Глава Тувы:  земляки обеспокоены новостью о том, что на территорию Тувы упали обломки космического корабля «Прогресс»
24 февраля 2012 | Архив

Александр Дугин: «Путину надо делать выбор: либо Россия, либо демократия»

Премьер-министр России Владимир Путин на митинге в свою поддержку призвал своих сторонников продолжить битву за Россию, не допустить влияния извне. Завкафедрой социологии международных отношений МГУ Александр Дугин считает, что угрозы, о которых говорил Путин, реальны. В то же время, по словам эксперта, возникают вопросы: почему премьер говорит об этой проблеме накануне выборов президента, если данная проблема существовала и раньше.

«Во-первых, я думаю, реальная опасность более чем объективна, поскольку в США строят либо однополярный мир, где их национальные интересы должны преобладать, а это несопоставимо с существованием сильной, мощной, суверенной страны, такой как Россия. А вторая фракция внутри американского правительства строит глобальную систему, так называемый безполярный мир. Он предполагает несколько центров влияния, но все они должны происходить из признания абсолютной универсальности западной системы ценностей. То есть в одном случае Америка сама объявляет себя империей, а в другом случае мировое глобальное общество строится по западным образцам. Эти два сценария не оставляют места существованию сильной, свободной России.

И это очень серьезно, потому что Америка является сегодня самой глобальной силой, и поэтому она очень серьезно относится к своей миссии, и именно Америка и западная мощь стоят за процессами так называемой демократизации, которые должны привести к прекращению существования российского государства, поскольку предоставив возможность регионам выбирать свободный путь развития, в конечном итоге это закончится распадом России, как это закончилось распадом СССР. И поэтому Путин говорит о совершенно реальной угрозе.

У этих американских сетей и глобальных сетей влияния есть огромная пятая колонна в самой России. Она собирается на Болотной площади, она пронизывает саму путинскую администрацию: это политическая элита Россия и это значительная часть ультралиберальных деятелей. Это, конечно, не просто народ, не рядовые россияне. Это как раз представители прозападной либеральной политической элиты, которые либо сознательно, либо бессознательно двигаются в сторону реализации западных планов, несовместимых с бытием России. Поэтому Путин правильно все говорит. Он говорит о серьезных вещах, о серьезных угрозах, которые нависли над страной.

Второе. Возникает вопрос: Путин впервые увидел эту угрозу? Сегодня? После Болотной площади? Путин не видел, что западные сети влияния пронизывают его собственную администрацию, его правительство, его ближайшее окружение? Эти вопросы вызывают недоумение. Что, Путин прозрел сегодня? Угроза есть, она была и раньше. Она была остра, она была направлена против него лично, потому что особенно в начале своего президентства он делал очень многое для сохранения суверенитета России.

Но вызывает удивление, что он заговорил об этом накануне выборов, а не раньше. А раньше он в общем-то не препятствовал проведению его ставленником Дмитрием Медведевым прозападной политики перезагрузки, которая чуть было не кончилась катастрофой для России по модели перестройки. Именно на нее рассчитывали собирающиеся на Болотной площади. Именно потому, что их ожидания второго срока Медведева не оправдались, они и приступили к жесткой конфронтации. Но Медведев взялся не сам по себе, его назначил сам Путин. В принципе существует четкая прослойка, которая объединяет Болотную и Кремль. Поэтому есть определенное недоверие к Путину. С одной стороны, он критикует реально существующую угрозу и призывает сплотиться, но с другой стороны, возникает вопрос: а где он был раньше и почему вспоминает об этом только перед выборами? Возникает недоверие, и это бросает тень сомнения на все остальное. То есть является ли это все предвыборной риторикой, которая призвана привлечь Путину патриотический электорат, который так считает, который поддерживает Путина, но начинает в нем разочаровываться?

Общее падение популярности Путина, по независимым источникам, где-то около 10%. Это как раз слабо обеспеченные слои, это народ, это простые люди, это патриоты. То есть легитимность Путину в глазах патриотического большинства, которое составляет ядерный электорат его лично, падает существенно. И, возможно, Путин хочет поднять свою популярность.

Но здесь возникает такой момент: то, о чем он говорит, это предвыборные лозунги, попытка поднять популярность. Или он действительно в этом убежден и готов дать бой этой угрозе, которая идет от Запада? Если первое, то это ненадолго, и через некоторое время после выборов он окажется в сложной ситуации, поскольку произойдет отток его ядерного электората от него. А если он говорит серьезно, тогда хорошо и тогда его все поддержат. Но это выльется в другую конфронтацию, в конфронтацию с проамериканской, прозападной элитой. Поэтому Путин в любом случае в очень жестком положении. Он будет президентом, он пройдет в первом туре. Но он в очень сложном положении, потому что ничего не кончится. Если он полагает, что все кончится 5 марта, он глубоко ошибается. Он в любом случае, если будет проводить патриотическую политику или не будет проводить патриотическую политику и действовать уклончиво как раньше, то в любом случае он получит много проблем. Поэтому его третий президентский срок – это очень проблемный период, в котором он будет сталкиваться с огромным количеством вызовов извне, и еще один, который он, может быть, не осознает - это то, что для того, чтобы завоевать доверие своего же патриотического электората, ему придется совершать реальные действия. Поле маневров между Западом и национальными интересами у Путина сократилось уже сегодня. Ему надо выбирать между Россией и Западом. Он долгое время колебался, он укреплял наши позиции, но продолжал заигрывать с Западом. После возвращения Путина в Кремль уже надо понимать, что дело серьезное и надо делать выбор: либо Россия, либо демократия». 

Версия для печати