас у нас идёт подготовка к формированию бюджета уже, естественно, на следующий год. Мы всё это предусматриваем, поэтому здесь с нашей стороны – полная поддержка.

В.В.Путин: Мой тезка – продвинутый губернатор. Спасибо большое.

Я почему спросил, потому что я хочу понять, чего ещё не хватает.

В.В.Якушев: Владимир Владимирович, добрая воля Вашего тёзки, безусловно, дело очень большое. Возможно, даже близкое к равенству, к тем гарантиям, которые государство предоставляет резидентам особой экономической зоны. Но вот перевод этого из доброй воли на законодательную основу…

В.В.Путин: Нет, они же принимают сейчас эти решения в бюджете. Понимаете, я не потому, что мне хочется Вас помучить – я хочу действительно понять, на что вы дополнительно рассчитываете. На региональном уровне вам льготы предоставляются, финансирование мы вам обеспечили.

М.Ю.Карисалов: Да.

В.В.Путин: Поговорить о завозе технологического оборудования, которое не производится в России, это вполне можно в рамках моего поручения, которое я сейчас сформулирую министерствам промышленности и экономразвития. Мы над этим поработаем. Вот этого недостаточно. Я просто хочу понять, что Вы хотели бы в качестве поддержки ещё увидеть, что вам даст свободная экономическая зона. Я не против, а я просто хочу это понять.

М.Ю.Карисалов: Особая экономическая зона, наверное, временной горизонт всего того, что Вы назвали, положенный в эти самые гарантии, которые предоставляет государство.

В.В.Путин: То есть Вы хотите то, что работает уже и, может быть, добавленное из того, что я сейчас сказал, чтобы это было просто зафиксировано?

М.Ю.Карисалов: Да.

В.В.Путин: И чтобы никуда не ушло? Давайте проработаем, давайте посмотрим.

М.Ю.Карисалов: Спасибо, Владимир Владимирович. И конечно, не могу удержаться… Уже сам как несколько лет тоболяк. Меня волнует судьба поручения, которое в 2003 году Вы давали по развитию в Тобольске туристической зоны. Нет у нас аэропорта. Если можно было бы посмотреть… Вы сегодня перечисляли многие города и добавили в конце «и прочие города». Мы рассчитываем, что, может быть, в «прочие города» Тобольск войдет?

В.В.Путин: Тобольск действительно очень красивый город. Я там был, смотрел этот просто уникальный монастырь, который стоит на высоком берегу реки. Такой открывается вид, такой простор! Если кто-то не был, я рекомендую. Просто получите удовольствие, честное слово, очень красиво.

И производство развивается. Это химический кластер, но это самое высокотехнологичное производство с очень бережным отношением к экологии и к природе. Я уверен, что никакого нарушения экологического баланса там допущено не было. Извините меня, и вони никакой рядом не должно быть от предприятия. Это действительно не наносит ущерба экологии. Разумеется, за этим нужно следить. И именно поэтому, я считаю, нужно поддержать Ваше предложение по поводу того, чтобы было использовано самое современное оборудование. Мы обязательно будем над этим работать.

И вообще просто хочу пожелать вам успехов. В целом компания развивается успешно и проект очень хороший. Можно только порадоваться. Спасибо вам.

Есть ли какие-то вопросы в этой связи и комментарии? Пожалуйста, прошу Вас.

М.Бакулина: Добрый день, уважаемый Владимир Владимирович! Вопрос заключается в следующем. Существуют такие виды бизнеса, которые, к сожалению, бизнесом назвать очень сложно ввиду их маленькой рентабельности, ввиду отсутствия такого понятия, как огромная прибыль и тем более сверхприбыль. К сожалению, они не интересны для частных инвесторов из-за низкой рентабельности, они не могут получить государственную поддержку из-за отсутствия схемы финансирования и ещё каких-то схем, но тем не менее они формируют социальную политику нашего государства. Это относится к образованию, здравоохранению, культуре, и соответственно необходима помощь государства в этом случае. Как Вы относитесь к идее принятия в России закона о социальном предпринимательстве?

В.В.Путин: Вы знаете, мы уже говорили о важности этого направления. И когда решали вопрос с налогообложением тем более применительно к социальным фондам, мы сразу же выделили эту сферу деятельности в виде приоритета, в отношении которого должна быть применена льготная система налогообложения, и Вы об этом не можете не знать.

Это по самой низкой планке. Но этой самой прямой поддержки, которая должна исходить от законодателя, Государственной Думы, Правительства Российской Федерации, – этого, думаю, недостаточно. Поэтому я сегодня здесь впервые объявил о прямой финансовой поддержке со стороны федерального бюджета.

Вот эти 9 млрд рублей, о которых я сказал, мы действительно в 2012 году предложим нашим коллегам: 1 млрд прямого финансирования и 8 млрд в виде дешевого бюджетного кредита. Но мы очень рассчитываем на то, что и регионы Российской Федерации, а Тюмень – это область с высокой…

М.Бакулина: Прогрессивная область.

В.В.Путин: Прогрессивная-то – прогрессивная, это само собой, но она ещё и область с высокой бюджетной обеспеченностью, поэтому есть все возможности поддержать это важнейшее направление, так скажем, хозяйственную деятельность. Это всё-таки бизнес, он хоть и низкорентабельный, но если организовать нормально работу и сделать это на базе государственной региональной поддержки, он может быть и должен быть рентабельным. Это если вы создали частный детский сад, он же на рыночной…

М.Бакулина: На самоокупаемости должен находиться.

В.В.Путин: Это должен быть баланс между предложением и спросом, возможностями и платёжеспособным спросом тех, кто пользуется этим видом услуг. Но, разумеется, поддержка должна быть. И главное, что в вашем регионе есть база для этой поддержки. Будем поддерживать с федерального уровня. О мерах поддержки я уже сказал.

М.Бакулина: Спасибо.

В.В.Путин: Кстати говоря, о развитии сети частых детских садов. Я считаю это чрезвычайно важным. И хочу обратить на это внимание своих коллег – руководителей в регионах. Мы должны и будем развивать государственные, региональные, муниципальные учреждения дошкольного образования. Но если мы найдём инструменты поддержки частной инициативы, это будет, во-первых, по качеству не хуже, а подчас лучше, а во-вторых, что очень важно, будет серьёзным подспорьем для создания необходимого объёма сети дошкольных учреждений. Пожалуйста.

Е.Белоцерковская: Добрый день, Владимир Владимирович! Добрый день, гости! Я вторая мама для 157 детей. Я учитель начальных классов и учитель в пятом поколении.

Пока на данный момент я никуда не собираюсь уходить из школы. Я понимаю, что наша современная школа в общем развивается. Наши современные дети требуют, чтобы мы с ними говорили и не на детские вопросы. И у меня к Вам тоже сейчас недетский вопрос.

У моих знакомых сын – наркоман. И в свое время он вынес всё из дома, попал в тюрьму. И Вы знаете, самое страшное, что мама безумно счастлива, что с ним это происходит.

Я считаю, что сейчас на нас с Вами смотрит вся Россия и те 6 млн мам, которые ждут от Вас ответа на вопрос. Вопрос такой: необходимо внести сейчас изменения в закон так, чтобы всё-таки лечение людей, которые попали в эту беду, стало принудительным. Хочется знать Ваше отношение. Спасибо.

В.В.Путин: Это очень острая проблема для всей страны. Вы даже рассказали про конкретный случай, который среди ваших знакомых имел место. Должен сказать, что у моего хорошего товарища сын из жизни ушёл из-за наркотиков – молодой, красивый, симпатичный и умный парень. И в целом мы с вами понимаем, что это за проблема такая. Иногда складывается впечатление, что какая-то наркоагрессия происходит.

К сожалению, после распада Советского Союза, крушения границ, у нас границы, особенно с юга, оказались совершенно не защищенными. Совсем, скажем, по линии Афганистана у нас же нет границ: там другие государства должны охранять эти границы. Но им сделать это достаточно сложно из-за финансовой необеспеченности, из-за реорганизации постоянных пограничных структур. А у нас с этими-то странами границы вообще никакой нет – вот и «дырка».

Нам для того, чтобы обустроить границу даже на Северном Кавказе, потребовалось, а это (мы понимаем, там террористическая угроза во весь рост стоит) очень важная проблема, – потребовалось несколько лет, десятки миллиардов государственных средств. А чтобы обустроить тысячные границы – у нас самые длинные границы в мире, – скажем, с Казахстаном и дальше, требуется ещё больше времени и ещё больше финансовых ресурсов.

Сейчас в рамках создания Таможенного союза и единого экономического пространства мы договариваемся с нашими партнёрами о том, что вместе будем работать над укреплением внешних границ Таможенного союза. Надо отдать должное, наши партнеры, в том числе в Казахстане, с пониманием относятся к решению этих общих задач, тем более что сами сталкиваются с этой проблемой.

Но и внутри страны мы, конечно, должны совершенствовать законодательство, должны усиливать деятельность правоохранительных органов. В свое время было принято решение. Я непосредственно принимал участие в этой работе, я был, по сути, инициатором ликвидации налоговой полиции и создания на её базе антинаркотического федерального ведомства. Мы всю систему, 40 тыс. человек, переориентировали на решение задачи борьбы с наркотиками. Укрепляем её и будем укреплять дальше.

Кстати, эффект есть, но и этого недостаточно. Это комплексная проблема, и решать её нужно комплексными методами: пропагандой здорового образа жизни, антинаркотических мероприятий (по-моему, сегодня, кстати, в Екатеринбурге пройдёт большой концерт, посвящённый этой тематике), затем – вопросы медицинского обслуживания и решения медицинских проблем, создание базы реабилитации, работа общественных организаций и средств массовой информации, работа (как я уже говорил) пограничной службы. Нужно мобилизовать все наши ресурсы на борьбу с этой заразой.

В этой связи нужно, конечно, не нарушая прав человека, совершенствовать и нормативно-правовую базу. Сейчас применительно к школе, по-моему, в первом чтении, Борис Вячеславович, уже прошли поправки в действующее законодательство и принимаются решения о том, чтобы проводить такие безымянные опросы в школах – проводить тестирования школьников. Считаю, что это нужно делать.

Повторяю ещё раз: не нарушая основополагающих прав человека, но защищая человека от этой беды, по согласованию с родительскими комитетами, родителями. В школах такую работу нужно разворачивать, потому что в школы приходят, к сожалению, наркодилеры и там работают.

Говорить о принудительном лечении – обо всём можно говорить. Вы знаете, принудительно лечить от алкоголизма и от наркомании – это себе дороже. Надо убеждать человека, порождать в нём внутреннюю мотивацию к необходимости преодоления этой беды. Важно, чтобы человек не чувствовал себя брошеным. Важно, чтобы он понимал и чувствовал, что если он попал в беду, сел на иглу или на колёса, как наркоманы говорят, на таблетки, значит, он должен почувствовать, что он не брошен, что он один на один не останется, что его близкие и друзья, родственники, родители его не бросят, школа не бросит, не бросит коллектив, где он работает либо учится, государство не бросит. Всё это вместе, только весь этот комплекс, даст нам положительный эффект.

Я предлагаю продолжить. Нам нужно закончить презентации, а потом ещё поговорим. Пожалуйста, прошу Вас.

Реплика: Уважаемый Владимир Владимирович, я очень коротко. Когда говорят о нефти и газе, почему-то всегда и в сознании наших граждан, и в презентациях звучат крупные проекты, и говорим мы о крупных нефтяных компаниях.

В.В.Путин: Я, выступая, говорил о мелких.

Реплика: Да. И я хочу Вас поблагодарить, потому что просто душа ликовала, когда Вы сегодня поставили задачи перед малыми и средними нефтяными компаниями по развитию Урала. Эта задача может стоять везде, в каждой нефтегазоносной провинции.

Владимир Владимирович, сектор недоиспользован. Мы добываем в этом секторе всего 4% общероссийской добычи. За 10 лет добыча упала в 2 раза по нашему сектору. В Штатах независимые маленькие компании добывают 40%.

Большим кораблям – большое плавание, большие проекты, а мелкие месторождения, трудные месторождения оставьте этим нефтяным малышам?

Правительство (я 16 лет жизни положила на эту тему, на всех уровнях выступала, первый раз перед Вами, поэтому, как на алтаре) не понимает специфики нашего сектора. Мы малый бизнес, но только в крупной монополизированной отрасли. Все виды компаний внесли в Правительство в апреле этого года законопроект по мелким месторождениям, Совет Федерации предложил прекрасную поправку. Апрель – прошло первое чтение, июль – тишина.

2009 год. В «Хантах» «единоросы» выдвинули инициативу по специальному закону по малым нефтяным компаниям – это же богатство нашей Родины. Обсудили в «Хантах» идею, решили в концепцию закона о нефти внести кусок по малым нефтяным компаниям. Малые производители ничего не знают – тишина.

Просто огромная просьба. Это серьёзное богатство страны, и это никакая не нефтяная игла, а это наше конкурентное преимущество. Обратите внимание на этот специфический вид малого бизнеса. Может быть, сегодня на нашем небосклоне звездочка зажжётся. Спасибо.

В.В.Путин: Вы мою позицию слышали – я её сформулировал. Но я не открою никакого секрета, если скажу, что это проходит в таких сложных дебатах. Считается, что нефтегазовая отрасль доходная и в особых режимах налогообложения не нуждается, имея в виду, что в отдалённых районах Восточной Сибири, скажем, там налоговые льготы и так введены.

Скажем, я говорил про Ямал. Там выездная таможенная пошлина просто отменена – обнулена совсем, а месторождения, о которых Вы говорите и о которых я говорил, выступая с этой трибуны, находятся, как правило, на территориях инженерно, инфраструктурно обустроенных.

И к чему это привело в условиях, когда мы должны обеспечить сбалансированность бюджета сегодня. И я буду говорить, как есть, и ничего не придумываю. Считайте, что Вы присутствуете на заседании Правительства и слушаете споры, которые происходят между коллегами. В условиях несбалансированности пока (но мы обязательно добьёмся этой сбалансированности бюджета), конечно, фискальные ведомства, прежде всего Минфин, возражают против понижения налогообложения, против введения каких-то льгот. Больше того, на нефтегазовый сектор нагрузка увеличивается.

Скажем, мы приняли решение увеличить нагрузку на добычу газа и дополнительно в бюджет газовых компаний. Прежде всего, конечно, нагрузка ляжет на «Газпром». В бюджет, используя механизмы налогообложения, будет дополнительно направлено, то есть изъято из отрасли 150 млрд рублей.

Вы сказали, большому кораблю большое плавание. К сожалению, некоторые коллеги исходят из того, что большому кораблю – большую торпеду, маленьким кораблям – маленькую торпеду. С этим пока трудно спорить и сопротивляться этому трудно, имея в виду, повторяю, необходимость сбалансировать бюджет и решить социальные задачи, перед которыми мы стоим; обеспечить повышение заработных плат учителям, педагогам, военнослужащим, сотрудникам внутренних дел, обеспечить пенсионную систему. А Пенсионный фонд, к сожалению, у нас пока верстается с большим дефицитом.

Когда всё это начинаешь передвигать с места на место, то и не находишь реальных источников покрытия дефицита бюджета, рука не поднимается понизить налогообложение на нефтяную сферу даже для малых предприятий. Но в целом… Я неслучайно сказал с трибуны, что в целом разделяю вашу позицию. И давайте договоримся так: я ещё раз поручу Минэкономразвития, Министерству энергетики и Минфину, чтобы они вместе посмотрели рентабельность работы на малых, небольших месторождениях. Исходя из этих реалий жизни, выстроили хотя бы среднесрочную перспективу для предприятий подобного рода. Но если нельзя прямо сейчас сделать, тогда пусть покажут, когда это станет возможным. Чтобы вы имели возможность в среднесрочном и долгосрочном плане планировать свою работу, доходы и расходы. Мы вернёмся к этому обязательно. Я не случайно об этом сказал.

И.В.Шуманская: Добрый день, Владимир Владимирович! Одна из задач моего предмета – экологическое воспитание школьников. Около семи лет назад в нашем районе ликвидировались ракетные шахты. После взрывов здоровье населения значительно ухудшилось. Проводя и занимаясь исследовательской деятельностью, отслеживая мониторинг валеологических проблем, мы заметили, что онкологические заболевания увеличились в два раза. Лейкоз отмечен даже у животных, особенно у домашних, – это коровы.

Мне не чужды и проблемы нашего региона. Я знаю, что Челябинск – один из самых неэкологичных городов страны. В первую очередь из-за большого количества предприятий тяжёлой промышленности. Кроме этого на территории округа находятся радиационные могильники, в том числе комбинат «Маяк». Жители Карабаша задыхаются от выбросов. Владимир Владимирович, скажите, есть ли у партии и правительства планы по решению экологических проблем нашего региона?

В.В.Путин: Есть. У нас функционируют две федеральные программы. Правда, они рассчитаны до 2015 года. Но мы, безусловно, их будем продолжать. И эти программы работают по нескольким направлениям.

Первое направление – это диспансеризация людей, которые живут в этих районах и регионах. Причём не только взрослых, но и детей, причём не просто детей, а детей даже во втором поколении. Первое.

Второе. Мы будем и дальше развивать базу здравоохранения. Там есть специализированные учреждения (наверняка вы об этом знаете), и мы будем дальше их поддерживать и развивать. Мы будем выделять средства, а в общем по разным каналам на эти цели в вашем регионе, в Челябинске, выделяется 13 млрд рублей в ближайшее время. Насколько я знаю (если это необходимо, проверю ещё раз), работы идут, и идут достаточно успешно. Зеркало вот этого водоёма, который расположен недалеко от «Маяка», уже понижено на 90%. Кроме того, укреплены все берега Теченского каскада. Проводятся и другие мероприятия, связанные с реабилитацией территории.

Должен вам сказать, кстати, объём выбросов при известной аварии 57-го года был в несколько раз меньше, чем сейчас на «Фукусиме». И мы не увеличиваем ПДК, а в рамках действующих ПДК, которые ниже, чем в мире вообще, осуществляем эти мероприятия. И будем осуществлять их дальше, будем постоянно мониторить ситуацию. И сегодня, несмотря на проблемы, о которых вы сказали (а это те «хвосты», которые ещё достались нам после аварии), – сегодняшняя ситуация соответствует нормам Российской Федерации. Повторяю, они у нас ниже, чем во многих странах мира. Я уже сейчас не говорю про Японию, в которой ПДК постоянно повышаются. Но проблемы тем не менее существуют, и в рамках этих федеральных программ мы их будем решать. Повторяю, если подойдём к рубежу, когда они будут заканчиваться, обязательно примем решение по продлению этих мероприятий.

Давайте мы закончим презентацию, а то коллеги готовились, а потом в свободном режиме продолжим обмен мнениями.

Я попрошу выступить Андрея Львовича Непомнящего, генерального директора компании «Монолит». Проект называется «Переработка попутного нефтяного газа».

А.Л.Непомнящий: Добрый день! Наша компания в 2008 году принимала участие в конкурсе «Лучший экологический проект года», проводимом Министерством природных ресурсов Российской Федерации. Мы стали лауреатами в номинации с очень интересным названием «Экологическая эффективность экономики». Экология и экономика: как объединить эти два понятия в проектах по переработке попутного нефтяного газа? Это мы пытаемся решить в наших проектах и об этом наш небольшой фильм.

Ролик идёт две минуты, но для нашей компании в эти две минуты спрессованы 10 лет развития проекта. За это время мы проделали путь от идеи танко-контейнерных перевозок сжиженных углеводородных газов до планируемого в этом году запуска двух наших первых газоперерабатывающих заводов.

Я хочу отметить, что это столько же, сколько было построено в России за предыдущие 20 лет. Это наше прошлое и настоящее. А в чём наше будущее? Как погасить все факелы? Сегодня, используя опыт, полученный нами при строительстве двух наших первых объектов, я могу сказать: необходимо изменить нормативный подход к реализации подобных проектов. Речь идёт не об одном-двух документах отдельных министерств и ведомств – необходимо изменение концептуального подхода.

В чем существо проблемы? Вся наша нормативно-правовая база в первую очередь направлена на ликвидацию последствий аварий. А необходимо сделать акцент и сместить основные акценты на снижение риска возникновения самой аварии.

Такой подход широко применяется в мире, в частности в Канаде, имеющей с нами сходные климатические условия и сходные условия по добыче нефти. К чему это приводит? Приведём пример. Канадские компании сегодня строят объекты по газопереработке во всём мире за один год. Это могут быть континентальный Китай, джунгли Амазонки, север Канады. Один год от подписания контракта до запуска объекта, независимо от мощности. У нас за год, я думаю, в лучшем случае можно получить разрешение на строительство. Реально такие объекты строятся три-четыре года. Но для того чтобы найти современные пути, не надо лететь за океан, у нас это применяется тоже. В нашем проекте, в частности, это используется при производстве контейнеров.

Для того чтобы понять, к чему приводят устаревшие подходы, я приведу обратный пример. Предположим, что наше судостроение шло по пути минимизации последствий аварии. Предположим, идёт газовый танкер. Тогда команда должна плыть на отдельном судне рядом, метрах в 500. А вообще на этом судне есть двигатель и лучше бы команду вообще оставить на берегу. Мне кажется, мы уже где-то видели это – «Бурлаки на Волге» Репина. Идеальный вариант – при любой катастрофе у нас команда уже на берегу. Но мне кажется, мы живем в XXI веке и эти подходы устарели. Наверное, вызовет сейчас улыбку такой пример, но на самом деле мы столкнулись именно с этим.

Мы заказали передовое канадское газоперерабатывающее блочно-модульное оборудование. Привезли в Россию. Сегодня мы заканчиваем строительство. Объект, который в Канаде занимал бы 2 гектара, у нас занимает 22 – в 10 раз больше. Это дополнительные инвестиционные вложения, это снижение экономической эффективности, и целый пласт объектов у нас вылетает из рассмотрения.

В.В.Путин: Из-за чего? Из-за регламентов?

А.Л.Непомнящий: Регламенты, нормативы, но задача более широкая, и о ней можно долго говорить. Там именно комплексные проблемы.

Нам кажется, что для того чтобы внедрять современные инновационные подходы, в частности в газопереработке, необходимы современные регламенты, современные нормы, вообще современные концепции к подходу к реализации объектов газопереработки, да и нефтехимии, и нефтепереработки.

Я думаю, что если мы решим эту задачу, то тогда гораздо быстрее появятся новые газоперерабатывающие комплексы и гораздо быстрее мы решим задачу 95-процентной утилизации попутного нефтяного газа, но это только часть проблемы. Я уверен, что мы эту задачу решим, а когда мы её решим, то столкнемся с тем, что объём выпуска сжиженных углеводородных газов (а это основной продукт переработки ПНГ) вырастет вдвое, с 10 млн сейчас до 20 – в 2020 году, и необходимо параллельно решать задачу реализации этих ресурсов.

Один путь, и он очень эффективный – это использование в нефтехимии, а второй путь – это использование сжиженных углеводородных газов в качестве автогаза. Я две недели назад был на первой европейской конференции по автогазу в Европе, и надо сказать, что конференция прошла под неожиданным знаком – русские идут. Но это не касается экспорта, а касается совершенно ошарашившего всех сообщения о том, что Россия вышла на первое место в Европе и второе место в мире по объёмам потребления пропанбутана в качестве газомоторного топлива. Но нам ещё рано почивать на лаврах, потому что есть куда расти с точки зрения относительной доли газомоторного топлива на рынке автомобильного топлива. Мы ещё уступаем лидерам в этой области. Шаги, предпринимаемые Правительством, делаются достаточно эффективно.

Я могу сказать, что запрет 80-го бензина привёл сегодня к многомесячным очередям на станциях по переоборудованию автомобилей на газ. То есть водители сегодня голосуют за газ, а не за 92-й бензин. Это реальность и это реальные шаги.

В.В.Путин: Это вас радует?

А.Л.Непомнящий: Нас это радует, да. Но я думаю – радует всех, кто думает об экологии.

В.В.Путин: Кстати говоря, газомоторное топливо – самое экологически чистое, это правда.

А.Л.Непомнящий: Но для того чтобы этому процессу, этим положительным моментам придать больший динамизм, я считаю, необходим закон о газомоторном топливе. Этот закон, по крайней мере, расставит правила игры на этом рынке. И второе – сломает стереотип у потребителя о том, что есть бензин, есть дизель, а есть некое альтернативное топливо, экзотика. Газомоторное топливо – это такое же топливо, как бензин и дизель. Это обычное нормальное топливо.

Рациональное использование попутного нефтяного газа и автогаз – это две стороны одной медали, экологической медали. И это тот редкий случай, когда, решая одну проблему, можно одновременно решить две экологических: вы продолжаете жечь газ в факелах, тогда мы идём к вам. Спасибо за внимание.

В.В.Путин: Проблема очень важная и очень актуальная для страны, очень актуальная, потому что запасов у нас достаточно, и мы, конечно, можем усилить нашу конкурентоспособность, используя газомоторное топливо. Вы абсолютно правы, здесь нужно менять регламенты. Кстати говоря, поправки в действующую нормативную базу подготовлены. Вы знакомы с этими поправками?

А.Л.Непомнящий: Да, знаком.

В.В.Путин: Одобряете?

А.Л.Непомнящий: Там есть ещё над чем работать, честно скажу.

В.В.Путин: Дайте нам предложения. У нас в основном «Газпром» этим занимался, готовил – как компания, заинтересованная в использовании газомоторного топлива. Но страна в целом заинтересована в этом, имея в виду необходимость утилизации должным образом попутного газа. Поэтому если вы считаете, что там нужно что-то добавить, давайте это сделаем.

То же самое касается регламента. Эти поправки тоже подготовлены. Причём там вносятся поправки в действующее законодательство. И первое чтение… по-моему, вот эти необходимые документы уже прошли в Государственной Думе. Надо ускорить этот процесс и посмотреть, проанализировать, что же там предлагается. Очень важное направление. Я хочу вам пожелать успехов. Кто у вас акционеры в компании?

А.Л.Непомнящий: Частные компании, четыре акционера.

В.В.Путин: И вы наладили контакты с теми добывающими компаниями, которые в регионе работают?

А.Л.Непомнящий: Компании 20 лет на рынке. Нефтетрейдинги. Поэтому контакты были. А идеи, которые мы реализуем, в реальном секторе.

В.В.Путин: Здорово! Очень хорошо! Я действительно хочу пожелать вам успехов. Повторяю призыв – посмотрите, что нужно сделать дополнительно для того, чтобы должным образом были отработаны регламенты и нормативно-правовая база.

Кстати говоря, хочу обратиться ещё раз и к руководителям регионов. То, что касается развития сети газозаправочных станций, – здесь нужны соответствующие решения региональных властей и законодательных органов, имея в виду необходимость выделения в должном режиме, в приоритетном режиме земельных участков для развития сети автозаправочных станций под газомоторное топливо. Пожалуйста.

А.Творжницина: Владимир Владимирович в первую очередь хотелось бы Вас поблагодарить за огромную поддержку, которую Вы оказываете нашему движению, всем студенческим отрядам Российской Федерации. Благодаря этому был принят закон о правовом статусе студенческих отрядов, 428-й Федеральный закон о налоговой льготе для работодателей, которые привлекают студенческие отряды на работу.

Этот закон мы как раз с Вами обсуждали 26 февраля на встрече со студенческими организациями в Сочи. И нами были даны предложения для того, чтобы избежать коррупции, использовать требования 98-го Федерального закона о молодёжных объединениях, которые входят в федеральный или региональные реестры. Вами это предложение было поддержано.

Кроме того, его поддержали профильные министерства, которые курируют деятельность студенческих отрядов, – это Минспорттуризм и Минобрнауки, которые написали совместное письмо и направили его в адрес Минздравсоцразвития. Но, к сожалению, до сих пор этих разъяснений мы не получили.

Уже в разгаре трудовой семестр, сегодня прошло открытие Всероссийской студенческой стройки, поэтому мы обращаемся к Вам с просьбой защитить студенческие отряды и повлиять на Минздравсоцразвития, чтобы эти разъяснения были даны с обязательным использованием 98-го Федерального закона.

В.В.Путин: Вот Татьяна Алексеевна Голикова специально приехала, чтобы дать эти разъяснения. Татьяна Алексеевна, когда появятся разъяснения?

Т.А.Голикова: Дадим такие разъяснения, там действительно были споры правового характера, потому что это тонкая тема – привлекать объединение. Но я услышала сегодня эту просьбу, и по возвращении мы эту работу ускорим.

В.В.Путин: А когда завершим?

Т.А.Голикова: Неделю дадите, Владимир Владимирович?

В.В.Путин: Даём. Дадим неделю министру? Даём.

Т.А.Голикова: Спасибо.

В.В.Путин: Пожалуйста.

В.В.Якушев («Уралвагонзавод»): Добрый день, Владимир Владимирович и все присутствующие! Всё о химии и о химии – давайте поговорим о вагонах и оборонзаказе. Владимир Владимирович, уважаемый человек! Я отработал 52 года в мартеновском цехе «Уралвагонзавода», из них 32 года сталеваром.

В.В.Путин: Здорово!

В.В.Якушев: Два года назад кризис постиг нашу страну. Он не обошёл стороной и наше предприятие. Но Вы оказались умницей, – Вы приехали к нам с визитом.

В.В.Путин: Спасибо.

В.В.Якушев: И после Вашего приезда предприятие, которое «лежало на боку», начало подниматься. Вам спасибо за поддержку и за помощь.

В.В.Путин: Спасибо вам большое за высокую оценку нашего скромного труда.

В.В.Якушев: Сегодня предприятие встало на ноги и мы даже вернули часть долга государству, с которым Вы нам помогли.

В.В.Путин: Я уже приводил эти цифры.

В.В.Якушев: 14 млрд.

В.В.Путин: 14 млрд. Там 10 – в качестве гарантий, потом на следующий год мы ещё десятку дали в уставной капитал, ещё миллиард давали в уставной капитал и кредитные ресурсы выделили.

В.В.Якушев: Да. Сегодня рабочие ждут решения, когда же поступит нам государственный оборонный заказ. Государство много об этом говорит, но полгода прошло, пока ничего не ясно.

В.В.Путин: Знаю.

В.В.Якушев: И Вы знаете, я вот с 10 мая стал пенсионером. У меня душа болит о мальчишках-сталеварах, которых я учил. Душа болит о том, что там, в моём цехе, сейчас работает сталеваром мой внук Костя, моя племянница Валерия работает контролёром, мой младший брат Коля работает. И я хочу, чтобы завод работал. Но молодёжь не хочет идти на «Уралвагонзавод», потому что нет той прозрачности на ближайшие три-пять лет, что завод будет хорошо работать, а нам это небезразлично, особенно мне, и я плачу о той проходной, которая вывела меня в люди. Практически Вы уже частично в своём докладе ответили, что будет перспектива у «Уралвагонзавода». Но всё-таки Вы ни слова не сказали о государственном оборонном заказе. Я думаю, Вы нам что-то скажете. И то, что Вы в докладе доложили, поскорее привести в жизнь, чтобы народ знал трудящийся, а нас 28 тыс. на этом предприятии…

И дополнительно, Владимир Владимирович. Вы затронули вопрос Фронта. Я только Вам хочу сказать: ускорить надо этот процесс. И самое главное, чтобы был контроль, рабочий контроль, из людей неподкупных, и была возможность узаконенно проверить те моменты, те организации, куда Вы выделяете миллиарды. Сегодня, знаете, не секрет, может, и Вы знаете: заключают всякие договоры, потом начинаются откаты, прокаты, и в итоге половина уходит на сторону. Спасибо.

В.В.Путин: Спасибо. Первое, что хотел бы сказать, – это хотел бы уже искренне и без всякой иронии поблагодарить вас за добрые слова. Потому что мы, действительно, оказались в очень сложном положении в период кризиса. Ситуация была крайне тяжёлая и очень тревожная, потому что мы стояли перед большим количеством факторов неопределённости, завязанных на мировые рынки, на которые мы не могли повлиять. Если вы положительно оцениваете то, что было сделано, – и мне, и моим коллегам очень приятно.

Да, приехал на завод я. Но я должен вам сказать, что принятые решения – это результат коллективных усилий Правительства Российской Федерации: соответствующих министерств, ведомств, людей, которых здесь нет, но которые являются в полном смысле слова соавторами этих предложений, которые были реализованы, и реализованы должным образом.

Понятно, что этого недостаточно. Ясно, что и гражданский заказ должен быть сформирован не только на основе бочек, которые заказывает «Транснефть». Это должны быть заказы высокотехнологичного характера, подвижной состав должен заказываться (кстати, потребность очень большая). Я сейчас не буду углубляться в инвестиционные возможности ОАО «РЖД» и других компаний, чтобы время здесь не занимать. Но такие компании, такие заводы, как «Уралвагонзавод», конечно, будут поддерживаться.

Наверняка многие слышали, а тем, кто не слышал, хочу им сказать: у нас беспрецедентно большие деньги выделяются на оборонзаказ – до 2020 года 20 трлн рублей. И связано это не с тем, что мы хотим военизировать нашу экономику. Связано это с тем, что многие системы, которые являются жизненно необходимыми и которые являются жизненно необходимыми для обеспечения нашей обороноспособности, для защиты наших интересов, – они просто по срокам эксплуатации выходят, и мы должны заменять их новыми перспективными системами вооружений.

Мы посчитали примерно по срокам: до 2020-го, 2021-го, может быть, 2022 года это будет около 20 трлн рублей. Но для того, чтобы осуществить этот масштабный план, и для того, чтобы сделать его качественным, мы не можем реализовать эту задачу на старом оборудовании. Поэтому для того, чтобы эту задачу решить, мы приняли ещё одну программу – программу развития самой оборонки, самого оборонно-промышленного комплекса, которая потянула ещё на 3 трлн рублей, причём эту задачу нужно будет решать в опережающем порядке, потому что сначала – оборудование, а потом – производство на этом оборудовании.

В этом смысле я могу вас успокоить, как человека, который всю жизнь отдал этому производству, и ваших близких, которые там работают: и «Уралвагонзавод», и ему подобные предприятия, конечно, будут востребованы страной. Государство и народ, который не хочет кормить свою собственную армию и свою оборонку, будет кормить чужую армию и чужую оборонку – этот тезис хорошо известен.

Что касается задержки с оборонзаказом. Я вынужден констатировать, что вы правы, и должен перед вами извиниться, потому что это бюрократическая проблема Министерства обороны.

Здесь министра нет, он бы, наверное, нашёл аргументы, почему до сих пор не доведены соответствующие заказы до вашего, в частности, предприятия. И я исхожу из того, что это вопросы действительно объективного характера. Но и Министерству обороны, и некоторым другим ведомствам нужно ускорить решение этих вопросов. Мы неоднократно к этим проблемам возвращались. Они пересматривают номенклатуру, пересматривают их потребности. Конечно, нужно делать это более оперативно.

Я вчера только подписал соответствующий документ, чтобы ускорить решение этих вопросов. Прямо вчера, уже поздно вечером перед отлётом в Екатеринбург.

В.В.Якушев: Поповкин, который говорит, что наши танки стреляют неметко и недалеко и надо закупать заграничные… Нельзя ни в коем случае… Умеют наши танки стрелять. И сейчас у нас разрабатывается новая модель танка Т-95, который не уступит ни одному заграничному аналогу. А работу надо давать своим рабочим. И на нашей продукции жить, защищаться. И учитывать отвагу и героизм наших русских бойцов, российских солдат.

В.В.Путин: Во-первых, я с вами полностью согласен. И это согласие не просто политесный характер носит, оно действительно основано на реалиях, на практике применения наших вооружений, в том числе в боевых условиях.

Высказывания бывшего заместителя министра обороны Поповкина вы привели не случайно. Я знаю, что такие высказывания задевают оборонщиков. И мы с ним на этот счёт разговаривали. Он это тоже понимает и в известной степени берёт свои слова назад. Но сказано это было в полемическом задоре, с производителями. Минобороны – заказчик, и как заказчик хочет иметь самое лучшее по самым дешёвым ценам. Поэтому всё время идёт «перетягивание каната» между заказчиком, потребителем и поставщиком этого специального оборудования, вооружений.

Но, разумеется, мы с вами должны нашу армию обеспечить самыми эффективными системами вооружений. Что это значит? Это значит, что они должны стрелять чуть дальше, точнее и по мощности превосходить соответствующие аналоги нашего потенциального противника. Перед нами стоит эта реальная задача. Но идёт постоянная дискуссия между потребителями этой техники и производителями.

Так что ещё раз повторяю: сказано это в полемическом задоре. Но я полностью с вами согласен в том, что наша боевая техника действительно зарекомендовала себя как лучшая в мире. Мы не случайно являемся одними из наиболее продвинутых поставщиков систем вооружений на мировой рынок. Не брали бы, если бы она была неконкурентоспособной. И по соотношению «цена и качество», безусловно, превосходим очень многие мировые аналоги.

Но, разумеется, будем смотреть, что в мире происходит, будем брать лучшее. Но я с вами согласен в том, что критичные технологии нам никогда никто не продаст. И если мы хотим быть страной, которая, безусловно, обеспечивает свою обороноспособность, – нужно развивать собственную оборонную промышленность. И мы так и будем делать. Я вам сказал: 3 трлн предусмотрели для этих целей.

К.Форманчук: Здравствуйте, Владимир Владимирович! Наша организация ещё не присоединилась к Народному фронту. У нас проходят дискуссии, и самые большие опасения в нашей организации связаны с тем, что не все верят, что Народный фронт – это какая-то серьёзная организация, все считают, что это предвыборный проект и что с тем, как выборы закончатся, никакого движения по этому направлению не будет.

Я у Вас хотел спросить: всё-таки есть какой-то конкретный план по работе Народного фронта именно после выборов (потому что у нас тоже есть свои законодательные инициативы, которые облегчили бы жизнь автомобилистам, и представители нашей федерации хотели бы участвовать именно в законотворческих инициативах, потому что очень мало принимается законов, которые бы именно жизнь автомобилистов упрощали)? Это один вопрос.

И второй вопрос. В партии «Единая Россия» есть прекрасный проект, «Безопасные дороги» называется. Его цель – это ноль погибших на дорогах. Но, к сожалению, не во всех регионах проект этот воплощается. Есть регионы, в которых никаких мероприятий не проводится, а есть регионы, где для формальности проводятся. Я просил бы Вас как-то актуализировать своё внимание на данном проекте, потому что безопасность на дорогах – это наше общее дело.

И ещё маленький вопрос из интернета. Жители интересуются, что будет с программой утилизации автомобилей, планируется ли какое-то её дальнейшее развитие. Спасибо.

В.В.Путин: Первое, что касается Общероссийского народного фронта. Мне бы очень хотелось, и я об этом говорил, выступая с этой трибуны, чтобы это было не только предвыборным проектом, а чтобы он продолжал работать и дальше. И у нас есть все основания полагать, что так оно и будет.

Ведь – я ещё раз хочу повторить – смысл этих предложений заключается в том, чтобы оживить внутрипартийную дискуссию, выстроить обстановку конкурентной борьбы внутри партии, предоставить через инструменты «Единой России» возможность людям, которые не связаны никакими партийными инструкциями и партийной дисциплиной, возможность войти в активную политическую жизнь, предложить решение существующих на общефедеральном, региональном и местном уровнях проблем и добиться того, чтобы эти люди могли прийти во властные структуры и на местном, и на региональном, и на федеральном уровнях.

Более того, я думаю, что в рамках демократизации внутрипартийной жизни можно было бы и нужно было бы участникам Народного фронта предоставить возможность выдвигать своих кандидатов в будущем, причём на альтернативной основе, и на руководящие работы в Думе, а может быть, и в регионах Российской Федерации. Надо подумать, это вполне возможно. То есть это «долгоиграющая» такая, может быть, у нас с вами, платформа для совместной работы и вовлечения широких масс трудящихся, как говорили в «кондовые» советские времена, в эту реальную практическую, административную и политическую работу. Это первое.

Второе связано с первым тезисом – что касается проблем автомобилистов. Конечно, через структуры Народного фронта можно и нужно продвигать ваши предложения. Я совсем недавно встречался с ассоциациями транспортников. Они тоже выдвигают свои идеи, свои предложения и своих людей.

Я очень рассчитываю, что люди, которые интересуются и занимаются решением проблем, о которых вы сейчас сказали, обязательно попадут в эти властные структуры, включая Государственную Думу, и в исполнительные органы власти тоже. Мне представляется, что без носителей этих предложений, этих идей, без людей, которые профессионально понимают, что там происходит, нам будет трудно эффективно решать эти проблемы.

Теперь что касается дорог. Я уже говорил, и вы знаете о создании дорожных фондов: и федерального дорожного фонда, и региональных дорожных фондов. 8 трлн будет привлечено. Колоссальные деньги. Очень важно, чтобы за расходованием этих средств был налажен эффективный общественный контроль, – и работа ваших организаций, безусловно, будет в высшей степени востребована. Пожалуйста.

О.А.Беседина: Уважаемый Владимир Владимирович! У меня такой вопрос. Начну с того, что я родилась и выросла в Зауралье, но уже около 10 лет живу в Ямало-Ненецком автономном округе. Несколько лет назад Вы, Владимир Владимирович, вели прямую линию с населением, и мой тогда ещё 10-летний сын приготовил Вам такой вопрос: почему семьям на Ямале живётся лучше, чем семьям в Кургане? Ведь страна-то одна. На самом деле на Ямале для детей создаются прекрасные возможности, прекрасные соцзащитные учреждения, модернизация образования. То есть даже в глубинках, не только в больших городах. А буквально две недели назад я была в командировке в городе Куртамыше и оказалась в моей родной школе, Куртамышской средней школе, где на ремонт выделяют 15 тыс. в год и где совершенно иные условия для развития и образования детей. Невозможно слёзы было сдержать при выходе из школы.

И сейчас у меня уже к Вам вопрос от всего нашего сообщества уполномоченных по правам ребёнка. Хочется верить, что всё-таки будет сформирован национальный план действий в отношении детей в России и будет единая государственная политика в отношении детства. Мы, уполномоченные, с большой сердечностью и большой надеждой смотрим на Вас, Владимир Владимирович. Пожалуйста.

В.В.Путин: Что касается школ, мы об этом много уже говорили. Могу к этому добавить следующее. Ведь в плановой экономике ещё в советские времена регионы получали деньги, фактически всё было централизованно. Там была система обеспеченности и по нормативам руководители плановых отделов и управлений ездили в Москву и занимались так называемым выбиванием ресурсов. Но в целом примерно было понятно, на какое количество населения, сколько денег нужно. Всегда чего-то не хватало. Всегда не хватало, но тем не менее «пирог был достаточно равномерно намазан маслом».

В начале 90-х, а потом при разделении полномочий все эти функции были отданы на уровень регионов и муниципалитетов, а доходная бюджетная налоговая база, налоговые источники у всех очень разные. И сразу пошло то разделение по качеству содержания социальной сферы, которое мы сегодня имеем и о котором вы говорите.

Для того чтобы ситуацию исправлять, Федерация что делает: у успешных и обеспеченных, бюджетно обеспеченных регионов частично деньги изымаются в федеральный бюджет, а потом перераспределяются в качестве субсидий и дотаций, в том числе тем регионам, которые являются, прямо скажем, в финансовом отношении недостаточными, неэффективными.

У нас ведь что ещё не получилось? Ведь отчасти то, что мы сейчас имеем в административном делении, это наследие советской эпохи. Были по Конституции у нас различные субъекты. Они формально никакими правами-то и не обладали, потому что всё решалось на уровне обкомов. Для меня понятно, что происходило, допустим, в ленинградском обкоме. Город Ленинград и Ленинградская область, но обком-то был один и хозяйственные структуры были фактически централизованы, а когда всё это было приведено в соответствие с бумажкой, у нас появились финансово недостаточные субъекты Российской Федерации. Или такие, как у вас на Ямале, регионы, где добываются нефть и газ в большом количестве и бюджетная обеспеченность зашкаливает.

Для того чтобы эти диспропорции ликвидировать, кстати говоря, принимаются решения об укрупнении отдельных субъектов Российской Федерации, с тем чтобы добиться большей бюджетной обеспеченности и экономической самостоятельности. Это совсем не значит (и я сейчас не хочу, чтобы то, что я сказал, воспринималось так), что это сигнал к немедленному укрупнению.

Это всё должно идти изнутри самих территорий. Граждане этих территорий сами в соответствии с действующим законодательством и Конституцией должны для себя решить, хотят они этого объединения или не хотят, целесообразно это или нецелесообразно. Это второй путь решения этой проблемы.

Но и третий: не дожидаясь этих структурный изменений, нужно что-то делать для того, чтобы поддержать и модернизировать существующую систему. Вот как раз для этого в данном случае системе общего образования, школ, – как раз для этого мы и предложили программу модернизации российской школы, на которую будем выделять ежегодно в каждый ближайший учебный год по 60 млрд рублей. Я очень рассчитываю на то, что и в регионе, в Кургане в частности, эти деньги будут использованы с умом.

Хотя и здесь, как коллега докладывал, тоже есть уже такие, скажем, показательные, хорошие примеры, когда объединяются усилия муниципалитета, региона и бизнеса для того, чтобы решать те задачи, которые вы затронули. Но убеждён, что в рамках предлагаемых программ финансирование достаточное. Таких денег мы просто никогда не выделяли. Ситуация будет меняться.

То же самое у нас с вами происходило в первичном звене здравоохранения. Его ведь тоже отдали на уровень муниципалитета. И там всё это начало деградировать. Кстати говоря, уровень заработных плат сегодня в первичном звене здравоохранения до сих пор поддерживается за счёт выплат из федерального бюджета по 10 тыс. и 5 тыс. рублей. Но это неизбежная мера, я считаю, оправданная совершенно, для того чтобы поддержать эту систему. Теперь вот и систему здравоохранения будем модернизировать: 460 млрд рублей на два года будем выделять. Это огромные ресурсы. Очень рассчитываю на то, что и в сфере здравоохранения, и в сфере образования люди наши усилия почувствуют.

Давайте мы завершим презентацию. Давайте Григория Петровича послушаем – это председатель сельскохозяйственного производственного кооператива «Тазовский» (Ямало-Ненецкий автономный округ). Прошу вас.

Г.П.Ледков: Владимир Владимирович, участники нашей конференции, здравствуйте! Я хочу рассказать об оленеводах Ямала на примере одного предприятия. И также для начала ролик.

Владимир Владимирович, англичане по поводу сельского хозяйства говорят: «У вас есть три лёгких способа разориться: самый быстрый – это скачки, самый приятный – женщины и самый надёжный – сельское хозяйство». Но мы не англичане, мы живем на Ямале, что в переводе с ненецкого значит «край земли».

Оленеводы занимаются сельским хозяйством много веков. Живут так, как жили их предки: кочуем с оленями, ловим рыбу и не разоряемся. Если завтра рухнет вся финансовая система, оленевод-кочевник останется самодостаточным, потому что олень, как и тысячу лет назад, сегодня даёт пищу, одежду, жилище и средства передвижения.

В.В.Путин: Что вы нас пугаете опять? Григорий Петрович, уважаемые коллеги, у нас всё будет хорошо.

Г.П.Ледков: Я председатель сельскохозяйственного производственного кооператива «Тазовский» в Тазовском районе. Это один из самых отдалённых и труднодоступных районов Ямала. Сегодня там растут трое моих детей. Туда мы вернулись с женой после учёбы в Санкт-Петербурге. Мы любим свой суровый, но красивый и благодатный край.

Предприятие наше работает с 30-х годов прошлого века, задолго до прихода туда геологов, нефтегазодобытчиков. И всегда там работали коренные жители Севера – ненцы. У предприятий были разные периоды развития. Это был и совхоз-миллионер, и вместе со всей страной он был в упадке – в 90-е годы решался вопрос о его ликвидации. Как Вы видите по ролику, сегодня предприятие крепко стоит на ногах. Три года назад вместе с оленеводами мы решили своё благосостояние улучшить. И в течение трёх лет стали наращивать поголовье оленей, увеличивать объёмы продажи мяса. И нам удалось поднять фонд заработной платы с 7 тыс. до 30 тыс. рублей.

Изучая спрос, побывав на выставке в Германии, мы для себя приняли решение идти дальше и приобрести оборудование по переработке оленины, чтобы более глубокая переработка позволила нам выйти на экспорт и получать большую прибыль за реализацию своей продукции. Экономика показывает, что при хозяйском подходе и более глубокой переработке с одного оленя можно получить доход в два раза больше: это на сегодня, если это сделать, составит 30 тыс. рублей.

Для примера, на Ямале соседнее с нами предприятие в текущем году планирует поставить уже 500 тонн оленины на экспорт в Германию, Францию, Финляндию. И экономика показывает, что это четвёртая часть рынка на сегодняшний день, и спрос тоже за рубежом на эту деликатесную продукцию ежегодно растёт.

Благодаря росту производства сегодня у оленеводов жизнь налаживается, становится более стабильной. Оленеводы сами приобретают себе снегоходную технику, помогают финансово своим детям-студентам. Дети оленеводов в зимний период (так сложилось в течение десятилетий) учатся в современных школах-интернатах, а летом проводят время с родителями в тундре. И самое главное, что традиция сохраняется, дети с удовольствием идут работать в родное предприятие и все оленеводческие бригады сегодня – это в основном семейные династии. Это и очень приятно, и для будущего хорошая перспектива развития.

Что касается жилья, – не все сразу. Но жильё для оленеводов, для всех работников агропромышленного комплекса сегодня строится. В Тазовске сегодня ведётся строительство 38-квартирного жилого дома, и кроме этого мы ещё сами строим жильё, мобильные домики. Но всё гладко не бывает, конечно, есть и проблемы.

Первое. Есть труба для газа, труба для нефти, и каждая нефтегазовая компания хочет протянуть свою трубу. Для них это выгоднее, это понятно. Нам непонятно одно только, что неужели нельзя собрать все эти компании вместе и определить один коридор, чтобы по нашим пастбищам прошла одна труба, а не три, как это планируется в ближайшее время. Наши старики говорят: «Оставь природу потомкам такую, какую ты её в детстве увидел». А представители компаний нас не понимают, мы сегодня разговариваем на разных языках.

Второе. Нам – северянам – со своими бедами обратиться сегодня некуда, потому что государственных ведомств много, а ответственного нет. И при этом Север большой чисто территориально, проблем много, и я считаю, что необходимо возродить Госкомсевер со всеми необходимыми полномочиями, к которому можно было бы обратиться и чиновнику, и простому человеку – по одному адресу. Проблем много, мы туда каждую неделю будем ездить.

Третий момент. По новым законам сегодня основное жилище оленеводов – кочевой чум, и он не имеет признака жилища. Паспортные службы штамп регистрации в тундре поставить не могут, и тундровику не встать в очередь на жильё, не получить кредит в банке. Получается, юридически тундра вообще пустая, как будто там никого нет.

И последний, четвёртый момент, что нас, конечно, сегодня беспокоит на Севере, на Ямале в частности: то, что не определён статус Тазовской и Обской губы. С точки зрения речного судоходства это всегда была река, правила рыболовства тоже были речными. И вот в последние годы Федеральной морской инспекцией инициируется перенос всех этих полномочий в Москву. Я думаю, что было бы, конечно…

В.В.Путин: Это касается рыболовства?

Г.П.Ледков: Именно рыболовства. Они же не ведут речь о речном судоходстве. Это же надо всё переделать. Там целый ряд законов. Есть же «Бассейноуправление».

В.В.Путин: Это Обская губа, да?

Г.П.Ледков: Да. И налаженная за десятилетия система судоходства была взаимосвязана с речным рыболовством. А сейчас инициируется передача морскому ведомству в Москву. Для нас это всё будет очень тяжело, конечно, потому что будут опять торги, заново получать разрешения. Было бы оптимально, конечно, все полномочия оставить на Ямале, чтобы и квоты распределялись, и вопросы рыбоохраны водных запасов тоже решались на месте.

В разных сферах жизни нерешённых проблем очень много. Но если сдвинуть с мёртвой точки хотя бы названные проблемы, жизнь простого человека на Севере стала бы ещё немного лучше. И закончить свое выступление хочу словами предков: «Оставленный в тундре запас – он и для вас, и для нас». Так что добро пожаловать на Ямал. Спасибо за внимание.

В.В.Путин: Вы подняли сразу несколько проблем. Первая проблема – это способ освоения северов. И вот вы сказали по поводу этих труб, которые там прокладывают. Я часто общаюсь с нефтяниками, газовиками. Они всё время стонут от тех правил, которые мы им установили для решения проблем развития инфраструктуры. Потому что у нас в целом достаточно жёсткие правила по сохранению экологии и по компенсациям тем хозяйствам, которые пользуются этими территориями. Прежде всего, конечно, тем хозяйствам, которые ведут традиционные виды промысла и хозяйственной деятельности, как ваше, например. Если вы считаете, что те правила, которые сегодня действуют, недостаточны, давайте мы ещё раз на это посмотрим. Посмотрим применительно к конкретному региону.

Я не уверен, что каждая компания хочет иметь свою трубу. Во-первых, в некоторых случаях она не может иметь свою трубу, имея в виду, что законодательство ограничивает, скажем, развитие газовых трубопроводных систем, нефтяные трубопроводные системы. Они тоже так или иначе должны корректировать свою работу и свои планы развития, сопоставлять их с планами развития компании «Транснефть».

И в целом у нас есть и хозяйственные, и экономические, и нормативно-правовые рычаги влияния. Давайте ещё раз посмотрим, повторяю, применительно к вашей территории. Если там действительно возникают какие-то проблемы, если компании даже уклоняются от решения вопросов, связанных с компенсациями (а компенсации, предусмотренные действующим законодательством, достаточно большие), давайте ещё раз взглянем тогда.

Г.П.Ледков: Есть конкретный пример по нашим пастбищам – четыре предприятия, три трубы.

В.В.Путин: Давайте посмотрим. Дайте мне информацию. Какие там компании работают?

Г.П.Ледков: «Лукойл», «Ванкорнефть», «Транснефть» планирует и ТНК-ВР.

В.В.Путин: Если там работает «Транснефть», то она вполне может интегрировать все эти проекты. И более того, как правило, совместные решения оказываются дешевле. Вопрос только в том, чтобы компании между собой договорились.

Мы этим позанимаемся. Я эту задачу обязательно сформулирую для Минэнерго, я вам обещаю. Что из этого получится, посмотрим. Будем стремиться к тому, чтобы минимизировать экономические негативные последствия, чтобы свести их к нулю и обеспечить ваши экономические интересы. Это первый вопрос, который вы подняли. Второй касается прописки, регистрации. Как прописывать людей, которые в тундре кочуют?

На самом деле в советское время эти проблемы решались. В советское время прописка так и формулировалась: такая-то тундра, такой-то территориальный участок. Так и было. Во-первых, мы можем к этому вернуться.

А во-вторых, мы можем сделать так, как сейчас делается в некоторых северных регионах страны, допустим, в Коми. Там в близлежащих районах, в которых местное население кочует, передвигается, руководство решило прописывать их прямо в Воркуте. Это тоже решает проблемы, связанные со льготами, с постановкой на учёты, в том числе по жилью и так далее. Такой вариант тоже возможен.

Я Министерству регионального развития и нашей миграционной службе такую задачу тоже обязательно сформулирую. Пускай они подумают и представят свои предложения. Нужно ли создавать специальное ведомство? Вот мы постоянно боремся с ростом бюрократического аппарата, всё время сокращаем и сокращаем. Проблем действительно много, и они носят специфический характер. По каждой проблеме создать отдельное ведомство?

Я только что заслушал доклады соответствующих министерств и ведомств, как они исполняют данные ранее поручения по сокращению федеральных служащих. Вы предлагаете их увеличить. Может быть, не увеличить, может быть, переструктурировать. В целом такие задачи должно решать Министерство регионального развития.

Тем не менее, понимая специфику некоторых северных стран, не буду сейчас их называть, действительно есть специализированные, в нашей терминологии, федеральные органы, которые занимаются проблемами северов и коренных народов. Это правда, такая мировая практика есть. Давайте ещё раз на неё посмотрим, но это, конечно, не сейчас нужно делать. Это нужно делать уже после весны 2012 года, когда у нас будет формироваться новое Правительство вместе с вновь сформированной Государственной Думой. Подумаем над этим.

И, наконец, последний вопрос у вас был по Тазовской губе. Да, такая проблема есть. Меня тоже тревожит чрезмерная централизация всего и вся. Мы, наоборот, стараемся децентрализовать многие функции, передать их на уровень регионов.

Что касается рыболовства, то здесь, если мне не изменяет память, общий порядок такой. Если рыболовство осуществляется в пресных водах, то тогда оно регулируется региональными властями, если в морских водах – тогда Росрыболовством.

Применительно к вашему региону действует до сих пор правило ловли рыбы в пресных водах. Мы сделаем всё для того, чтобы этот порядок сохранить. Спасибо.

Пожалуйста.

А.В.Андреев: Уважаемый Владимир Владимирович, уважаемые участники конференции! В настоящее время вопросам развития и внедрения системы ГЛОНАСС уделяется особо пристальное внимание. Благодаря непосредственно Вашей поддержке работа ведётся должным образом. Огромное количество министерств, департаментов активно включается в эту работу.

Но хотя у глобальных навигационных спутниковых систем (с учётом применения других результатов космической деятельности) практически бесконечный спектр возможностей, к сожалению, сегодня ГЛОНАСС воспринимают только как мониторинг транспорта. Не всегда, к сожалению, при создании системы мониторинга учитываются разработки Роскосмоса, других отечественных разработчиков…

В.В.Путин: Не только транспорта. Извините, что я вас перебиваю. Я помню, несколько лет назад приехал к своей коллеге, к действующему Президенту Финляндии Тарье Халонен. У нее с антенной GPS кошка гуляет по парку. Она говорит: «Знаю, где она находится в режиме реального времени в каждый конкретный момент». Так что сфера применения таких навигационных систем очень широкая – и транспорт, и передвижение уже не кошек, а скота на пастбищах. Очень много.

Кстати, по одному транспорту в тех муниципалитетах, где вводят эту систему и начинают контролировать передвижение муниципального транспорта, снижение издержек на бензин сразу сокращается на 25-30%. На треть сразу сокращается! Представляете, эффект какой!

А.В.Андреев: Так точно, Владимир Владимирович. Есть некоторые проблемы. Например, вчера в «Новостях» совершенно случайно увидел, как в Свердловской области с перевозчиков, которые занимаются перевозками людей, требуют установки так называемых тахографов. Хотя уже есть распоряжение правительства, чтобы на все эти автомобили установили приборы системы ГЛОНАСС. Дело в том, что любой прибор системы ГЛОНАСС уже включает в себя все функции тахографа, а все траты перекладывают на плечи самих перевозчиков.

Например, ещё такой пример. Три дня назад состоялось заседание Комиссии по модернизации и технологическому развитию экономики России. Там рассматривался вопрос создания систем мониторинга экономической обстановки из космоса. Я просто хочу сказать, что в августе прошлого года в Рязани Вам был сделан доклад как раз по вопросам ГЛОНАСС, где руководитель компании «Рекод» (расшифровывается как «Результаты космической деятельности») Безбородов доложил о возможностях такой же системы, то есть такая система практически создана, её только необходимо внедрять. С того момента мы уже продвинулись в этом направлении довольно-таки далеко. И особенно мне здесь приятно, что одними из разработчиков этой системы являются наши коллеги по кадровому резерву по Тюменской области.

Владимир Владимирович, предлагаю, чтобы мониторингом всей этой системы занимались те структуры, которые в состоянии выдавать потребителю готовый, понятный продукт и, самое главное, реальную (без искажения) и объективную информацию, которая помогает принимать управленческие решения руководителям различного ранга. Думаю, что вот такой структурой и может стать создаваемый центр космических услуг, а точнее, целых инфраструктур. Такие центры уже созданы в Москве, Казани, у нас, в Тюмени, тоже создаются. Большую работу здесь проделал, конечно, Ямал по Уральскому федеральному округу. Прошу Вас ещё раз обратить внимание на этот проект по созданию инфраструктуры центров космических услуг, поддержать этот проект.

Также хочу, чтобы Вы нашли возможность включения его в Агентство стратегических инициатив, и, возможно, там создали такое направление «Использование результатов космической деятельности». И готов предоставить кандидатов из числа кадровых резервистов для работы в этом направлении.

В.В.Путин: Спасибо вам за поднятую проблему, за вопрос, даже не вопрос, а предложение, я так понимаю. Действительно мне приятно, что вы обратили на это внимание, потому что у нас была программа развития системы ГЛОНАСС для людей, которые далеки от космоса. Могу сказать, что это и есть самые перспективные, высокотехнологичные проекты и наработки, которые создают будущее для нашей страны, для нашей экономики.

Программа у нас была, по-моему, в 2007 году. Действительно мы тогда приняли решение, и я очень активно это поддержал. Более того, я даже был инициатором ускоренного финансирования программы. Если бы мы не приняли тогда решение по ускоренному финансированию, мы тогда не смогли бы сегодня развернуть спутниковую группировку – 23 космических аппарата. Кстати говоря, мы предлагали нашим европейским партнёрам поработать вместе. Это очень финансовоёмкие, затратные, но очень нужные и перспективные проекты. Мы им предложили работать вместе лет пять назад. Я сейчас не скажу точно, но у них, по-моему, на орбите сейчас максимум 3-4 спутника, они сейчас просят нас вывести ещё 2-3. И до сих пор не сделали.

Это одна из тех областей, где мы реально обогнали наших европейских партнёров, высокотехнологичная область. Откровенно говоря, мне это очень приятно. У нас на орбите уже группировка из 23 спутников, в ближайшее время будет ещё 5-6. У нас будет 29-30 космических аппаратов, уникальная спутниковая группировка будет.

Наши американские партнёры сделали систему GPS. У них как раз, по-моему, 30 спутников (несколько резервных). Вот мы в ближайшие несколько месяцев доведём нашу группировку до 29-30 спутников. При этом могу вам сказать, что только что, буквально два-три дня назад, мы работали над бюджетными проектировками… Сейчас напряжённый бюджет мы свёрстываем, особенно после принятия ряда решений, связанных с облегчением налогового бремени, выпадающими доходами, но это мы обязательно сохраним. И здесь проблема заключается в том, что у нас спутники, которые мы выводили на орбиту в начале пути, в начале реализации этой программы, ещё достаточно старые и довольно быстро выходят из строя. Там их срок эксплуатации 3-4 года, а нам нужно 7-10 лет и т.д. Вот мы будем заменять их новыми, и на это мы предусматриваем необходимые финансовые ресурсы. Мы не допустим деградации этой группировки.

Главная проблема (и вы сейчас её назвали) для нас сегодня – это создание наземной инфраструктуры. Это очень важно. Мне очень бы хотелось, чтобы ваше предложение никуда не затерялось. Обязательно передайте или нашим коллегам, которые здесь находятся, или Борису Вячеславовичу, Вячеславу Викторовичу. Передайте эти бумаги, чтобы они не затерялись никуда.

Конечно, было бы ещё лучше, если бы мы смогли развернуть производство необходимого наземного оборудования на своей собственной территории. Сегодня дешевле всего это делать в Китае, Индии, Южной Корее. Но если бы мы добились того, что мы и по качеству, и по цене могли производить наземную аппаратуру внутри страны, это было бы вообще замечательно.

И последний момент, на который хотел бы обратить внимание, – это обеспечение рынка этих услуг. Мы должны быть хозяевами на этом рынке внутри страны и занимать соответствующую нишу на международном. Вместе будем с вами работать и решать проблемы.

Пожалуйста.

Реплика: Уважаемый Владимир Владимирович! Тут много говорили о политике, тут много говорили об общественных организациях, но я, как говорится, ни туда, ни туда не отношусь. Я человек с устойчивой и активной жизненной позицией. У нас на официальном портале города Екатеринбурга существует форум, где общаются люди по интересам, и на один из наших форумов обратилась девушка по имени Елена со своей проблемой.

Проблема состояла в том, что она инвалид с детства, колясочник, и она стала заложницей своей квартиры, своего дома. То есть для того, чтобы ей можно было свободно выйти из дома, ей нужна была помощь как минимум двух здоровых мужиков, потому что коляска, в которой она передвигается, электрическая, плюс она, весит чуть более 120 кг. Первоначально она обратилась за помощью в управляющую организацию, которая обслуживает их дом. В управляющей организации сначала сказали, что можешь и по лесенкам поездить на коляске, но потом сжалились и сделали так называемый…

В.В.Путин: Вот те, кто так говорит, это абсолютное хамло, которым не место в органах управления власти. Гнать их нужно.

Реплика: Но потом они всё-таки вникли в проблему и сделали деревянный щит, который должен был укладываться на лестничные марши и служить своего рода пандусом.

В.В.Путин: Пусть останутся и работают.

Реплика: Но по ряду объективных причин этот пандус использовать было невозможно, потому что угол подъёма был слишком большой, то есть коляска не могла по ней подняться. Плюс, для того чтобы поднять этот пандус, опять нужна была помощь двух здоровых мужиков, потому что, если оставить его лежать на лестничном марше, другие люди не могли бы его эксплуатировать.

Елена обратилась к нам на форум за помощью, чтобы решить этот вопрос. Один из старейших форумчан, Вячеслав Подникемёбургер, кинул клич на форуме, чтобы помочь решить этот вопрос. Форумчане начали откликаться, и начался сбор денег, параллельно со сбором денег началась разработка проекта.

На первый взгляд, казалось, там всё просто, можно, грубо говоря, кинуть два швеллера, и будет всё нормально. Но, выехав на место, сделав промеры, выяснилось, что это не совсем так. Если мы так сделаем, то другие люди просто не смогут пользоваться подъездом.

Подключились ребята, которые профессионально занимаются разработкой металлоконструкций. И таким образом у нас родилась сложная конструкция – складная и телескопическая, которая была после трёх месяцев подготовительно-согласовательных работ смонтирована. Согласовывали мы этот проект с пожарными, с ЦЭС, с жильцами дома, по кодексу. Всё, что касается общего имущества, должно быть согласовано с жильцами дома. Согласовали, смонтировали.

Так как наша работа освещалась на этом же форуме, к нам стало обращаться очень много людей, такие же инвалиды, с такими же проблемами. Так как у нас после первого монтажа остались деньги, было принято коллегиальное решение, что мы будем строить ещё один пандус. В общем, построили мы второй пандус. Сейчас на подходе третий. Но наши возможности небезграничны. Мы собирали деньги со всего интернет-сообщества, делали проект, сделали сами согласование, сделали сами монтаж этого проекта.

Хотелось бы заручиться Вашей поддержкой, поддержкой «ОНФ» в решении данного вопроса.

В.В.Путин: Во-первых, я хочу сказать, что интернет-сообщество часто поругивают и, видимо, поделом, бывает и такое: есть за что поругать. Но тот пример, о котором вы сейчас рассказали, говорит о том, что интернет может использоваться и должен использоваться в благородных целях. Ваш пример – это использование интернета в благородных целях благородными людьми. Я хочу вас за это поблагодарить. Это первое.

Второе. В нашей стране миллионы людей с ограниченными возможностями. И нужно прямо сказать и по-честному: в прежние времена мы стыдливо замалчивали эту проблему, как будто этих людей и не существует, а между тем отношение к инвалидам характеризует цивилизованность общества.

Мы сейчас на федеральном уровне приняли программу так называемую «Безбарьерная среда». До какого года, Татьяна Алексеевна? До 2015 года. Вы сейчас начали решать маленькую конкретную проблему и сразу увидели, что она просто не решается. Но, представляете, вся инфраструктура страны, Советского Союза, Российской Федерации, сегодня России, создавалась без того, чтобы люди с ограниченными возможностями могли этой инфраструктурой пользоваться. Ничего раньше не создавалось и, конечно, всё это переделать… Вот вы попробовали переделать и сразу столкнулись с проблемой, хотя если делать с нуля, то она недорогая проблема, решается просто.

В тех посёлках, которые мы восстанавливали после летних пожаров прошлого года (я был там, смотрел), люди подумали об этом заранее – исполняют принятые решения, и эти вопросы решаются самым простым и недорогим способом. Тогда, когда здания, сооружения возводят, уже сделать просто. Переоборудовать сложнее. Но, разумеется, мы будем двигаться по этому пути.

Повторяю, мы будем выделять необходимые … В целом, чтобы всё сразу переделать, очень сложно, но обязательно будем эту проблему решать и в городах, и в посёлках. Там, где мы с нуля делаем, будем делать сразу же. Скажем, вот в Сочи мы сейчас все объекты к Олимпиаде – все, без исключения – будем делать под «Безбарьерную среду». Это первое направление деятельности.

И второе. Вы сказали про колясочников, про девушку, которая пользуется этой коляской. У нас, к сожалению, нет нормального оборудования российского производства. Сейчас тоже разворачиваем производство на одном из наших предприятий. Очень рассчитываю на то, что оно заработает… Да, на АвтоВАЗе, но там в сотрудничестве с иностранными партнёрами. Надеюсь, что люди с ограниченными возможностями, колясочники в самое ближайшее время смогут воспользоваться оборудованием и российского производства.

Реплика: На самом деле вопрос переделки готового подъезда тоже не такой большой: там средняя стоимость пандуса выходит порядка 25 тыс. рублей.

В.В.Путин: Да, я понимаю. Но я думаю, что мы с вами согласимся с тем, что эта работа, которая не может решаться ни из московского Белого дома, ни из Кремля. Для этого и создаётся Общероссийский народный фронт, чтобы обращать внимание местных властей на необходимость решения задач подобного рода.

Э.Абдуллин: Здравствуйте, Владимир Владимирович!

В.В.Путин: Вы извините, что до вас только что микрофон дошёл.

Э.Абдуллин: Нет, я терпеливо ждал, видите, борьба уже началась. У меня вопрос к Вам непраздный, сложный, который требует скорейшего разрешения. Вопрос о государственной поддержке социально ответственного бизнеса. Россия всегда славилась своими меценатами, филантропами, благотворителями. И в сегодняшнее время, после двух лет тяжелейшего финансово-экономического кризиса многие предприятия в наших городах, таких как Тобольск, Ялуторовск, Тюмень, Ишим, продолжают оказывать помощь нуждающимся слоям населения. Это и дети-инвалиды, это и та ситуация с людьми, нуждающимися в колясках, и с нуждающимися в срочных операциях, дорогостоящем лечении, лекарствах. Это пенсионеры, конечно, это наши дорогие ветераны и т.д., и т.п. Многие, кстати, из них приехали на нашу с Вами конференцию.

12 лет в городе Тюмени успешно существует благотворительный фонд города Тюмени. Годовой бюджет этого фонда всего 20 млн рублей. Из них половину составляют гранты, которые выделяют западные благотворительные учреждения, а остальная часть денег– это как раз гранты, которые выделяют наши предприятия города Тюмени. И как раз эти гранты расходуются на такие замечательные проекты, как «Новогодняя ёлка для тюменских Гаврошей», «Неделя доброты», «Молодёжи под силу всё» и т.д. Проекты все проходят при огромном стечении людей, имеют замечательные последствия в средствах массовой информации, в мнениях тех, кто принял в них участие. То есть всем это, конечно, нравится и всем это на пользу.

Вопрос такой: когда государство реально, в реальных документах, в реальных поступках выразит свою позицию по отношению к такому, казалось бы, простому, но, пожалуй, самому крайне важному вопросу, как благотворительность? Когда будет принят закон о благотворительности?

Возможно, необходимо также утвердить на законодательном уровне стандарт международной отчётности, который уже существует, но сделать его для наших предприятий обязательным, для тех предприятий, которые социально активны.

И третье. Мы каждый год с Вами видим, как награждаются замечательные спортсмены, учёные, журналисты, учителя. Почему бы не сделать премию для тех предприятий, которые в течение года проявляют себя крайне социально активно, социально ответственно? И сделать эту премию официальной и государственной. Спасибо за ответ.

В.В.Путин: Начну с последнего. Здесь важны, наверное, не премии для предприятия, потому что если предприятие оказывает благотворительность, ему важно общественное признание. Я полностью с вами согласен, на это мы должны обратить внимание. У нас есть хорошие примеры благотворительности со стороны нашего предпринимательского сообщества. Безусловно, это нужно презентовать, показывать стране, общественности показывать. Нужно, чтобы люди об этом знали. Обязательно подумаем на этот счёт и сделаем предложения, вернее реализуем, ваше предложение.

Теперь по поводу того, чтобы обеспечить необходимые условия для развития этой благотворительности со стороны бизнеса. Почему до сих пор не принят соответствующий закон? В целом у нас есть нормативная база по благотворительности. Вопрос в чём? Вопрос в том, что считать благотворительностью – деньги, выделенные предприятием или какой-то коммерческой структурой до налогообложения либо после налогообложения? Если до налогообложения, то это вроде как и не совсем благотворительность, потому что это за счёт налогоплательщиков. А если после налогообложения, то тогда это как бы из прибыли, тогда это благотворительность. Но если из прибыли, то какие нужны льготы? Я не против того, чтобы мы пообсуждали эту тему, но так, чтобы прямо взять и решить немедленно, так не получится. Ещё раз хочу сказать: если это благотворительность, то она из прибыли должна быть. А какие нужны дополнительные законы? Возьмите и профинансируйте то или другое мероприятие.

Пожалуйста.

Реплика: Как раз у нас есть теперь Общероссийский народный фронт. Конечно, мы это всё обязательно пообсуждаем. На самом деле закон нужен даже не столько для того и в первую очередь не для того, чтобы решить вопрос бухгалтерского учёта и налогообложения. Закон должен формализовать партнёрские отношения между бизнесом, обществом и властью – вот это самое главное.

В.В.Путин: А что вы там считаете ключевым?

Реплика: Главное, я считаю, что предприятия, которые осуществляют данную благотворительность, чтобы партнёры на них не смотрели косо, чтобы на них косо не смотрели налоговые органы, которые могут подумать, что у них есть излишек дохода, который может быть получен незаконным путём. На них могут неправильно смотреть сами те люди или те организации, которые не получают этих доходов, с какой-то, может быть, завистливой позиции, и т.д. Вот ясность нужна прежде всего в этом аспекте, чтобы правила игры были для всех ясные и понятные, а с финансовой точки зрения, я надеюсь, это не составит труда разобраться.

В.В.Путин: Я очень вам благодарен за то, что вы подняли для обсуждения эту тему. Она не такая уж простая. Что касается нормотворчества, законов, то законы в любой стране, и в нашей тоже, принимаются для того, чтобы регулировать определённые отношения, в том числе в данном случае какие-то хозяйственные, финансовые отношения. Та тема, которую вы сейчас подняли, и даже та грань, которую вы сейчас затронули, в общем и целом не очень регулируют какие-то отношения. Это вопросы морально-этического характера, но если вы считаете, что могут возникнуть проблемы, связанные с фискальными органами, то вот этот вопрос, в том числе и в рамках Народного фронта давайте поподробнее пообсуждаем. Тема очень важная. Я согласен абсолютно. Давайте сделаем это.

Пожалуйста.

К.Шиленина: Добрый день, Владимир Владимирович!

Во-первых, хотела сказать большое спасибо за создание программы «Молодая семья», потому что в Первоуральске наша семья одна из первых воспользовалась этой программой в 2007 году, и сейчас мы живём в благоустроенной квартире.

В.В.Путин: Вы получили льготную ставку, да?

К.Шиленина: Нет, мы получили субсидию от государства в размере 642 тыс. рублей.

В.В.Путин: Субсидию на первый взнос?

К.Шиленина: Да.

В.В.Путин: Я вас поздравляю.

К.Шиленина: Спасибо. Второй вопрос касается медицины. Хотелось бы узнать, есть ли какие-то программы, которые могли бы простимулировать привлечение медиков в первичное звено.

Я работаю в поликлинике, и у нас недостаток кадров. Чисто по неврологии могу сказать, что у нас в городе 28 ставок неврологов, а работают всего 13 человек. То есть это большая недостача и нам всем приходится на двух работах работать. Это достаточно тяжело.

Хотелось бы внести предложение. Раньше давали жильё молодым специалистам. Я считаю, что это было бы очень хорошим подспорьем. Как Вы на это смотрите? Я, конечно, понимаю, что не сразу давать, а, допустим, по истечении какого-то срока. Допустим, 10 лет человек отработал – ему за это пообещать квартиру оставить. Я думаю, это было бы очень хорошо, потому что зарплаты пока не позволяют нам покупать квартиры в больших количествах.

В.В.Путин: Понятно. Конечно, одна из самых важных социальных проблем, самых значимых – обеспечение жильём молодых специалистов, причём не только в сфере здравоохранения, но и в области образования. Особенно это касается небольших поселений, сельских.

Нужно развивать те программы, которыми вы воспользовались, они во многих регионах Российской Федерации сейчас активно внедряются: и первый взнос, и льготирование ипотечных кредитов. Вот эта программа – «Молодая семья» – должна получить дальнейшее развитие. Это первое.

Второе. В рамках той программы модернизации здравоохранения я очень рассчитываю на то, что не только в первичном звене средние медицинские работники и специалисты общей практики будут получать надбавку к заработной плате, но наконец дойдёт очередь и до специалистов, в данном случае до узких специалистов. Но, повторяю ещё раз, я хочу обратить ваше внимание на следующее обстоятельство: это будет зависеть от внедрения новых стандартов, а новые стандарты в разных регионах всё-таки будут внедряться разным темпом и по разным направлениям. Но в конечном итоге все стандарты, а их большое количество, должны быть внедрены и всё это должно привести к повышению заработных плат. И это самый главный стимул к тому, чтобы привлечь в это звено здравоохранения молодых и эффективных, имеющих будущее специалистов.

Коллеги, нам нужно постепенно заканчивать. Мы с вами можем так, я понимаю, до утра говорить, и всё очень интересно, и мне тоже. Пожалуйста.

И.П.Калямина: Добрый вечер! Владимир Владимирович, я постараюсь очень коротко. Вы сегодня просто в своей речи сделали такой хороший акцент по детским садам. Я являюсь руководителем дошкольного учреждения. Это, конечно, прекрасно и замечательно, что идёт строительство, активное строительство новых детских садов, чтобы обеспечить местами всех ребятишек. Но меня как руководителя очень сильно волнует вопрос, кто будет работать в этих детских садах.

Вы знаете, последнее время очень остро стоит вопрос именно нехватки детских садов. Я буду говорить за свой город. У нас в городе Когалыме уже очень сильно ощущается нехватка педкадров. Я не говорю, что молодёжь, допустим, разучилась любить – не хотят заниматься с детьми, стали малотворческими. Конечно же, нет, просто нет стимула. Это в первую очередь, конечно же, маленькая заработная плата.

Вы много говорили сегодня о том, что поднимается заработная плата у учителей, и мы не в первый раз уже об этом говорим, и Вы говорите об этом. Но мне хотелось бы и о воспитателях услышать хотя бы немножко. У нас в округе очень многое делается нашим губернатором по этому поводу, что в его силах. У меня вопрос: на федеральном уровне будут какие-то приниматься шаги по этому поводу?

В.В.Путин: Я уже говорил о том, что мы целую программу создаём для поддержки строительства детских садов, и цифры называл. Вместе с тем хочу, чтобы и вы меня услышали, и руководители регионов, тем более таких, как Ханты-Мансийский округ, высоко и хорошо обеспеченных материально, финансово, – это их уровни ответственности.

Понимаете, мы не можем с федерального уровня, из федерального бюджета профинансировать все обязательства местной и региональной власти. Они должны работать эффективно и определять приоритеты, что сегодня важнее: что-то там отремонтировать, а что, может быть, ещё и постоит. Не знаю, но иногда смотришь, куда деньги тратятся, и далеко не всегда (я, например, считаю) эти траты являются первоочередными. Или, допустим, направить средства на то, чтобы повысить уровни заработной платы в детских садах. Вот мы по школам как делаем? Мы даём эти 60 млрд за каждый учебный год в ближайшие два года, я уже говорил на что: на частичный ремонт, на приобретение оборудования, на переподготовку, а высвобождающиеся деньги просим регионы направить на повышение фонда оплаты труда учителей. Мы не даём напрямую, но мы помогаем регионам решить эту задачу. И будем, конечно, добиваться того, чтобы они выполняли взятые на себя обязательства. Но по детским садам они должны это сделать самостоятельно. А если уж мы деньги выделяем дополнительно, тем более должны это сделать. И я думаю, что так же, как мы ставим перед собой задачу по школам, – нужно поднимать уровень заработной платы в среднем по отрасли, хотя бы по региону это точно нужно сделать. Вот к этому они должны стремиться. Пообсуждаем ещё эту тему обязательно.

А.С.Мишарин: Владимир Владимирович, я просто хочу добавить, если разрешите, что мы в Свердловской области с 1 сентября такое решение приняли: воспитателям и педагогам детских садов с 1 сентября заработная плата будет увеличена на 30%. Такое решение принято, и поправки в бюджет приняты.

В.В.Путин: Губернатор Мишарин идёт явно в струе сегодняшних требований. Думаю, что это очень правильное решение, очень правильное, и надеюсь, что соответствующая реакция будет от коллег в других регионах. Пожалуйста.

И.В.Михайлов: Добрый день! Уважаемый Владимир Владимирович! Я не буду говорить о танках и не буду говорить о проблемах. Я обращаюсь к Вам как к лидеру Общенационального фронта нашего, общенародного, с такой проблемой. Вернее, не проблемой, а предложением.

Мои соратники поручили мне её сегодня изложить. Спасибо, что дали слово. Мы все с вами знаем и убеждены, я думаю, это и оспаривать не нужно, что развитие страны и развитие Урала надо обеспечивать хорошей защитой.

Так вот, у нас на Урале, в Челябинской области, инициирован и действует военно-шефский проект, который позволяет при поддержке руководства наших сторонников регионального отделения и, конечно, правительства области на базе наших подшефных воинских частей, – а у нас их несколько, – реализовывать программы патриотического воспитания и допризывной подготовки. Так вот, всё это делается опять же на региональном, муниципальном и отчасти общественном уровне и, конечно, на наших дружеских нормальных связях между командирами. Но общенационального, общефедерального механизма стимулирования этой работы, не регламентации мелочной, а нормальной поддержки общефедерального характера этой работы, к сожалению, на должном уровне нет.

Мы обращаемся к Вам как реализаторы этого проекта, действующие не только в Челябинской области, но и с нашими братьями-курганцами. По республике Алтай с пограничниками работаем. Мы обращаемся к Вам с предложениями: поддержать инициативу челябинцев и принять федеральный механизм стимулирования военно-шефской деятельности. Это позволит нам решить целый пласт задач начиная от подготовки личного состава к службе и заканчивая не критиканско-голым общественным контролем, а реальной поддержкой армии. Мы тогда лучше реализуем наш принцип: сильный Урал, сильная армия, могучая Россия.

В.В.Путин: Вы упомянули про Общероссийский народный фронт. У вас там структуры соответствующие созданы? Сформулируйте предложение по деталям, так, чтобы можно было понять, как его технологически можно было бы реализовать. Но идея абсолютно правильная, с удовольствием её поддержу. Пожалуйста.

А.Кирпичников: Владимир Владимирович, у меня вопрос, предложение. Предлагаю автоматизировать систему народного контроля. Разместить все проекты партии на сайте «Народный контроль РФ», и пусть все желающие заходят на него и оставляют свой комментарий. Чтобы отсеять большое количество комментариев, можно разбить на категории. Можно привлечь молодёжь к обработке этой информации. Пусть они чиновников побеспокоят немножко.

Суть такая. Можно разбить на категории: допустим, по одному обращению, местный куратор проекта, вот такая категория, приходит 500 обращений, куратор проекта получил новую дачу или что-то такое. 500 обращений – присваивается «жёлтый» уровень этой категории, и отчёт ложится уже в Москве на стол кому-нибудь. Если 1000 – значит, «красный» уровень, и соответственно уже отчёт ложится одному из руководителей партии, а не только куратору проекта. Результаты раз в месяц публиковать. Ещё раз: привлечь молодёжь, пусть они…

В.В.Путин: Хорошая мысль. Можно использовать современные технологии. Не знаю, как это назвать, «народный контроль» и прочее. Хотелось бы уйти от советской риторики, но в целом по сути своей предложение неплохое.

Надо продумать, Вячеслав Викторович (обращаясь к В.В.Володину), надо посмотреть, поговорите с коллегой. И просто технологически это сверстать таким образом, чтобы было реализуемо. А сама по себе идея очень хорошая.

Коллеги, нам надо заканчивать. Я хочу вас поблагодарить за эту уникальную возможность встретиться в такой аудитории, именно уникальную. И так откровенно, так заинтересованно поговорить по проблемам, которые волнуют вас, живущих на Урале. Но очевидно, что это всё проблемы, которые остро стоят перед страной в целом. Это естественно, потому что Урал не только неотъемлемая часть России. Это в известной степени сердцевина России, это такой тыл, надёга, которая говорит о том, что за спиной тех, кто живёт на востоке, за спиной тех, кто живёт на западе, есть Урал. Это фундаментальная основа не только нашей экономики, но и нашей культуры, наших природных ресурсов и того, что мы называем человеческим капиталом, – людей, которые живут на этой благодатной земле.

САЙТ ПРЕДСЕДАТЕЛЯ ПРАВИТЕЛЬСТВА РФ ВЛАДИМИРА ПУТИНА

Версия для печати