Экс-мэр Новгорода:  сегодня доходы не покрывают муниципальный долг, по сути, город – банкрот
2 декабря 2014

Владимир Якушев:

Чем амбициознее будут наши задачи, тем большего достигнем

Фото: t-l.ru

Губернатор Тюменской области Владимир Якушев ответил на вопросы в прямом эфире телеканала «Тюменское время». Создание инженерного центра в Тюменской области, налоговая политика в отношении малого бизнеса, строительство нового тепличного комплекса и онкоцентра – только часть тем, о которых шла речь в ходе эфира.

Корреспондент: Владимир Владимирович, предлагаю начать с вопроса, который волнует многих. Вновь заговорили о надвигающемся кризисе – доллар и евро растут, цена на нефть падает…

Якушев: Слишком много говорят. Лучше делать что-то.

Корр.: Тогда мы не будем говорить о надвигающемся кризисе. А просто спросим вас: скажите, стоит ли сегодня молодым думать о прибавлении в семье в ближайшее время. Иными словами, как в Гамлете, – рожать или не рожать – вот в чем вопрос?

Якушев: Приведу пример из собственной жизни. У нас с женой первый ребенок родился, когда мы оба были студентами. Это было в 1991 году, наверное, не самый хороший в экономическом плане период. На порядок хуже, чем та ситуация, в которой мы находимся сегодня. Но мы закончили университет, не брали никаких отпусков. Не думали о том, какой курс доллара. Когда люди начинают говорить о том, какой сегодня курс и нужно ли увеличивать состав семьи, возникает вопрос: для чего рождается ребенок, будет ли он счастлив в этой семье, в которой его сравнивают с курсом доллара? Мне кажется, эти две темы смешивать ни в коем случае нельзя. Что касается, рожать или нет, я всегда говорю: рожать. Чем моложе мама и папа, тем здоровее ребенок. А то молодежь любит затягивать, а потом наступает 30-летие и возникают всевозможные проблемы со здоровьем. Тогда увеличение семьи становится проблематичным. Если по Шекспиру, то рожать.

Корр.: Ну сейчас же многие на Запад смотрят. Сначала квартиру в ипотеку, а потом семью…

Якушев: Жизнь очень короткая штука. Дети не вписываются в эти вещи: карьера, курсы валют, экономика, кризисы. Семья и дети – это самая главная радость в жизни, не надо себя этого лишать.

Корр.: Вы в своем послании обозначили правильную цель – удвоение ВРП региона к 2020 году. Но в сложившихся в мировой и национальной экономике условиях достижение поставленной цели требует не просто мобилизации усилий, а серьезного качественного рывка. Какие сектора экономики, на ваш взгляд, могут обеспечить данный рывок, где есть необходимый потенциал?

Якушев: Сразу бы хотел сказать: обычно, как только мы ставим перед собой амбициозную задачу, а затем не можем ее решить, то начинаем находить оправдания этому. В таком случае мы никакой задачи решить не сможем. Естественно, в предвыборной кампании, когда я начал говорить об удвоении нашего ВРП, нашей экономики, скажем так, экономическая ситуация была несколько получше. Сейчас можно найти всевозможные объяснения, чтобы эту тему не муссировать и постепенно забыть про нее. Но еще раз хочу сказать: у нас огромный потенциал, накопленный резерв, у нас очень много возможностей, которые до последнего времени не так активно использовали. В таких ситуациях я всегда вспоминаю Конфуция, который сказал: тяжелая ситуация всегда открывает новые возможности. Мы еще сами не знаем, что можем сделать, каков запас прочности. Чем амбициознее мы будем ставить задачи, тем большего достигнем.

Ни в коем случае не хочу отказываться от этих планов. Напротив, сегодня региональное правительство, муниципалитеты выстраивают политику таким образом, чтобы эту задачу решить. Прорывной отраслью экономики, естественно, остается нефтедобыча. Об этом я говорил неоднократно. Это новый проект по развитию нефтедобычи в Тобольском районе. В итоге мы должны выйти на добычу, сравнимую с Уватским проектом. Еще одно направление – переработка углеводородного сырья, продолжение крупного проекта на базе Антпинского НПЗ. Продолжение масштабного проекта, который реализует СИБУР на Тобольской промышленной площадке.

Агропромышленный комплекс. Мы все время говорим, что сегодняшняя ситуация создала очень хорошие условия для развития сельского хозяйства. Это действительно так. Но при этом мы почему-то забываем про наших машиностроителей. У них открылись огромные возможности при реализации программы импортозамещения. Мы привыкли все покупать за границей, не задумываясь о том, можем ли это сделать в Российской Федерации. Мне кажется, у машиностроителей открылись возможности ничуть не меньше, чем у агропромышленного комплекса. Учитывая то, что мы находимся в условиях санкций, и нефтяникам приходится все больше прибегать к помощи отечественных машиностроителей, это шанс, которым нужно воспользоваться.

Еще одна точка роста –нефтесервис. Не нужно забывать об образовании. Вузы, техникумы, профессиональные училища – тоже точки роста. Если мы не занимаемся образованием, то как мы будем развиваться? В данный момент мы все мобилизуемся: нам нужны новые знания, новые специалисты, чтобы работать над созданием новых технологий. Мы должны задумываться о том, что еще одна точка роста – здравоохранение. Мы находимся под угрозой, что может прерваться поступление препаратов, а мы привыкли к зарубежной фармацевтике. В свое время у нас была неплохая фармацевтическая промышленность, давайте вспоминать, восстанавливать себя на мировом рынке. Это и оказание медицинских услуг, создание медицинской техники, которая вся импортная. Это все дает возможности сегодня серьезно развиваться. А если мы сядем, сделаем грустные лица и скажем, что все кончилось, жизнь остановилась, вот тогда можно не бороться, а продолжать дальше деградировать. Сегодня нужно объединиться, что мы и делаем. Мы все сплотились вокруг президента, мы – патриоты своей страны. Давайте использовать предоставленный шанс.

Корр.: Одна из обсуждаемых по всей стране тем – налоговая политика в отношении малого бизнеса. Владимир Владимирович, мы знаем вас как защитника интересов предпринимателей. В Тюменской области выстроена серьезная уникальная инвестиционная среда. Но в последнее время предпринимательское сообщество снова лихорадит – то один налог предлагают ввести, то другой. Мы можем рассчитывать на то, чтобы правила игры не менялись хотя бы несколько лет?

Якушев: Я об этом тоже неоднократно говорил. На региональном и муниципальном уровнях правила останутся неизменными. Не могу гарантировать этого на федеральном уровне. Но, думаю, что любое решение, которое будет приниматься Федерацией, будет спускаться на уровень региона. Во всяком случае, именно такая позиция сейчас. Нам предоставят право решать: устанавливать сборы или нет. Например, по единому налогу на вмененный доход мы можем 15% ставку установить, а можем 5%. Достаточно долгий промежуток у нас держится ставка 5%. Ее и оставим.

По налогу на имущество я уже объявил, что ставка в этом году будет нулевая. Потом спокойно сядем, проведем консультации. Должен быть диалог и понимание. Мы не планируем нововведений, ничего не меняется. Двигаемся в том формате, в котором двигались. Напротив, сейчас достаточно тяжелая задача стоит перед нами. Мы же очень многое наработали за последнее время, и у малого бизнеса есть много хороших проектов. В последнее время, например, мы активно развивали придорожный сервис. Трафик на федеральных трассах растет, люди оставляют приличные деньги, потому что двигаются из округов. Почему не воспользоваться. Банки как всегда заняли консервативную позицию. Мало того, что ставка возросла, кредиты сложно стало получить. С точки зрения банкира, все правильно. Я могу сказать, как бывший банкир поступил бы таким же образом.

Но сейчас я на другой стороне баррикад, мне нужно, чтобы эти проекты двигались. Государственные банки нас в этом плане не поддержали. Мы выработали решение с региональными банками, заложили областное имущество, т. е. твердый залог, до этого никогда не делали такого. Привлекли ресурсы для реализации малого бизнеса через инвестиционное агентство. Причем привлекли денег столько, насколько у нас есть готовых проектов. Все проекты, которые прошли достаточно серьезную экспертизу, получат поддержку на пять лет под 7% годовых. Это очень важно. Мы сейчас будем постоянно бороться, чтобы сохранить экономический рост. Региональная экономика ежегодно росла на 10–16%, какую-то долю вкладывал в рост малый бизнес. И если сейчас эти проекты провалятся, то экономический рост будет тормозиться. Поэтому все наши действия должны быть направлены на то, чтобы сохранить экономическое стимулирование. Поэтому малому бизнесу мы будем помогать. Не предусматриваем ухудшения.

Хотел бы обратить внимание на один момент. Я недавно заслушал доклад налоговой инспекции. По их статистике, малые предприниматели, даже которые находятся на ставке 5%, умудряются не платить налоги. Должен быть честный диалог. Если, несмотря на все сложности, мы поддерживаем малый бизнес, то и малый бизнес должен идти с открытым забралом. Если даже по такой пониженной ставке совершаются махинации с налогами, то мы должны принимать какие-то решения по таким предпринимателям. И само бизнес-сообщество не должно поддерживать таких предпринимателей. Тогда мы с вами сформируем нужный экономический климат.

Корр.: В этом году в области всерьез взялись за нарушителей закона о продаже алкогольной продукции в ночное время под эгидой кулинарий или рюмочных. Несколько дел было передано в суды и по ним приняты конкретные решения – о запрещении торговли. Но спустя некоторое время, многие точки продолжали торговать зельем как ни в чем не бывало. Есть ли способы борьбы с такими откровенными нарушителями, которым легче заплатить штраф, чем выполнить закон?

Якушев: Тот, кто задал этот вопрос, практически на него ответил. В Кодексе об административных правонарушениях размеры штрафа настолько малы, что это позволяет платить этот штраф чуть ли не каждый день. Незаконная деятельность с лихвой эти потери восполняет. Мы вышли с законодательной инициативой: усилить ответственность до ста тысяч рублей, чтобы это действительно било по карману. Мы буквально вчера проводили большое межведомственное совещание, говорили о том, что есть серьезные проблемы. Одна из них – на рынке начинает появляться очень много поддельного алкоголя. Помимо того, что это уход от налогов, это еще и здоровье наших граждан. Потребление легального алкоголя снизилось почти на 40%, но не думаю, что люди стали меньше пить. Мы можем получить ситуацию с отравлением алкоголем, который присутствует на рынке незаконно, что мы уже проходили в 1990-е, и нам бы не хотелось повторения.

В межведомственную группу входит управление внутренних дел, Роспотребнадзор, УФМС. Как показывает практика, продажей нелегального алкоголя занимаются в основном представители различных этнических группировок. Нужно сказать, что «Молодая Гвардия Единой России» занимает достаточно принципиальную позицию, ребята делают нужную работу, так как необходимо выявлять и знать, где расположены точки продажи, и привлекать органы внутренних дел. Ребята со стороны группировок подвергаются серьезным угрозам. Эту тему мы вчера на совещании тоже поднимали.

Обращаюсь к предпринимательскому сообществу: мы будем поддерживать тех, кто находится в правовом поле, в свою очередь само сообщество должно тоже реагировать и посылать сигналы, что они не поддерживают горе-предпринимателей и стоят на стороне власти. Создавая атмосферу неприятия, мы можем это зло победить. Но нужны законодательные рычаги: увеличить штрафы за административные правонарушения. Если нарушения фиксируются неоднократно, должна наступать уголовная ответственность. Здесь должны работать все инструменты, которые понудят горе-предпринимателей отказаться от незаконного бизнеса вообще, либо зайти в правовое поле.

Корр.: Председатель совета предпринимателей пос. Винзили Сивков Олег Станиславович. Будут ли предприняты меры для уменьшения отчетности для малых предприятий, а также уменьшения количества проверок «малышей» различными структурами?

Якушев: Что касается проверок, то прокуратура достаточно жестко следит за этим. Для того чтобы выйти проверять малый бизнес, если это не согласованная заранее проверка, необходимо получить специальное разрешение. Причем согласование прокуратура дает крайне неохотно. Я считаю, что эта норма на территории Тюменской области достаточно серьезно работает. Не знаю, чем занимается автор вопроса, но если он работает в правовом поле, вопросы проверок его волновать не должны.

Есть технические моменты, мы это обсуждали на совете по предпринимательству. Например, регламент, связанный с противопожарными мероприятиями, мы упростили. Что касается налоговой инспекции, то отчеты должны предоставляться, хотя вы знаете, что я выступаю ярым сторонником патентной системы, чтобы как можно больше предпринимателей подпадало под нее. Там все очень просто – купил патент и занимаешься предпринимательской деятельностью, патент сдал или вовремя не продлил – ты вне правового поля. Тогда не нужно держать никаких бухгалтерий. Мы знаем, что на федеральном уровне произошла серьезная подвижка по этому вопросу, патентная система не исчерпала своих возможностей, можно законодательство в этом плане сделать еще более соответствующим требованиям малого бизнеса.

Корр.: Известно, что в резервном списке по программе «Молодая семья» стоит около восьми тысяч семей, а программа между тем заканчивает работу в 2015 году. Могли бы вы поделиться планами в отношении этой программы?

Якушев: В этом году на программу мы потратили и потратим до конца декабря порядка полутора миллиардов рублей, на следующий год в бюджете заложено около 800 миллионов рублей. Действительно, это серьезное падение. Программа нужная, как только будут ресурсы, мы их направим на ее реализацию. Допускаю, такая возможность появится. Мы знаем, что у нас реализуется очень финансовоемкая программа по сносу аварийного жилья, признанного таковым до 1 января 2012 года. На программу направлено 10 миллиардов рублей, мы планово ее реализуем, предполагаем, что она будет завершена не к 2017-му, а к 2016 году.

Что касается поддержки молодых семей, то считаю, что это наиболее актуальная программа, правильная, поскольку молодежь – экономически активное население. Мы отдаем себе отчет, что программу надо наполнять финансами. Плюс ко всему эта программа даст нам возможность поддержать строительную отрасль. Единственное, что изменится – правительство региона не намерено выделять денежные средства для покупки жилья на вторичном рынке, а только для покупки жилья в новостройках. Нам сейчас очень важно поддерживать те программы, которые будут поддерживать экономический рост. Учитывая, что мы строим полтора миллиона квадратных метров ежегодно, мы ни в коем случае не должны опуститься ниже этой планки.

Хочу еще раз подчеркнуть, что в первую очередь мы будем выделять финансирование на те программы, которые будут поддерживать экономический рост. Этим решается две задачи: и поддержка граждан, и поддержка бизнеса. Социальные объекты мы все равно строим. Но мы можем оказывать поддержку одной строительной компании, создавая тем самым проблемы остальным, либо выделить средства гражданам, чтобы они приобретали жилье, тем самым поддерживая весь строительный бизнес. Допустим, направляя миллиард рублей на программу «Молодая семья», мы возмещаем 35 процентов стоимости жилья участникам программы. Две трети это их собственные средства. Значит, на строительный рынок поступит уже не миллиард, а три миллиарда рублей. Мое четкое убеждение, что все социальные программы должны обеспечивать экономический рост.

Корр.: Какое место занимает Тюмень в рейтинге коррупции среди российских городов, и что делается, чтобы он снизился до минимума?

Якушев: По последнему опросу «Российской газеты», Тюменская область, напротив, заняла самое последнее место по уровню коррупции. Причем опросы проводились среди предпринимательского сообщества, граждан, которые пользуются государственными и муниципальными услугами. Нужно сказать, что мы и дальше будем делать все, чтобы коррупционная составляющая была минимальной. Я тоже неоднократно об этом говорил, но напомню всем телезрителям и присутствующим в зале молодым людям об электронном правительстве. Оно помогает гражданам получать услуги в электронном виде и не входить в контакт с чиновниками. Это убивает напрочь коррупциогенный фактор. На это нацелено строительство многофункциональных центров, куда опять же человек приходит для получения муниципальной или государственной услуги в режиме одного окна. Коррупциогенная составляющая тоже отсутствует. И все, что касается вопросов, связанных с реализацией крупных проектов, мы стараемся сделать так, чтобы у нас не было коррупции. Инвестиционный бум в Тюменской области — это еще один показатель, что коррупция у нас лежит на полу. Она присутствует, конечно, я не могу говорить, что ее сегодня нет. Но она не столь заметна, как в других регионах.

«Российская газета» достаточно серьезное издание, поэтому можно ей доверять и сделать определенные выводы. Есть территории, где не могут реализоваться инвестиционные проекты в связи с тем, что высока коррупционная составляющая. Если бедного предпринимателя будут обирать в каждом кабинете, то никакого проекта он не реализует. Бывает, что напрямую требуют взятку. Она может выглядеть несколько иначе, не в виде наличных денег. Например, крупной компании, чтобы реализовать ее проект на территории, предлагают перечислить средства в некий фонд на поддержку, допустим, футбольной команды. Это не в прямом виде взятка, но предприниматель уже начинает нести расходы, не получив ничего взамен: не создав производства, не запустив его, не получив прибыли. На это у нас табу. Мы не ведем подобных переговоров. Мы можем уже потом вести диалог с бизнесом о каких-то совместных социальных проектах, когда предприятие построено и вышло на проектную мощность. Это очень важно. Потому что, к сожалению, такая практика в России присутствует.

Корр.: Люди готовы «Покупать тюменское», но зачастую цены на местную продукцию значительно выше аналогов из других регионов. И желание сэкономить в итоге побеждает. Будет ли как-то пересматриваться ценовая политика, или объясните тогда – почему высока стоимость?

Якушев: Давайте вопрос несколько перефразируем. Не почему наша продукция стоит дороже, а почему другая продукция стоит дешевле? Потому что качественную, экологически чистую продукцию, за которую производитель несет ответственность, и себестоимость которой составляет рубль, он не может продаваться за 90 копеек. Никто не задавался этим вопросом? Покупая продукты питания, с одной стороны, потребитель голосует рублем, но с другой стороны, люди должны голосовать и своим здоровьем. Питание – это в первую очередь здоровье.

Как только возникла проблема с импортными поставками, у нас заметно подросли цены на огурцы и помидоры. До последнего момента в регионе работала только одно компания на рынке – Ритза в Заводоуковском районе. Но сейчас в Тюменском районе строится тепличный комплекс на площади в 11 гектаров. Поэтому у нас появятся огурцы и помидоры. Но этого тоже будет недостаточно, чтобы покрыть потребительский спрос на них в Тюменской области, Ямало-Ненецком и Ханты-Мансийском округах. Поэтому в этом направлении мы будем наращивать объемы производства.

По молочной продукции компания «Данон» продолжает инвестиционной проект. Ялуторовский молочный комбинат достаточно серьезно модернизируется. Появляются новые интересные продукты, которые поставляются не только на тюменские прилавки, но на Ямал и в Югре. Строятся другие перерабатывающие предприятия. Последняя сельскохозяйственная выставка показала, что этот год не прошел даром, продуктовая линейка АПК значительно расширилась. Приоритет отдается экологически чистой и полезной продукции. Очень активно развивается сейчас производств сыров. По мягким сырам у нас ситуация, я считаю, очень хорошая. Мы наращиваем объемы, покрываем свои затраты. Тюменский сыр начинает появляться на полках в Ямало-Ненецком и Ханты-Мансийском автономных округах. Твердые сыры у Ишимского молочного комбината очень качественные. Я об этом сказал даже в своем послании, что мы уделяем мало внимания раскрутке сельхозпродукции. Сегодня дело сдвинулось, склады разгружаются, продукция начинает пользоваться спросом. Сама ситуация с продуктами питания открывает достаточно широкие горизонты для движения ее на новые рынки.

Корр.: Вопрос о расселении аварийного и ветхого жилья. В последние годы очень многое сделано в этом направлении, десятки семей улучшили свои жилищные условия. Но почему-то не все спешат переехать в благоустроенное жилье, а решают корыстные вопросы – хотят получить или огромную компенсацию, или больше, чем положено законом, квадратных метров. В итоге из-за таких шантажистов страдают их соседи.

Якушев: К сожалению, ситуация, о которой я неоднократно говорил, не меняется. Мы бы и переселяли быстрее, и денег меньше на это тратили, потому что пока в судах воюем, инфляция съедает определенные бюджетные средства, а те, кто стоят в очереди, могут этих денег не дождаться. Но когда очередь доходит до конкретного человека, он упорно выдавливает все до последней копейки. Хотя практика показывает, что он проигрывает все судебные инстанции. Но все равно пытается доказать, что его жилье стоит дороже, чем оценили. Мы не делаем халтурную оценку, а называем реальную стоимость жилья.

В судах мы несем огромные потери, но по другому двигаться не можем. Вот это наша гражданская позиция, наша забота о ближнем: «Я должен получить все, а что будет с тем людьми, которые после меня стоят в очереди, не очень интересует».

Долго через суды решать вопросы, но другой процедуры нет. К сожалению. Единственное, сейчас министерство, которое отвечает за программу переселения из ветхого и аварийного жилья, подготовило закон. В соответствие с ним, те люди, которые будут относиться к категории малоимущих, будут по договору социального найма или некоммерческого найма жилья переселяться только тогда, когда они откажутся от собственности на свое жилье. Это даст возможность более оперативно продвигаться. Но как показывает практика, люди, которые выжимают последние деньги, это люди не относящиеся к категории малоимущих. Они, как правило, давно в этом жилье не живут. Это просто законная возможность получить определенные деньги из бюджета, поэтому мы и обращаемся в суд. Нам это мешает, но самое главное, страдает большое количество людей, которым сегодня мы могли бы улучшить жилищные условия гораздо быстрее.

Корр.: Тема подготовки кадров из разряда вечных. В послании вы сказали, что мечтаете превратить Тюмень в инженерный центр России. Не скрою, цель очень амбициозная. Но насколько она выполнимая? Ведь чтобы выращивать инженеров, вначале необходимо вырастить тех, кто их будет готовить. Сегодня для обычной школы сложно найти талантливых педагогов. Где будем брать учителей физики, математики, биологии?

Якушев: Возвращаясь к вопросу, с которого мы начали: если изначально говорить, что это нельзя делать и не получиться, то лучше этого и не делать. В свое время в Новосибирске строили академический городок и ставили амбициозные задачи. Что это будет центр науки, никто в это не верил. Прошли годы, и мы прекрасно видим, что вся радиоэлектроника, вся высокотехнологичная промышленность сосредоточена в Новосибирске. Потому что там существует академгородок, масса школ, где готовят талантливых ребят. Поэтому задачу сделать из Тюмени инженерный центр нужно ставить перед собой.

Если говорить о педагогическом сообществе области, то я не могу понять. Кто запустил мысль, что учителя не талантливы? Кто так думает, посмотрите статистику, сколько за последнее время учителей из Тюменской области получили президентские гранты, сколько педагогов успешно выступили на всероссийском конкурсе «Учитель года» и сколько выигрывали его.

В регионе качественный педагогический состав. Самое главное этот ресурс надо собрать и правильно организовать, направить в нужное русло. У нас есть все возможности талантливых ребят готовить, а затем продолжить их обучение в высшей Политехнической школе. А после эти ребята должны работать на региональную экономику. Тогда у нас появятся совершенно иные технологии, иные разработки, то, чего нам на данном этапе не хватает. Кстати, с инженерами, работающими в нефтесервисе, у нас все очень хорошо. Много толковых людей. Просто эту систему нужно собрать и заставить работать на то, чтобы такие люди появлялись в геометрической прогрессии.

Смотрите по количеству молодых людей, которых мы набираем в вузы на инженерные специальности: в 2013 году – 38%, остальные – гуманитарные науки. В 2015 году их будет уже 53%. Мы переходим психологический барьер, когда начинаем брать на инженерные специальности уже большую часть молодых людей. Это не простая работа, она требует усилий большого количества людей, работающих в разных направлениях. Поверьте, у нас все получится.

Корр.: А сможет ли, к примеру, сельский школьник рассчитывать на поступление в физико-математическую школу, которая откроется в Тюмени в 2015 году?

Якушев: Технология такая. В 2015 году мы такую школу создаем. Наиболее талантливых ребят отбираем, в первую очередь из областного центра. Школа начинает работать. Те талантливые ребята, которые обучаются в том числе и у вас, будут иметь возможность учиться дистанционно. Средства связи позволяют нам это делать: проводить определенные лекции, занятия, давать задания, которые вы со своими учениками будете выполнять. Затем мы планируем построить интернат. Это займет некоторое время. Но это не мешает уже сегодня работать в дистанционном формате.

Естественно, потом будет проведение круглых столов, совместных презентаций, мозговых штурмов. На базе этой школы обязательно должно проводиться обучение ребят из других муниципалитетов. У нас уже есть задумки, как мы будем это делать. Конечно, должен быть единый кампус, чтобы ребята постоянно находились в этой атмосфере. Я уже неоднократно говорил, что у талантливых ребят, как правило, очень своеобразное поведение. В простонародье их называют ботаниками. Но это очень талантливые люди, их надо беречь. Поэтому им нужно создать хорошие, комфортные условия. Потому что, как мы, наверное, привыкли говорить: когда они учатся в одном классе с хулиганами, не всегда это идет на пользу таким ребятам. Поэтому мы должны их холить и лелеять, создавать им все условия, чтобы их таланты максимально раскрывались. Только талантливые люди двигают мир. Мы понимаем, что если бы в свое время не было талантливых ребят, инженеров, не появился бы Интернет, Скайп, и все то, что пришло в нашу жизнь. Это делали как раз такие люди. И мы должны сегодня отношение к этому менять.

Еще раз говорю, что в первую очередь мы должны формировать к этому правильное отношение, двигаться по этой программе. Но при всем при этом все жители региона должны стать участниками процесса и понимать, что все вместе мы должны такую школу создать. В физико-математическую школу нужно вкладывать широкий смысл. Почему в Голышманово не может появиться такая прекрасная школа? Молодой учитель, увлеченный своей профессией, имеет хороших учеников. Что мешает там создать аналогичный центр? Ничего не мешает. Ребятам создать условия, чтобы они имели возможность куда-то выезжать, что-то смотреть, расширять кругозор, постоянно находиться в этом процессе. И звездочки появятся и в Голышманово без всяких проблем. Да они наверняка уже есть, правильно я говорю?

А если мы будем ждать, пока появится кампус, стены, время уйдет. Ничего не мешает сегодня это все продвигать и создавать в каждом муниципалитете. И именно этим департамент образования и науки и будет заниматься. Мы будем отрабатывать методики дистанционного обучения особенно с молодыми учителями физики и математики. Эти преподаватели обязательно должны владеть английским языком, и мы отдаем себе отчет, что таких условий в Голышманово меньше, чем в Тюмени. Тем не менее, мы должны создать в Голышманово такие условия, чтобы ребята, владея языком, могли принимать участие в каких-то мероприятиях за пределами России, читать литературу иностранных авторов, ученых в оригиналах, и так далее. Вот это все не мешает нам сегодня развиваться, создавая в общеобразовательных школах такие центры вокруг талантливых учителей. Только у талантливых учителей могут появиться талантливые физики и математики. Поэтому вокруг таких преподавателей нужно создавать инфраструктуру. И именно она и будет основой физико-математической школы.

Корр.: В вашем послании одной из главных тем стало создание инженерного центра в Тюменской области. Какие механизмы будут применены, чтобы такой центр появился?

Якушев: В первую очередь, речь шла об укреплении политехнической школы. На самом деле она есть сегодня в Тюмени. И у многих опять создалось впечатление, что это некий объект, здание с соответствующей вывеской. Но речь идет о политехнической школе в широком смысле. Потому что физики, математики, из которых потом вырастают инженеры, у нас готовятся и в ТюмГУ, и в ТюмГНГУ, и в строительном университете. Эти вузы как раз и должны поднять на совершенно иной уровень вывести нашу политехническую школу. А это огромная работа, которая, опять же, связана и с преподавательским составом, с изменением требований к студентам. Поэтому все вузы будут принимать в этом самое непосредственное участие. У ТюмГНГУ уже есть действующий проект – «Формула нефтегаз». Но таких проектов должно быть не один и не два. Думаю, они должны исчисляться сотнями. Тогда наши вузы и станут такими центрами. Тогда ребята, помимо получения теоретических знаний, будут иметь огромный практический опыт, приходя работать на производство. В этом смысл.

Корр.: По данным Министерства здравоохранения России, федеральная национальная онкологическая программа в 2015 году продолжена не будет. Как отразится это решение на качестве оказания онкологической помощи в регионе и будет ли построен главный корпус онкодиспансера?

Якушев: Я, честно говоря, о таком решении не слышал. Независимо от того, будет федеральная программа действовать или нет, все, что касается онкологии, как развивалось, так и будет развиваться в Тюменской области. К сожалению, это страшное заболевание все больше поражает людей. Мы должны сделать все для того, чтобы люди имели возможность с этим злом бороться, так как если болезнь обнаружена на ранних стадиях, то человека можно спасти, а если это уже запущенная болезнь, то исход, к сожалению, летальный. Мы ни в коем случае по этим направлениям останавливаться не будем.

Строительство третьей очереди нашего онкоцентра. К сожалению, но это не связано с санкциями, мы прошли большой путь с одной из австрийских компаний. Мы хотели, чтобы австрийцы не просто поставили нам оборудование, но и взяли клинику в управление. Они, мягко говоря, очень долго протянули с этим вопросом, и мы потеряли очень много времени в переговорах с ними. Потому что сначала заверили, потом аккуратно с этой темы соскочили. Я уже сказал о том, что это высокотехнологичный центр. И мы себе прекрасно отдаем отчет в том, что сегодня у нас есть примеры в России, когда построены огромные центры, но они не работают в силу ряда причин. Во-первых, были построены с нарушениями, во-вторых, технологические вопросы не были отработаны, как и вопросы логистики: куда поступает пациент, где он потом диагностируется и проходит лечение. Ну и, главное – кадры. Здание есть, а врачей нет.

Мы хотим создать такую клинику, чтобы она управлялась профессиональной компанией. Это моя принципиальная позиция, и мои коллеги по правительству меня поддерживают. Чтобы не получилось так, что мы построили очередной пустой медицинский объект. Этого делать нельзя.

Мы не теряли времени даром, шлифовали проект. Сегодня понимаем, какое оборудование там необходимо, какие специалисты нам нужны, и в принципе уже работаем над тем, чтобы в перспективе специалисты у нас появились. Кадры решают все, в этом направлении мы двигаемся.

От этого проекта мы не отказались. Хотя финансирование там было 8 млрд рублей. Чуть больше половины суммы – оборудование. Учитывая, что это высокотехнологичное оборудование, которое производится за рубежом, на 30% оно подорожало. Тем не менее, проект нужен. Я говорил и снова повторю, что мы его построим, только выстроим все еще более грамотно, чтобы избежать ошибок, чтобы это была работающая клиника. И с первого дня, как только она будет запущена, там полноценно могли бы получать помощь пациенты. Чтобы не тренировались на живых людях. Как бы жестко это не звучало, тем не менее, такие примеры тоже есть. А чтобы там работали профессионалы, которые способны качественно оказать высокотехнологичную помощь.

Поэтому от проекта мы не отказались, удорожание нас не напугало, у нас есть несколько финансовых механизмов, по которым мы планируем двигаться. На проект мы однозначно будем выходить, и, думаю, что эта пауза даст нам возможность еще более жестко подойти к реализации проекту, оценить его и избежать определенных рисков.

Корр.: С 2015 года каждый тюменец будет платить за капитальный ремонт своей многоэтажки. Мы считаем принятый по этому поводу закон не продуманным и не справедливым. Разве можно эффективно накапливать деньги на ремонт в течение многих лет при такой большой инфляции? Кроме того, отдавая свои деньги на капремонт, жители многоэтажных домов не смогут ими свободно распоряжаться, так как нужно доказывать кому-то, что эти деньги необходимы на ремонт домов не через 20 лет, а сейчас, заказывать за свой счет техническую экспертизу, нанимать юриста и так далее. Кроме того, закон ставит в неравные условия жителей многоэтажек и индивидуальных домов. И, собственно, сам вопрос: что могут сделать власти области и города, чтобы ошибки федеральных законодателей не повредили интересам тюменцев?

Якушев: Давайте сначала разберемся, ошибки это или не ошибки. Это с вашей точки зрения. Практика показала, что мы столько лет пытались стать собственниками и столько лет говорили об этом, что внесли изменения в Жилищный кодекс. Вроде должны управлять своим жильем, его ремонтировать, нанимать управляющие компании. И что в результате получилось? Собственники оказались не готовы выполнять это. Даже когда приходили компании, которые проводили ремонт за бюджетные деньги, жильцы не соизволили собрать собрание, чтобы те работы, которые проводятся на доме, проконтролировать. Ничего не получилось из этого всего. Эти решения приняты не зря. Знаете, как будет решаться вопрос в противном случае? Люди придут на площадь к зданию правительства с плакатами и будут требовать провести ремонт, потому что это будет угрожать их жизни. А это сотни миллиардов рублей. Поэтому давайте коллеги подходить к этому вопросу не с точки зрения того, что «мне сегодня хорошо, и трава не расти». Эта ментальность отличает нас от тех же немцев. Буквально недавно общался с одним немцем, он работает в России, у него здесь достаточно приличный бизнес. Я ему говорю: «Слушай, ты же вполне можешь перейти сюда, у вас сегодня не работает закон о двойном налогообложении, платить у нас всего 13 процентов». Он там платит 58 процентов подоходного налога. Он говорит: «Нет, я хочу, чтобы мои дети ездили по хорошим дорогам, я хочу, чтобы у нас работал общественный транспорт, чтобы развивалась медицина». Понимаете? В этом наша ментальность.

Нельзя жить одним днем, мы должны создавать условия, чтобы эти процессы в данный момент в достаточно мягком формате, так сказать, двигались. Поэтому закон и предполагает на сегодняшний день создание фонда, потому что все это оказалось темой не разрешимой и в конечном итоге опять прилетело все к власти. Будет образован фонд, будут взиматься взносы в него, будет выстроена программа очередности, разработаны требования к каждому конкретному дому. И из этого фонда будет софинансирование, потому что бюджет еще и деньги налогоплательщиков будет туда направлять на ремонт.

Мы как-то все время с вами забываем, что мы еще и налогоплательщики, так ведь. Мы платим налоги. То есть мы еще и налогами с этим фондом поделимся. У нас же не только нефтегазовые компании платят, хотя большую часть налогов платят они. Но и мы как физические лица. Вот здесь четко должны быть расставлены приоритеты. Когда мы говорим о том, что эта процедура не правильная, я не хочу сдавать в фонд деньги, потому что только заехала в дом. А когда придет проблема, я открою кошелек и дам денег ровно столько, сколько нужно. Не работает эта схема, не работает.

Я с 2005 года, будучи еще главой администрации Тюмени, очень плотно этой темой занимался. Мы тогда проводили собрания, агитировали людей, создавали ТСЖ, управляющие компании, все рассчитывали на то, что люди будут относиться к своему жилью, как собственники. Не получается. Чуть что – где власть? Дайте денег. Вот балкон в Рощино упал, наверное, они тоже как собственники должны были наблюдать за своим домом. Скинуться, нанять компанию, провести обследование, сделать ремонт. Никто ничего не сделал. Аварийная ситуация, теперь муниципалитет из резервного фонда должен выделять деньги. Деньги налогоплательщиков, те деньги, которые были заложены на благоустройство Тюмени. Вы же хотите ездить по хорошим дорогам! Вот эти деньги сейчас пойдут туда. И мы что-то не доделаем, что-то не достроим. Поэтому мы хотим, чтобы сегодня реально у нас эта программа двигалась и ремонтировались многоквартирные дома еще с хрущевских и брежневских времен.

Я вообще удивляюсь, как хорошо тогда строили, сколько дома стоят. По идее они повалиться должны были еще 10 лет назад. И вообще для России будет катастрофа, если мы не предпримем каких-то кардинальных мер. Могут произойти достаточно серьезные катастрофы, об этом надо постоянно говорить. А сегодня люди, которые только что приобрели жилье, не задумываются о ремонте. О том, зачем они будут платить в этот фонд. Поэтому у нас и не работают многие системы, например, страхования жилья. Мы же тоже не хотим платить деньги, чтобы потом, когда возникнет аварийная ситуация, была страховка. Ею можно было бы воспользоваться. Мы постоянно ожидаем и находимся в режиме ожидания того, что если такая ситуация произойдет, то государство помощь окажет. Но у нас нет столько денег, чтобы выложить в один момент.

Давайте мы все-таки будем менять нашу ментальность, смотреть вперед. Да, сегодня я дополнительно по квитанции буду платить 200–300 рублей, но программа капремонта будет работать. Это необходимо делать, и практика показала, что другого выхода у нас нет. Сами граждане не готовы управлять этой ситуацией. Поэтому нужно было принимать кардинальное решение. И федеральное правительство решение приняло. В процессе работы мы будем смотреть на ошибки, которые есть, буем шлифовать закон, менять наши подходы, но в целом в этом направлении нужно двигаться. Других вариантов я просто не вижу.

И еще один момент – никто не отменял норму, что граждане, которые платят более 22 процентов за услуги ЖКХ от собственного дохода, получают субсидию из бюджета. Этот механизм будет работать. Поэтому призываю не раздувать тему, не агитировать за отмену закона. Давайте заботиться о наших детях и внуках, и не жить одним днем.

По материалам Тюменской линии

Версия для печати