Эксперт:  с таким подходом Миронову надо быть не губернатором, а мэром Ярославля
18 января 2016

Дмитрий Журавлёв: У Кремля простая задача – чтобы губернаторы и министры не воровали

По настоянию депутата ГД Александра Хинштейна глава Минсельхоза РФ Александр Ткачёв попросил правительство проверить его на наличие конфликта интересов, связанного с сельхозбизнесом семьи министра. Директор Института региональных проблем Дмитрий Журавлёв уверен: в профильных ведомствах без конфликта интересов не обойтись, главная цель атак на них – не «расстреливать» чиновников, а сделать так, чтобы они «вошли в берега».

«Зачем это сделал Хинштейн? Во-первых, это выборы [в Госдуму]. Есть еще одна менее громкая, но тоже значимая история – это мэр Самары и его праздники. По этой теме господин Хинштейн тоже довольно активно работает. Это вопрос политической судьбы той группы политических деятелей, которые, не входя в систему исполнительной власти, пользуясь механизмами ОНФ и, как говорит Путин, прямой демократии, усиливают свое значение. С одной стороны, это позволяет избираться, с другой – позволяет напрямую влиять на ситуацию, возможно, даже в большей степени, чем избираться. Потому что депутат в России нужен не для того, чтобы депутатствовать, а для того, чтобы влиять. И эта проблема, на самом деле, самая важная. Хинштейн просто самая яркая фигура, он везде влезает, и его влезания видны. Но если вы возьмете других деятелей, из ОНФ, то вы увидите, что их очень много и они активно действуют в этой области.

Но личный интерес – это одна часть вопроса. Вторая часть – это интерес президента и высшей власти. Коррупция, с одной стороны, это некий системообразующий фактор, но с другой стороны, сегодня такую роскошь мы себе позволить уже не можем. У нас просто нет денег. Именно поэтому пошли разбирательства с губернаторами. Вы же прекрасно понимаете, что губернатор Сахалина воровал так не последние месяцы, он воровал так всю жизнь. И другие тоже. Они все не вдруг начали воровать. Но если раньше это в определенных пределах допускалось, потому что политической системе нужна была стабильность, то сегодня мы не можем себе это позволить.

То же самое и с федеральными министрами. Я думаю, что с Ткачёва просто начали. Президенту и высшему эшелону власти нужно, чтобы чиновник знал страх. Делать это, как делал «усатый», наверное, слишком роскошно, зато Хинштейн и компания – это более либеральный вариант того же самого. И в этом смысле они нужны, потому что чиновник должен понимать, что завороваться опасно. А он этого, кстати, в массе своей не понимает. Удивительная вещь, но на них не действует чужой пример. Действительно, наш чиновник, он такой: все прекрасно понимают, что соседа посадят, если он будет воровать, но на себя это почему-то не распространяют.

Понимаете, задача – чтобы чиновник не воровал. Потому что если вы этого сейчас расстреляете, то другого все равно назначать придется. Можно, конечно, как Иосиф Виссарионович, периодически их [министров] уничтожать, чтобы те, кто приходил на смену, первое время боялись. Но для Иосифа Виссарионовича это плохо закончилось – пришло поколение, которое уже знало, что его ожидает, и в результате умер он сам.

Так что, я думаю, это нужно, чтобы люди просто вошли в берега. Причем я не думаю, что дело тут исключительно в Ткачёве. Хинштейн, полагаю, не стал бы поднимать волну, если бы не надеялся на поддержку сверху, просто потому, что от этой волны толку никакого.

Что касается самого Ткачёва и конфликта интересов, то, конечно, он есть, но есть и обратная сторона. Люди потому и идут на какую-то отрасль управления, что у них там есть интересы. И если бы у нас было министерство нефти, понятно, что там сидели бы нефтяники, которые до этого работали в нефтебизнесе. Отраслевое министерство по определению наполняется людьми из той сферы бизнеса, которой оно руководит. Иначе и быть не может, потому что другие в этом просто ничего не понимают.

Другой вопрос, что если ты депутат или чиновник, то личный бизнес ты должен отдать. Но нельзя регламентировать бизнес-деятельность всех давних родственников, это будет простым нарушением Конституции. И вот здесь мы получаем противоречие, которое неразрешимо, поскольку мы понимаем, что такой бизнес является нарушением прав всех остальных. И вот между этими двумя нарушениями как хотите, так и проскакивайте».

Версия для печати