Россель:  у нас уже было так. Был закон, где губернаторы и председатели облдум были членами СФ
16 ноября 2016

На Камчатке студентов научат противостоять идеологии терроризма

Фото: sseu.ru

Камчатский край одним из первых в стране внедрит в своих вузах программу Минобрнауки РФ по противодействию распространению идеологии терроризма. Инициатор нововведения губернатор Владимир Илюхин уверен, что программа позволит реализовать в регионе комплексный подход к антитеррористическому просвещению молодежи.

В вузах Камчатского края по распоряжению губернатора Владимира Илюхина введут дополнительную общеобразовательную программу «Гражданское население в противодействии распространению идеологии терроризма». Глава региона напомнил, что на Камчатке активировалась работа по противодействию идеологии терроризма и экстремизма. «В ежегодные планы образовательных организаций Камчатского края включены мероприятия по антитеррористическому просвещению детей и молодежи – фестивали, круглые столы, конференции. Но для повышения эффективности работы, безусловно, необходим комплексный подход, который будет осуществляться на базе дополнительной образовательной программы», – пояснил Илюхин.

Сейчас в регионе идет проработка этого вопроса, сама программа начнет действовать в следующем году. В оставшееся время будет уделено особое внимание подготовке преподавателей.

Этой теме «Клуб Регионов» посвящает материал своей постоянной рубрики «Онлайн-клуб экспертов». Ведущие специалисты России рассуждают о перспективах начинания, подобного камчатскому.

Любые программы такого плана несут только позитив, считает доктор юридических наук, завкафедрой гражданского общества Международно-правового факультета МГИМО, вице-президент федеральной палаты адвокатов Владислав Гриб: «Конечно, эффективность таких программ будет зависеть от методики преподавания, поэтому очень важно, чтобы и сами преподаватели прошли специальные курсы. Сегодня не все понимают, что просто репост [экстремистских материалов] – это уже преступление. Это молодежи очень сложно объяснить, ведь в их понимании это не они, а кто-то другой написал, а они просто поделились с друзьями. Вводя такие программы, мы решаем две задачи. Первая: мы боремся с проявлениями экстремизма и объясняем молодежи, насколько их действия могут быть опасны и преступны. Вторая: мы в очередной раз привлечем к данной к проблематике внимание родителей и вузов. Потому что эта проблема у нас иногда вспыхивает, а потом уходит под суетой наших будничных дел».

Политолог и журналист Павел Святенков главной проблемой подобных программ считает размытое определение экстремизма. Сам он предлагает уделить внимание практической стороне: «Это могло бы быть актуально, если бы существовало рациональное определение экстремизма в РФ. Однако у нас понятие экстремизма чрезвычайно растяжимое, и экстремистом может стать любой, кто допустил то или иное критическое высказывание, расцененное судом как экстремистское. У авторов будут трудности с определением. Наверное, предостережение «не занимайтесь экстремизмом!» имеет право на существование, но что есть экстремизм? Да и сделать прививку против подобных настроений сложно, потому что вербовщики настоящих террористических организаций – это люди опытные, и они обманут любой спецкурс. Утверждение, что если бы, например, Варвара Караулова прошла такие занятия, то она не связалась бы с исламистами, кажется мне сомнительным, потому что обработка с их стороны была более интенсивной, чем любая образовательная программа.

Это не та ситуация, где клин вышибают клином. А вот дать людям первичные знания о том, как действовать в ситуации террористической опасности, – это было бы полезно. Грубо говоря, это мог бы быть курс о том, как действовать в случае нападения террористов. Напали террористы на университет. Куда бежать или не бежать, куда звонить, что делать, что ждать, как себя вести. Вообще-то, такие советы есть в открытом доступе на сайте ФСБ, но мало кто их читает, и у меня нет впечатления, что люди знают их наизусть. А в странах, где террористическая угроза высока, например, в Израиле, там детей с детского сада учат не противодействию экстремизму, а действиям в ситуации террористической опасности. Там даже учения проводят. И вот этот опыт применить было бы рационально».

Изучить опыт Израиля, где проблема терроризма намного актуальнее, чем в России, предлагает и старший научный сотрудник Центра проблем Кавказа и региональной безопасности Института международных исследований МГИМО Ахмет Ярлыкапов: «Конечно, должно быть какое-то воспитание и какие-то элементарные вещи необходимо проговаривать. В каком виде и как – об этом надо думать. Я не думаю, что для этого нужен какой-то отдельный предмет, потому что, на мой взгляд, это лишнее привлечение внимания [к явлению терроризма], что чревато обратным эффектом. Должны быть продуманы какие-то вещи и какие-то мероприятия. Но не в лоб, не явно. В противном случае благие намерения могут превратиться в формальность вроде той, чем в свое время в университетах были лекции по марксизму-ленинизму.

Сложность в том, что на сегодняшний день какого-то универсального способа борьбы с терроризмом, ограждения граждан от вербовки террористических организаций не существует. В той же Норвегии, Германии обращают внимание на внешние признаки радикализма, но их недостаток в том, что в современных условиях эти вещи всё меньше работают. Мы часто общаемся с родственниками тех, кто ушел туда [в террористические организации], и они часто говорят о шоке, о том, что никаких признаков радикализации они практически не видели, о том, что есть феномен мгновенной радикализации – она проходит где-то внутри человека, он ее никак не проявляет. У нас есть какие-то старые клише и представления, но ситуация динамична и очень быстро меняется. Сейчас признаки радикализации всё менее видны. Как действовать в этой ситуации – надо думать, но для начала ситуацию надо вообще представлять».

СПРАВКА

Программа «Гражданское население в противодействии распространению идеологии терроризма» была разработана и рекомендована для применения в вузах в Минобрнауки РФ. В ее основе лежит междисциплинарный подход, который подразумевает взаимодействие гуманитарных дисциплин: политологии, истории, социологии, юриспруденции и смежных технических направлений, таких как информационная безопасность.

Завкафедрой новых медиа и теории коммуникации факультета журналистики МГУ Иван Засурский вполне допускает, что противостоять экстремистским и террористическим идеологиям вуз может, выпуская качественных специалистов: «Профессиональный успех неизбежно отвлечет от любой подрывной деятельности. А преподавателям нужно добиться того, чтобы их студенты были настолько успешны, чтобы им была неинтересна ни подрывная, ни экстремистская, ни какая-то еще деятельность.

Невостребованность, ощущение того, что сама по себе учеба не является чем-то важным, а что-то важное происходит в другом месте. По всей видимости, та же Караулова не чувствовала интереса к тому, что происходит вокруг. Но чем более интенсивно будет вестись подготовка в вузе, чем больше будет всяких конкурсов от работодателей, которые будут предлагать темы для учебных и выпускных работ, чтобы студенты чувствовали, что они сами в реальном мире могут изменить что-то, не через присоединение к каким-то террористическим или экстремистским множествам, а напрямую, как профессионалы могут внести свой вклад в развитие общества, тем реальнее будет противостояние такой [экстремистской] идеологии. Мы, каждый из нас на своем месте можем очень много сделать, но для этого мы должны принять то общество, ту профессию, ту жизнь, которые у нас есть, понимать, как она устроена, уметь принимать в ней участие и получать от нее удовольствие.

Дело в том, что возможность оказать влияние на будущее через какие-то экстремистские террористические организации на самом деле иллюзорна. Просто она соответствует менталитету отверженных людей из маргинальных групп. Поэтому нам нужны социальные лифты, нам нужно приковать внимание учащихся к реальной повестке дня, нам нужно, чтобы каждый из них имел свое публичное портфолио. А если у них есть какие-то сложные или опасные интересы, то нам нужно, чтобы они превращали их в темы своих научных работ, разбирались в этом, понимали, что на самом деле происходит, и расколдовывали это».

Впрочем, Ахмет Ярлыкапов уверен, что заставить человека стать террористом может что угодно. «И мы, и западные исследователи всё больше отмечаем, что в 90-е гг. был терроризм бедных, обиженных и так далее. А сейчас всё больше тех, кто не беден, не обижен и вполне себе успешен. Сегодня примкнуть к бандформированиям людей заставляет рефлексия по поводу того, что происходит вокруг. В той же Франции или Штатах это протест против общества потребления, глобализации и так далее. В России, если брать, например, Северный Кавказ, это протест против коррупции, системного кризиса и так далее. То есть в каждом случае это какой-то вполне индивидуальный набор проблем, для решения которых предлагается универсальное решение – быстро с оружием в руках навести порядки, которые приведут к социальной справедливости. Наверное, общий знаменатель – это поиски социальной справедливости, которая очень абстрактна. И именно поэтому люди ведутся на этот абстрактный ответ», – говорит эксперт.

Председатель комиссии по безопасности и взаимодействию с ОНК Общественной палаты РФ, председатель президиума общероссийской общественной организации «Офицеры России» Антон Цветков, комментируя инициативу губернатора Камчатского края, поделился следующим мнением: «В каждом вузе вводить такую программу, я думаю, не стоит, но я давно говорю о том, что необходимо заниматься воспитательной работой среди молодежи как в школах, так и в вузах. И вот это, конечно, крайне важно. Информировать молодежь по ряду вопросов, касающихся противодействия терроризму и экстремизму, тоже нужно.

Здесь есть два варианта. Первый – когда проводятся лекции и семинары на эту тему с привлечением представителей МВД и ФСБ. Но не как отдельный предмет, а как тематические лекции и семинары. Это можно. Второе – когда проводится сквозное доведение информации по теме в процессе всего обучения в рамках других предметов, имеющих к теме косвенное отношение. Здесь возникает вопрос готовности педагогов к этой работе, их квалификации. Но всё-таки и в этом случае надо привлекать специалистов из правоохранительных структур».

Стоит отметить, что Камчатский край станет одним из первых регионов России, где программа по гражданскому противодействию терроризму будет внедрена. Первым и пока единственным вузом, где она уже работает, является Дальневосточный филиал Всероссийской академии внешней торговли Минэкономразвития РФ.

Версия для печати
Эксперты: эффект от появления губернаторов во главе реготделений ЕР будет зависеть от специфики регионов
По данным СМИ, губернаторы в ряде регионов возглавят региональные отделения «Единой России». По словам экспертов, решение вернуться к такой практике продиктовано подготовкой к выборам в Госдуму в 2021г. и необходимостью выстраивания рабочей партийной системы. Политологи считают, что в таком сотрудничестве больше заинтересована ЕР, которая сможет «привязаться к рейтингу губернаторов, тем самым стабилизировав в ряде регионов позиции партии». В то же время для губернаторов прямое ассоциирование с партией в зависимости от специфики региона может нести как плюсы, так и минусы. Среди тех, кому сделаны предложения возглавить реготделения ЕР, называют губернатора Приморского края Олега Кожемяко, главу Башкирии Радия Хабирова, губернатора Мурманской области Андрея Чибиса, губернатора Забайкальского края Александра Осипова, главу Калмыкии Бату Хасикова и губернатора Кировской области Игоря Васильева.