Глава Тувы:  земляки обеспокоены новостью о том, что на территорию Тувы упали обломки космического корабля «Прогресс»
29 июля 2013

«Дагестанский гамбит» Абдулатипова

Фото: expert.ru

Неожиданная отставка правительства Республики Дагестан заставила экспертов вспомнить о существовании межклановых противоречий внутри республиканской элиты. Важной предпосылкой, подталкивающей элитные кланы этого субъекта к конфронтации, стала попытка Абдулатипова перенастроить политическую систему в республике на режим «ручного управления». Однако перезагрузка системы управления натолкнулась здесь на принцип национального квотирования должностей.

Сообщение об отставке правительства Дагестана, прозвучавшее как гром среди ясного неба, застало экспертов и наблюдателей врасплох. Роспуск правительства за полтора месяца до окончания срока его полномочий до недавнего времени казался чем-то немыслимым. Тем не менее, после ознакомления с отчетом о социально-экономическом развитии региона за прошедшие полгода врио президента республики Рамазан Абдулатипов объявил об этом решении.

В том, что правительство будет «переформатировано», эксперты в общем-то и не сомневались. Однако большая их часть полагала, что это произойдет только в сентябре, когда парламентарии утвердят Абдулатипова в должности главы республики. Нестандартность ситуации также подчеркивало и то, что эта отставка произошла в самый неподходящий для нее момент - период отпусков, когда значительная часть депутатов находились за пределами республики. Из-за этого Дагестан вообще мог остаться на некоторое время без правительства, поскольку для его утверждения Народным собранием необходимо было собрать кворум. В результате республиканским чиновникам даже пришлось обзванивать местных парламентариев, чтобы они в обязательном порядке возвращались в республику для участия в голосовании.

На первый взгляд, это вроде бы несуразное решение Абдулатипова может показаться серьезным просчетом. Однако это не так. Отправив в отставку свое правительство, Абдулатипов воспользовался излюбленным политиками шахматным приемом - гамбитом, когда для того, чтобы выиграть всю партию, в начале игры жертвуют пешкой. Получается, что «пешкой» в данном случае стало правительство, на которое были списаны все ошибки, а выигрышем стала поддержка действий главы республики со стороны общества.

«Музей имени Абдулатипова»

Проходивший 29 июня в Ахтынском районе праздник, посвященный лезгинскому эпическому герою «Шарвили», посетила делегация высоких гостей из Махачкалы во главе с Рамазаном Абдулатиповым. Прогулка этих гостей по улицам райцентра обернулась для главы местной администрации порицанием со стороны руководителя республики, поводом для чего послужило плачевное состояние памятника лезгинскому поэту Тагиру Хрюгскому, встреченного делегацией по пути в районный краеведческий музей. По прибытии в музей обнаружился еще один «промах» местных властей - в беседе Абдулатипова с директором музея выяснилось, что с 1996г. на содержание учреждения не выделялось ни рубля. После этого врио президента пообещал директору, что в здании его музея сделают капитальный ремонт, а также выделят средства на развитие материальной базы.

На первый взгляд, это вроде бы несуразное решение Абдулатипова может показаться серьезным просчетом. Однако это не так.

Завершало пребывание врио главы региона в Ахтынском районе его выступление на торжественном открытии праздничных гуляний. Кроме важности сохранения эпоса о «Шарвили», в речи Рамазана Абдулатипова также затрагивалась тема необходимости возрождения таких «традиционных центров развития народов республики», каким является Ахтынский район. Сорвав овации после выступления, глава региона уехал, не дождавшись окончания торжественного открытия. Хотя этого жители райцентра от него уже не ждали, ведь главное из того, что он мог им дать, - надежду на скорое улучшение жизни - они уже получили.

В общем-то требующее реконструкции здание музея далеко не самая главная из накопившихся в республике за постсоветское двадцатилетие проблем. Однако эта «мелочь» хотя бы на некоторое время даст населению поверить в то, что перемены к лучшему уже наступают. Поэтому вряд ли кто-то удивится, если после ремонта в этом музее местные жители станут называть это выдающееся из общего «обветшавшего» фона здание «президентским».

Сможет ли Абдулатипов оправдать надежды простых дагестанцев? Беспристрастно поразмыслив над этим вопросом, нам придется сделать неутешительный вывод: при всем желании главы региона быстро претворить в жизнь надежды жителей своей полуразоренной республики, у него вряд ли получится. Сам Абдулатипов, будучи опытным политиком, это, безусловно, понимает. Однако, нуждаясь во всенародной поддержке, он не гнушается даже этим - сравнительно недорогим - популизмом. Деньги на реставрацию одного сельского музея, конечно же, найдутся. Но кардинальным образом исправить ситуацию такие «точечные» меры, естественно, не смогут.

Время несбывшихся надежд

Когда врио главы республики был назначен Абдулатипов, многие рассчитывали на то, что он сможет быстро наладить ситуацию в этом неспокойном регионе. Очевидно, что речь шла не о рядовой ротации кадров, обычно происходящей, когда предыдущие руководители региона не справляются с решением поставленных перед ними задач. Абдулатипов, хоть и является выходцем из Дагестана, к моменту назначения долгие годы жил в Москве. Будучи опытным федеральным политиком, он в гораздо большей степени, по сравнению с другими возможными претендентами на этот пост, привык к правилам «игры», действующим внутри вертикали власти. Именно поэтому многие наблюдатели ждали от него серьезных  изменений в политической жизни Дагестана, среди которых одной из самых ожидаемых мер было «укрощение» местных клановых элит, неоднократно вынуждавших Кремль корректировать свои внутриполитические планы в этой республике.

Однако чем дольше Абдулатипов находился во главе этого субъекта, тем отчетливее наблюдатели понимали, что в короткие сроки накопившиеся в республике проблемы решить не удастся. Большинство инициатив этого энергичного политика натолкнулись здесь на неэффективность местной системы управления, помноженную на скрытое сопротивление со стороны клановых элит.

Правительство национального согласования

После того как 22 июля было объявлено о роспуске правительства, эксперты заговорили о том, что причину этого неожиданного решения стоит искать в конфликте врио президента с представителями местных клановых элит в правительстве и что он стремится к повсеместному установлению своего «авторитарного» влияния в республике. Также, по мнению экспертов, на подобный исход событий повлияла уверенность Абдулатипова в положительном для него исходе голосования по кандидатуре президента.

Однако на пути у врио президента, стремящегося к тому, чтобы все ключевые должности в республике занимали лично преданные ему люди, возникли трудности, связанные с невозможностью отказа от принципа национального квотирования должностей при формировании нового правительства.

Почему же глава этой республики, получивший карт-бланш на проведение собственной политики от Кремля, не может отказаться от традиции и назначить должностное лицо с учетом его деловых качеств или личной преданности, позабыв о национальности?

Отвечая на этот вопрос, Глава сектора Кавказа Центра региональных и цивилизационных исследований РАН Энвер Кисриев отметил, что система национального квотирования, при которой основные должности в системе управления республикой занимали представители аварской, даргинской и кумыкской национальности, настолько глубоко вошла в политическую культуру Дагестана, что отказаться от нее сегодня невозможно.

По мнению эксперта, такую устойчивость данного политического института в Дагестане можно объяснить тем, что учет национальности при формировании органов власти позволяет легитимировать их в глазах населения. Говоря об особенностях системы, ученый пояснил, что в соответствии с данной политической традицией самые важные должности в системе управления регионом обязательно должны занимать представители аварского, даргинского и кумыкского народов, которые являются самыми многочисленными в Дагестане. Причем если «председатель Госсовета был одной национальности, то глава парламента должен быть представителем другой, а председателем правительства - третьей».

Святослав Дмитриев
Версия для печати