Активист-трезвенник:  в УрФО нужен сухой закон. Ведь мы нисколько не хуже Чечни. Ведь так?
18 февраля 2015

Константин Затулин: Абхазы очень боятся проснуться однажды не хозяевами на своей земле

Политолог, директор Института стран СНГ Константин Затулин рассказал «Клубу Регионов» о внутренних противоречиях в абхазских элитах, которые, с одной стороны, стремятся получить выгоду от интеграции с Россией, с другой – опасаются утратить политическую независимость. 

«Те, кто знаком с ситуацией в Абхазии, понимают, что наличие границы всегда было сдерживающим фактором ее экономического возрождения и рассматривалось самой Абхазией как несправедливость по отношению к республике, которая всегда лояльно относилась к России, а временами и выражала желание войти в ее состав. В настоящий момент речь идет не о том, что Абхазия, в случае снятия границы, станет частью России, а о том, чтобы максимально упростить человеческие, экономические и всякие иные связи между Абхазией и Россией.

Нельзя назвать нормальной ситуацию, при которой в непосредственной близости от фешенебельного курорта Сочи на границе с Абхазией люди сталкиваются с серьезным различием в уровне экономического развития. И это, конечно, создает социальную и экономическую бомбу замедленного действия на границе преуспевающего Краснодарского края. Это отлично понимают и в России, и в Абхазии. Конечно, российское государство обязано заботиться о безопасности. Тем более, когда речь идет об уязвимом во всех отношениях регионе, где любой намек на проблемы с безопасностью может привести к срыву курортного сезона.

После того как в 2008г. Россия признала Абхазию и мы заключили целый ряд договоров, в том числе о нахождении наших вооруженных сил, пограничников и таможенников на ее территории, вопрос об упрощении режима границы на реке Псоу постоянно был в центре внимания.

Однако надо отметить, что некоторые усматривают в расширении связей с Россией определенную проблему. В Абхазии есть убежденные сторонники ее независимости, и сейчас главный вопрос в том, чтобы при всех гарантиях самоопределения Абхазии все-таки создать необходимые условия, чтобы все барьеры на пути ее экономического развития были устранены. А граница, как к ней ни относись, как бы она ни была современно оборудована, она, безусловно, сдерживает развитие региона.

Но я думаю, что граница – это не единственное, что сдерживает экономический рост республики. Власть Абхазии сегодня погружена в процесс исправления ошибок предыдущего руководства, и он идет не так быстро, как, может быть, кому-то хотелось бы. В общем, внутренняя ситуация в Абхазии продолжает оставаться разнородной. К сожалению, шаги, связанные с экономической интеграцией Абхазии, сдерживаются несовершенством абхазского законодательства и инстинктивным недоверием ее народа. Инвестиций вроде бы все хотят, но вместе с тем никто не создает для них условий, потому что не принят целый ряд законов, который мог бы облегчить их приход, включая вопрос земельной собственности, прописки и так далее. Абхазы по своему историческому опыту очень боятся проснуться однажды не хозяевами на своей земле, боятся, что придет кто-то и все скупит.

Но мне кажется, что мы не должны игнорировать эти обстоятельства. Напротив, мы должны учитывать их, спокойно к ним относиться и делать все, чтобы не возникло непреодолимых противоречий между стремлением к снятию всяких барьеров и необходимостью поддерживать абхазское государство как таковое. На мой взгляд, это очень важно не только в русле российско-абхазских отношений, но и для хорошего отношения к нам на Кавказе в целом, для понимания того, что Россия не выкручивает никому руки и не имеет планов бездумного увеличения своей территории.

Безусловно, есть много желающих поиграть на этом в прежнем духе и обострить в силу принятия тех или иных новых [российско-абхазских] документов российско-грузинские отношения. Так было с договором, который был подписан в ноябре. Первоначально его текст был более радикальным, но под влиянием настроений, в том числе и абхазской общественности, он был смягчен. Надо заметить, что помощник президента Владислав Сурков возложил многие надежды на ускорение экономической интеграции и принятие решений, которые помогли бы снять барьеры.

Вокруг договора существует полемика о том, в какой мере он и все, связанное с ним, было полезно и не возбудило ли это прежние страхи и подозрения в отношении России.

Но в целом я считаю, что снятие барьеров на границе при любых раскладах является очень популярным в абхазском обществе решением. Вопрос был в том, в какой мере это ослабит безопасность в прилегающих к Абхазии районах Краснодарского края. Все-таки Абхазия была зоной конфликта, у людей было накоплено оружие. При президенте Сергее Багапше его начали выкупать, была целая программа, связанная с изъятием оружия, но она не была завершена, потому что в зоне конфликта многие считают оружие гарантией собственной безопасности. Но если этот вопрос снят, то в таком случае снятие всяких барьеров и границ является положительным шагом. Тем более что Абхазия сейчас испытывает тревогу перед началом нового курортного сезона. Все-таки многих россиян сейчас агитируют не только за курорты Краснодарского края, но в связи с возвращением Крыма в состав РФ политика целого ряда предприятий направлена то, чтобы помочь ему встать на ноги. И в этих условиях Абхазия беспокоится о притоке туристов на свои курорты в 2015г. Но хочу заметить, что Абхазии еще многое нужно сделать для улучшения качества облуживания».

Версия для печати