Памфилова:  из-за муниципального фильтра на выборы не попали кандидаты, которые могли составить реальную конкуренцию
14 октября 2008 | Архив

На выборах в регионах все меньше реальных политических игроков

Ведущие эксперты-регионалисты прокомментировали «Клубу Регионов» итоги выборов 12 октября.

Валерий Хомяков, Совет по национальной стратегии:

Во-первых, надо обратить внимание на то, что эти выборы не совпали ни с президентскими, ни с думскими. Поэтому выборы 12 октября были более самостоятельные, не зависимые от федеральных кампаний. Это первое. Второе – это очевидно, что «Единая Россия» является самой влиятельной, самой популярной партией у нас в стране. В среднем ее результат составляет порядка 60%. Это говорит о том, что партия использует не только административный ресурс, но и становится идеологической партией в силу того, что у нее появился лидер, который сам является носителем определенной идеологии, я имею в виду Владимира Путина.

Обращает на себя внимание и то, что в целом КПРФ может зачислить себе этот результат в актив, она подтвердила, что является второй партией в стране по популярности и по влиянию. В двух регионах КПРФ заняла второе место, в одном – третье. Поэтому КПРФ, безусловно, можно поставить плюс.

Для ЛДПР главный итог – это то, что она становится не только партией одного лидера, но и более классической партией. Поскольку представительство на региональном уровне у ЛДПР достаточно широкое, и вот в эти выборы она только усилила представительство.

Достаточно низкий результат получила «Справедливая Россия», на мой взгляд, это подтверждает то, что партия находится в кризисе. И этот кризис лишний раз был продемонстрирован теми результатами, которые она получила. С чем это связано – сказать сложно: то ли партия не может найти свою нишу, мечется в ее поисках – пока до конца это непонятно. Поэтому руководству «Справедливой России» стоило бы обратить внимание на ту ситуацию, которая складывается, и винить, может быть, не руководителей региональных отделений в таком результате, а прежде всего посмотреть, что в самой партии происходит.

– Валерий Алексеевич, а Вам не показалось, что на этих выборах не хватило сюрпризов?

– Вряд ли кто рассчитывал на то, что они будут. Конечно, результат в Чеченской Республике выпадает из общероссийского. В основном – «Единая Россия» и «Справедливая Россия». Странно, что там никто не проголосовал за КПРФ, ЛДПР. Вот этот результат у меня вызывает удивление. Обидно, что сюрпризы можно назвать в кавычках, поскольку ни одна непарламентская партия не получила свое представительство вот в этих пяти законодательных собраниях, пяти субъектах федерации. Был бы сюрприз, если бы это все состоялось. То, что у нас нет сюрпризов, лишний раз говорит о том, что политическое поле очень здорово утоптано, и любая попытка политической активности, допустим появление новых партий на региональном уровне, она просто исключена. Поэтому сюрпризов нет. Я думаю, что после того, как состоится правое поле, появится политическое движение правого толка – вот тогда возможно, что будущая правая партия будет активно бороться за свое либеральное представительство.

Оксана Гончаренко, Центр политической конъюнктуры России:

Я думаю, что в целом, и не только региональном аспекте, главный итог выборов заключается в том, что видна тенденция к сокращению числа партий. Мы видели то, что основных игроков в ходе кампании было четыре, по числу парламентских партий, они же в основном и представлены в заксобраниях, а кое-где пробилось всего по две партии. И этот общий тренд я хочу проиллюстрировать на примере партии аграрной. Как известно, аграрии избрались там, где выдвигались, а именно в двух регионах – это Иркутск и Забайкалье. И не случайно эта партия будет поглощена «Единой Россией» в ближайшее время. В принципе, это показательный момент, потому что аграрии традиционно были на региональном уровне дееспособны: они не всегда проходили на выборах общероссийского уровня, но в ряде регионов они участвовали достаточно активно, были известны и все-таки какие-то места парламентские имели. А теперь эти места станут у них общими с «Единой Россией». В перспективе такая судьба может постичь «Зеленых», которые могут объединиться со «Справедливой Россией». «Зеленая» – менее успешная партия во всех смыслах, но тем не менее. Оставшиеся более-менее дееспособные игроки поглощаются парламентскими партиями, это тенденция. И соответственно, те партии, которые были представлены, – «Патриоты России», «Партия мира и единства» – это заведомо аутсайдеры, и я не исключаю, что для них эти выборы могут стать последними.

– Если сравнить с итогами выборов в Государственную Думу, то получается, за исключением Кемеровской области, что итоги у «Единой России» похуже, чем в Госдуму. Это связано с отсутствием имени Владимира Путина во главе списка?

– Я думаю, что здесь не стоит жестко привязывать, конечно, это сыграло роль определенную, но стоит учесть, что регионы, в которых сейчас были выборы, довольно специфичны. Это в основном регионы с преобладанием протестного электората. Это регионы со сложной экономической ситуацией. Допустим, Сахалин и Забайкалье – типично депрессивные территории. И там всегда набирали голоса КПРФ, ЛДПР. Там очень много электората этих партий. И такой избиратель, которого мы называем протестный, это избиратель, который в принципе за власть не голосует. По своим причинам это во многом связано с низким уровнем жизни, с проблемами социально-экономического характера. Они в Забайкалье выражены очень сильно, на Сахалине также.

А в Иркутской области фактор протестного голосования также понизил процент «Единой России». Но в Иркутской области еще была очень конкурентная кампания, по сравнению с другими регионами. Это связано со спецификой политической ситуации именно в Иркутской области. Раздробленность элиты и конкуренция групп влияния. В преддверии этих выборов она была сильной, и губернатору пришлось использовать административный ресурс именно поэтому, потому что конкуренция групп влияния была гораздо больше, чем в других субъектах. И в сочетании с фактором протестного голосования, которое тоже характерно для Иркутска, здесь получились невысокие результаты «Единой России». Поэтому здесь специфика именно вот этих субъектов. Я вам назвала три региона, где у «Единой России» были проблемы. Чечня и Кемеровская область – это типичный фактор административного голосования, такого регулированного, жесткого, поэтому там все в порядке для «Единой России». Так что я думаю, надо смотреть именно на конкретную ситуацию в каждом регионе.

– С Чечней было все заранее понятно, а вот с Кемерово не сюрприз для Вас?

– Нет, абсолютно. Я прогнозировала как раз такой результат. Это предсказуемо совершенно. Кемеровская область по характеру административного регулирования близка к Чечне. Хотя это не Кавказ, но достаточно сказать, что конфликт местного отделения КПРФ с губернатором Тулеевым лишил коммунистов шансов не то что на большое количество мест, а вовсе каких-либо шансов. Это не случайно: конфликт давний, с судами и прочими неприятностями, но факт тот, что конфликт стал публичным, губернатор определенные имиджевые потери понес, но коммунисты понесли политические потери более серьезные. И здесь административным, волевым решением они были лишены всех шансов, несмотря на то, что отделение довольно сильное. Конечно, Кемеровская область – это традиционный регион красного пояса, так называемого, где в силу ряда причин коммунисты всегда набирали хорошие голоса, но политический фактор – почему они сравнялись с Чечней – это было предсказуемо. Поскольку Тулеев достаточно жестко контролирует политическое поле и пресекает все возможные попытки открытой оппозиционной игры.

Александр Кынев, Фонд развития информационной политики:

В итогах выборов 12 октября нужно смотреть не формальное первое место, а номинальное. Явка у «Единой России» удручающая: они везде, где в регионах электоральная аномалия (Чечня и Кузбасс), показали падение результатов, в среднем на 10%. Целый ряд кандидатов партии проиграл самовыдвиженцам, с которыми активно партия боролась. На мой взгляд, это говорит о том, что та формальная победа, которая достигнута, – это перенапряжение усилий и профицит административного давления на избирателей. В этом смысле это, по большому счету, натянутый результат, хотя даже натянутый результат хуже того, что было в декабре. Это говорит о том, что натягивать результат еще тяжелее.

В целом, падает «Единая Россия», везде растут коммунисты, растут почти везде эсеры, только в Коми они чуть-чуть упали. Избиратель голосует от противного – поскольку конкуренция сужается, большого выбора нет, поэтому люди голосуют за тех, кто остается помимо партии власти. И в этом смысле ситуация зависит от того, какая партия смогла в каком регионе найти более адекватных лидеров и провела более качественную кампанию. Фактор лидера важен и при выборах по спискам, порой даже партийный список бывает лишь дополнением, гарниром, но не основным блюдом. Вариант без наличия популярных кандидатов способен давать минимум. Это совершенно очевидно.

Версия для печати
Главное