Карлин:  работа, которая проходит в каждом из нас всю жизнь, будет подпитана уникальным материалом, называемым шукшинская душа
12 февраля 2009 | Архив

Дмитрий Медведев: мы должны достичь необходимого уровня гуманизма в системе исполнения наказаний

Глава государства провёл заседание президиума Государственного совета «О состоянии уголовно-исполнительной системы Российской Федерации». Президент указал на необходимость гуманизации системы исполнения наказаний, улучшения условий содержания обвиняемых и приведения уголовно-исполнительного законодательства в соответствие с международными стандартами, высказался за выработку эффективных программ социальной реабилитации бывших заключённых. В ходе рабочей поездки в Вологодскую область Дмитрий Медведев также посетил воспитательную колонию.

Вступительное слово на заседании президиума Государственного совета «О состоянии уголовно-исполнительной системы Российской Федерации»

Д.МЕДВЕДЕВ: Добрый день, уважаемые коллеги!

В нашей повестке важнейший вопрос: состояние уголовно-исполнительной системы и подходы к её долгосрочному развитию на период до 2020 года, во всяком случае, так как мы и строим планы в целом по развитию экономики.

Естественно, что развитие уголовно-исполнительной системы должно происходить вместе с развитием всей политической составляющей, всей политической системы страны для целей демократического и прогрессивного развития государства на основе положений Конституции, на основе положений, которые гарантируют важнейшие права и свободы человека и гражданина.

В течение очень значительного периода времени, многих десятилетий ХХ века, работа нашей уголовно-исполнительной системы, как и в целом уголовная политика в нашей стране, носила преимущественно репрессивный характер. И это, наверное, такая фундаментальная причина того, что состояние самой уголовно-исполнительной системы очень сложное, тяжёлое.

Наша страна в течение длительного периода находилась на одном из первых мест по числу заключённых. И мы понимаем, что условия содержания заключённых, условия заключения были зачастую просто нечеловеческими.

За последний период система начала меняться, в ней произошли достаточно существенные изменения. Принят набор нормативных актов, в том числе и законодательство об общественном контроле за обеспечением прав осуждённых. Отдельные категории осуждённых получили возможность самостоятельно следовать к местам лишения свободы. Что, на мой взгляд, сказалось, вне всякого сомнения, положительно, так это увеличение финансирования системы. За последние годы объём финансирования вырос существенно – за 10 лет более чем в 12 раз.

Руководством системы исполнения наказаний проводится работа по улучшению питания осуждённых, их медицинского обеспечения, образования, условий содержания, что в целом признается всеми, в том числе и экспертным сообществом. Тем не менее мы с вами понимаем, что состояние уголовно-исполнительной системы нас ещё ни в коей мере не может удовлетворить.

В общем и целом снизилось и общее число содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы. На начало этого года оно составляет около 890 тысяч человек, но это всё равно очень и очень много, причём это снижение происходило прежде всего за счёт следственных изоляторов.

Вместе с тем состав контингента исправительных учреждений стал более тяжёлым. За последние годы вдвое выросло количество осуждённых за тяжкие и особо тяжкие преступления. Число лиц, страдающих от наркозависимости, алкогольной зависимости, людей с психическими отклонениями также увеличилось в системе в разы. Всё это, безусловно, осложняет нелёгкую работу в учреждениях уголовно-исполнительной системы государства.

В этой связи в преддверии обсуждения назову несколько задач, которые считаю наиболее важными, наиболее существенными, безотлагательными.

Главная цель реализации всех этих задач, естественно, заключается в том, чтобы мы смогли достичь необходимого уровня гуманизма в системе исполнения наказаний, улучшения условий содержания лиц, которые там содержатся, и приведение в соответствие всей системы уголовно-исполнительной и нормативной базы этой системы в соответствие с международными стандартами.

Естественно, подчеркну и такую вещь, что в целом уголовно-исполнительная, или, как принято говорить, пенитенциарная, система напрямую зависит от того, как работает судебная система и правоохранительные органы. Исправительные учреждения находятся в конце правоприменительной цепочки и уже, по сути, исполняют те решения, те приговоры, которые до этого провозглашает суд на основе деятельности предварительного следствия.

Естественно, что на системе сказываются и проблемы, и недостатки деятельности всех звеньев этой цепи. И, к сожалению, это часто ведёт к тому, что здесь прямой вред наносится и жизни, и здоровью человека, причём впоследствии государство на это тратит ещё и огромные средства: как, собственно, и на содержание самой системы, так и на последующую реабилитацию – и социальную, и физическую.

Мы должны сегодня поговорить о совершенствовании судебной практики, практики назначения наказаний по различным делам, в частности, по вопросам применения меры пресечения в виде содержания под стражей за малозначительные преступления, преступления средней тяжести. Думаю, что эту тему мы могли бы обсудить, как и подумать о других видах наказания, которые не связаны с лишением свободы и которые в целом соответствуют нашей уголовной политике.

Один из путей решения этого вопроса заключается, естественно, в снижении количества лиц, которые содержатся под стражей до суда, а также введение в действие меры пресечения в виде ограничения свободы. Законопроект на эту тему уже находится в нашем парламенте, принят в первом чтении в июле прошлого года.

Можно также рассмотреть и применение таких мер, как залог, введение домашнего ареста и впоследствии также вопросы, связанные с осуждением с использованием в качестве меры наказания, видов наказания, не связанных с лишением свободы, в том числе штрафов по отдельным составам и так далее.

Нам, кроме того, нужны и специальные меры социальной реабилитации, эффективные меры социальной реабилитации для лиц, которые отбыли наказание. Без участия региональных властей эту задачу не решить, и это ещё одна причина, по которой этот вопрос сегодня рассматривается на заседании президиума Государственного совета. В тех регионах, где этим вопросом активно занимаются, где ведут такую работу, уровень преступности снижается.

Напомню, что каждый год из мест лишения свободы, из мест заключения освобождается в среднем до 300 тысяч человек. При этом мы, конечно, должны обращать внимание на так называемую повторность, или рецидив, в совершении преступлений. Конечно, взаимосвязь между рецидивной преступностью и мерами социальной реабилитации, безусловно, прямая и очевидная.

Ещё одна тема для обсуждения, потому что мы рассматриваем этот вопрос в комплексе, – это совершенствование системы оплаты труда, социальной защиты и профессиональной подготовки кадров уголовно-исполнительной системы. Не секрет, что условия работы в учреждениях уголовно-исполнительной системы очень тяжёлые, очень сложные, и, мягко говоря, эта служба не всегда привлекательна. В период, когда мы все находимся под воздействием кризиса, этот вопрос крайне непрост, и нам тоже нужно подумать, каким образом стимулировать систему.

Наконец, ещё один серьёзный вопрос, который требует государственного подхода и мер поддержки, – это анализ существующей производственной деятельности учреждений уголовно-исполнительной системы. Её нужно оптимизировать, в том числе с учётом потребностей в новых рабочих местах. И здесь тоже, естественно, довольно серьёзное значение имеет позиция властей субъектов нашей страны.

По всем вопросам, которые мы сегодня с вами рассмотрим, я дам прямое поручение Правительству, с тем чтобы подготовить базовые, концептуальные документы и по конкретным позициям, которые мы с вами будем обсуждать сейчас по совершенствованию законодательства, и по совершенствованию уголовной политики в стране.

Мы с вами понимаем, что уголовная политика формируется не только в виде каких-то прямых директив (как раз этого нет, у нас судебная власть абсолютно независима), но уголовная политика – это в целом результат деятельности всех властей. Это результат применения действующего уголовного и уголовно-процессуального законодательства, а также результат той работы, которая ведётся в территориях, в регионах по социальной реабилитации, социальной адаптации, или социализации, как принято говорить, лиц, которые осуждены к тем или иным мерам наказания.

Хотел бы, завершая своё вступительное слово, подчеркнуть, что мы сделали пока только самые первые, но достаточно важные шаги к созданию эффективной, справедливой и цивилизованной системы исполнения наказания в нашей стране.

Условия содержания в исправительных учреждениях – несмотря на то что это мера наказания, и очевидно, что репрессивная составляющая все равно в любом наказании должна присутствовать, но тем не менее – должны быть приемлемыми и цивилизованными. А те, кто наказание отбыл, должны быть готовы к тому, чтобы вернуться к полноценной, нормальной жизни.

Заключительное слово на заседании президиума Государственного совета «О состоянии уголовно-исполнительной системы Российской Федерации»

Д.МЕДВЕДЕВ: Мы, как правило, обсуждаем такого рода вопросы на внутренних совещаниях с участием сотрудников правоохранительных органов, представителей судебной системы, но в этой ситуации мы обсуждаем вопросы с участием руководства регионов. И это абсолютно справедливо, потому что все эти процессы – и следствие, и суд, и исполнение наказаний, как завершение этого процесса, – происходят на наших территориях, а не где-то в безвоздушном пространстве или в пределах Садового кольца в Москве.

Какой общий вывод? Уголовно-исполнительная система за последние годы изменилась, но она до сих пор крайне несовершенна. В связи с этим и были подняты самые разные вопросы. И практически в каждом выступлении либо в явной форме, либо в почти аллегорической сквозил или возникал один и тот же вопрос: само по себе наказание, которое государство предъявляет человеку, это кара или же всё-таки перевоспитание? На этот вопрос всегда есть один универсальный ответ: это и то и другое. И исполнительная система, уголовно-исполнительная система должна содержать в себе оба эти элемента. Если она лишается хотя бы одного из них, она неэффективна, и она должна меняться.

Теперь по поводу тех решений, которые мы примем. Есть, естественно, набор поручений, тем не менее позволю себе несколько слов сказать в порядке комментария к тому, что прозвучало.

Думаю, что мы должны самым внимательным образом посмотреть на действующее уголовное, уголовно-процессуальное и уголовно-исполнительное наказание, потому что оно не бывает, во-первых, совершенным, во-вторых, время проходит, требуется вносить какие-то коррективы, и, наконец, мы должны посмотреть и на саму судебную практику, которая вытекает из соответствующих решений на основе соответствующего законодательства.

Думаю, что мы должны согласиться с тем, что нам нужно будет внести изменения в законодательство: либо оживить часть норм, которые уже существуют, либо просто создать их заново.

Все здесь согласны, наверное, с тем, что тот перечень мер наказания, которые сегодня есть, не является полным, и я здесь поддерживаю идею реанимации в качестве вида наказаний исправительных работ как гораздо более гуманной меры наказания, чем лишение свободы, но в то же время позволяющей надзирать за человеком и социализировать осуждённого.

Согласен, что нам нужно принять законы в развитие норм Уголовного кодекса, касающихся таких мер наказания, как ограничение свободы и арест. Такого рода решения, думаю, нам необходимо принять, и такого рода законопроекты должны быть подготовлены в тех случаях, когда их ещё нет, потому что по одному из этих законопроектов работа уже ведётся, находится в Государственной Думе. И такого рода законы нужно выпустить, потому что это и будет самым существенным вкладом в процесс гуманизации уголовно-исполнительной системы.

Что касается мер пресечения. Думаю, что здесь тоже нужно согласиться с тем, что в качестве альтернативных и эффективных мер пресечения необходимо использовать и домашний арест, и залог, и это должно быть такой внутренней установкой, при этом, конечно, нужно смотреть на тяжесть совершённого деяния и на личность подозреваемого и обвиняемого.

Здесь также звучал вопрос о законодательном установлении обязанностей согласования прокурором вопроса о мере пресечения. Пока не предвосхищаю никаких решений, но считаю, что нам нужно проанализировать это предложение, тем более что оно вносится, как я понимаю, прокуратурой и поддерживается Министерством юстиции. Надо посмотреть, насколько это будет способствовать эффективному и качественному расследованию, с одной стороны, а с другой стороны, защите прав самих подозреваемых и обвиняемых.

То, о чём говорили наши уважаемые коллеги, которые занимаются у нас вопросами правозащиты. Считаю, что это справедливо, конечно, – мы должны обратить внимание и на медицинское обслуживание, и на образование. Вы знаете, вопросы самой медицинской помощи, вопрос лечебной системы – это скорее вопрос не идеологический, а вопрос финансовый и вопрос распределения полномочий.

Нам регионы говорят: а мы готовы взять это на себя. Давайте посмотрим, как это можно сделать, тем более что действительно вопросы организации системы здравоохранения и так входят в компетенцию регионов. Что-то необходимо всё равно оставлять на федеральном уровне, но в любом случае этой лечебной системой нужно заниматься, это абсолютно очевидно.

Теперь по вопросам общественного контроля. Я с Вами тоже вынужден согласиться, что пока этот общественный контроль не работает. Это поле не существует, то есть мы его юридически создали, а фактически оно не насыщено. Это вопрос нашей, знаете, во-первых, решимости, энергии этим заниматься. И, во-вторых, это вопрос культурно-исторических традиций. Надо просто постепенно, без напряга, но всё-таки эту систему создавать, без хамства, взаимоуважительно, внимательно относясь и к тем вопросам, которые ставят сотрудники уголовно-исполнительной системы, в то же время ориентируясь на те цели, которые преследует создание системы общественного контроля.

Думаю, что заслуживают самого внимательного отношения и те предложения, которые были сделаны самыми разными коллегами в части, касающейся изменения системы наказания, и введения, или, точнее, скажем так, замены части деяний, за которые наступает ответственность в уголовном порядке, то есть уголовно наказуемых действий на действия, которые преследуются в административном порядке. То есть так называемая декриминализация, но по тем составам, по которым у специалистов и в обществе существует консенсус, что такого рода действия не должны подлежать ответственности в уголовном порядке.

То же самое – я бы считал правильным вернуться и к вопросу административной преюдиции, то есть предварительных решений, которые являются основанием для наступления уголовной ответственности. Потому что мы в какой-то момент отказались от этой конструкции из каких-то общетеоретических соображений, но жизнь подсказывает, что она была эффективной.

Я также полагаю, что и система наказания, или пределов назначения наказаний, о которых говорил и Председатель Верховного Суда, и Министр юстиции, требует как минимум переосмысления, потому что жёстко фиксированные меры наказания связывают судье руки, и иногда судья просто вынужден, для того чтобы правильным образом применить закон по отношению к подсудимому, назначать наказание ниже низшего предела. Но, во-первых, это как бы абсолютное исключение, во-вторых, это очень часто ударяет по самому судье, которого начинают подозревать в том, что он делает это за взятку. Поэтому закон должен быть в этом смысле разумным.

Общее предложение, которое звучало, которое мы, кстати сказать, обсуждали и на нашем постоянном совещании членов Совета Безопасности и которое прозвучало здесь, в отношении изменения системы режимов отбывания наказания – это та тема, которой, конечно, нужно будет самым внимательным образом заняться и руководству уголовно-исполнительной системы, и Министру юстиции, и вообще всем руководителям правоохранительных органов.

Та система, которая нам досталась в наследство, которую мы слегка подретушировали в 90-е годы, а именно: колония поселения, общий режим, строгий режим и особый режим, – эта система сегодня уже, наверное, не соответствует требованиям дня. Она может быть укрупнена. И в этом смысле, думаю, что та идея, которая прозвучала, – идея о том, чтобы в одном случае этот режим был близок к режиму колонии-поселения, или бывшего обязательного осуждения с привлечением к труду или освобождения с привлечением к труду, то есть «химии», – с одной стороны, а с другой стороны – это для лиц, совершивших тяжкое преступление, или лиц, в отношении которых не приходится сомневаться в их установках, – это была бы, по сути, тюремная система со всеми минусами этой системы. Это тоже нужно будет, наверное, из концептуального подхода уже через какое-то время превратить в предложения по совершенствованию законодательства.

Весь набор поручений подготовлен. Он будет дополнен с учётом того, о чём мы с вами сегодня говорили. Думаю, что до конца этого года мы должны будем внести все эти изменения, саму концепцию разработать до 1 августа текущего года. Изменения в законодательство, думаю, что можно будет подготовить быстрее, во всяком случае, в течение нескольких месяцев. И другие вопросы тоже решить без проволочек.

Пресс-служба Президента России

Версия для печати
В Севастополе решается судьба муниципального фильтра
Кандидат в губернаторы Севастополя Виктор Резанов сдал в избирком документы без подписей в свою поддержку муниципальных депутатов. Штаб Резанова объясняет это протестом против законодательной коллизии, возникшей на севастопольских выборах при прохождении кандидатами муниципального фильтра. «Это выглядит юридическим абсурдом, но отстаиваемая нами позиция основана на основополагающих принципах избирательного процесса», – заявили представители Резанова. Напомним, что кандидат в губернаторы от ЕР Дмитрий Овсянников собрал 70% подписей муниципальных депутатов, тем самым «монополизировав» предвыборный процесс. Единственным выходом из сложившейся ситуации, по мнению электорального юриста Максима Прокофьева, является регистрация всех кандидатов, включая тех, кто вообще не представил документы на регистрацию.