Политолог:  на борьбе с Дегтярёвым запал жителей Хабаровска закончится, и следующего губернатора они будут воспринимать как мессию
31 июля 2020

Михаил Виноградов: Отношения между властью и обществом без эмпатии – потенциальная угроза

Экспертно-аналитический центр «Юг» /Ставропольский край/ Политолог Михаил Виноградов – о концепции «доброй власти» и ее необходимости в период постковидного кризиса в России.

На Ставрополье проходит научно-практическая конференция «Общество во время кризиса. Современные практики политического и социального управления. Специфика регионов Юга России». В рамках мероприятия политолог, президент фонда «Петербургская политика» Михаил Виноградов высказался о карантинных мерах во время пандемии, их восприятии в разных странах и необходимости реализации в России концепции «доброй власти».

«Большая часть ниш функционирования власти оказались под вопросом еще до пандемии. Так, социальная ниша вызвала много вопросов после пенсионной реформы, ниша защитников местной политики девальвировалась усталостью от внешнеполитической повестки, ниша «гарант равных правил игры» столкнулась с реальностью, где гарантии есть не всегда. На первый план стала выходить ниша сильной, агрессивной, доминирующей власти (вспомним уголовные дела в отношении чиновников, педагогов, врачей). Причем она не была востребована обществом, потому что его уровень агрессии сильно преувеличен. Возникало представление «доброго общества» и «злой власти». Это не привело к столкновениям даже во время пандемии, но проблема остается, как остается пониженным рейтинг «Единой России». Сегодня обществу необходима «добрая власть», и самое замечательное, что ее фронтмены это понимают.

Паникеры пандемии и ее диссиденты сегодня остаются при своих мнениях. Самым интересным феноменом ковид-кризиса стало «переоткрытие малых родин». Люди вернулись в родные регионы, пересмотрели к ним отношение. И, возможно, останутся там жить. При этом опыт подобного «возвращения» власти (на примере Дегтярёва в Хабаровске) остается опасностью и расценивается как угроза. Особенно когда власть оказывается самым качественным архитектором повестки.

Остается непонятным масштаб экономических последствий. Есть опасения, что все, что открылось после пандемии, закроется через месяц-два. Отдельный полюс добра монополизировали врачи, и этого полюса власти не видать: место занято.

В большинстве стран рейтинги власти снизились. Абсолютный успех власти – это Германия, Корея, Британия. Выход из пандемии сопровождался социальными волнениями в США, Бразилии, Белоруссии, Сербии, Израиле, Болгарии. В России люди, которые знакомы с мировой повесткой, карантинные меры воспринимали адекватно, те, кто не знаком с ней, думали, что все странно и криво. При этом необычно драйверами ограничений стали губернаторы. И в российском обществе это вызвало скорее не протест, а сочувствие».

Подготовлено экспертно-аналитическим центром «Юг»

Версия для печати