Глава Тувы:  земляки обеспокоены новостью о том, что на территорию Тувы упали обломки космического корабля «Прогресс»
1 июня 2011 | Архив

Политологи – о проблемах и будущем Дальнего Востока

Эксперты прокомментировали «Клубу Регионов» заявление президента РФ Дмитрия Медведева о том, что в некоторых регионах Дальнего Востока удалось приостановить отток населения, но не во всех. «Надо закреплять людей. Создавать новые рабочие места, создавать новые точки роста, бизнес развивать, платить нормальные деньги. Только в этом случае молодежь будет оставаться», – подчеркнул президент на пресс-конференции в Сколково. Также Медведев добавил, что «нужна ответственная политика – и федеральная, и региональная», поэтому продолжится финансирование федеральных программ по ДФО.

Петр Ханас, политолог, директор Дальневосточного консалтингового центра:

«Я бы сказал, президент наконец-то начинает что-то понимать в Дальнем Востоке, не зря он посетил все регионы ДФО. Основная причина оттока – уровень заработной платы. Экономическая обеспеченность населения здесь в разы ниже, чем на западе России, а цены на транспорт, ЖКХ, электроэнергию – в разы выше. Медведев сказал, что нужно поднимать заработную плату: это подчеркивает его понимание. Но в силу формата общения с журналистами Дмитрий Медведев не раскрыл всех проблем. Конечно, надо создавать условия и возможности. Чем хороша Москва и Петербург по отношению к Хабаровску или Владивостоку? Там возможностей в 10 раз больше, и люди туда едут, зная, что эти возможности могут там реализовать.

Офисный работник в Москве получает 60 тыс. рублей, у нас – 10-15. Там что – нефть? Да, там вся банковская система, но это все искусственно создаваемые причины. Здесь крупный бизнес, который вписался в полукриминальную, полукоррумпированную структуру местных отношений, получает колоссальные доходы, больше, чем на западе. А работники получают копейки. Основные бизнес-структуры контролируются Москвой. Открывая здесь региональное представительство, местным рабочим считают нормальным платить копейки, дескать, у вас здесь и так все плохо.

Чтобы развивать Дальний Восток, надо создавать не только равные с западом условия, а привилегированные условия. Здесь сложнее все, труднее сделать. Государственная программа должна поддерживать, собственно, развитие и брендирование территорий, создание особых имиджевых зон с особыми экономическими условиями, налогообложением. Желание должно исходить от органов госвласти, потом подключаются специалисты. Если есть программы, то специалисты найдутся. На западе страны создаются бренды городов – и увеличивается в разы приток инвестиций.

В ближайшие пару лет мы сохраним стабильность, отток не будет увеличиваться, но после проведения форума АТЭС, если не будут представлены инвестиционно привлекательные проекты, то Дальний Восток будет и дальше загибаться. Я знаю людей с научными степенями, профессионалы, но они теряют надежду – нет смысла тратить свою жизнь на то, чтобы тебя унижали финансово. И социально.

В других дальневосточных регионах тоже есть инвестиционные проекты. И новый губернатор Камчатки пытается их реализовать, но это тяжело будет проходить, потому что Камчатка – депрессивный регион и протестный регион. Там не могут создать нормальные условия для людей. Безусловно, сейчас на территории всей РФ – демографическая яма. Подходит поколение 90-х. Сказать, что все критично, нельзя, пути выхода есть – у Центра появилось понимание существующей проблемы, он повернулся на Дальний Восток и стал по-иному рассматривать проблему Дальнего Востока. Как правильно сказал Медведев: модернизация не просто развитие поступательно. Должны быть качественные изменения. Так вот, после понимания наступает момент качественных изменений».

Илдус Ярулин, доктор политических наук, профессор кафедры социологии и политологии Тихоокеанского госуниверситета:

«Проблема есть, она никем не решена. Может быть, самая благоприятная ситуация в Хабаровском крае: сюда идет отток с севера. Если не будет населения, никаких проблем здесь мы не решим. Но непонятна ситуация: а сколько нужно населения? 6 млн. человек есть – и сколько нужно? Что мы будем развивать? Вот есть транспортный коридор – что с ним делать, что будем осваивать? Если ли здесь крупные предприятия?

Роль Дальнего Востока в экономике России не определена. Полпред Виктор Ишаев говорит: только 4% промышленной продукции мы отправляем в Россию. Всего-то 4%. Что сделать с этим? Мы будем что-то развивать здесь? Или останемся сырьевым придатком? Если мы решим принципиальный вопрос и заработают длинные деньги, действительно запустим промышленность – тогда рабочие руки здесь нужны, но нет понимания, сколько их здесь нужно. Да, говорят, нужны инженеры, но какие? Заявки для вузов мы в состоянии обеспечить? Встают проблемы качества. Проблема на острове Русском – уезжают квалифицированные турки, вместо них появляются низко квалифицированные узбеки, таджики, китайцы.

Промышленность здесь никто не развивает, я не вижу серьезных вложений, длинные деньги здесь зачастую не срабатывают. Если развиваем отношения с Китаем, то Китай ввозит свою рабочую силу, платит ей соответственно, не решая вопрос «социалки».

Нужна четкая госпрограмма – что Дальний Восток делает и куда он идет. Если предполагается своя промышленность, что мы будем производить? Сборочным цехом, как Китай, российский Дальний Восток быть не может – это влетит в копеечку. Неконкурентной будет продукция. Хотя есть что развивать, говорят, например, о Северном морском пути – нужны суда, инфраструктура, которая будет обслуживать эти суда. Давайте развивать что есть, что необходимо, учитывая географические особенности. Строить крупные металлургические заводы – для кого?

Есть определенный позитивный вариант, что длинные деньги начнут работать. Вкладывают денег сюда очень много, а отдача может быть нескоро, но инвестиции идут, сюда идет крупный частный капитал. Никто почему-то не говорит о Павле Масловском, а деньги он вкладывает колоссальные в Амурскую область и ЕАО. Или космодром «Восточный» начнет работать. Но пока это все четко не очерчено. Нужна программа, действительно комплексная, долгосрочная.

Не сформулирован государственный интерес на Дальнем Востоке – земля «нашеская» – ни пяди! И что с ней делать – хранить выжженную землю? А у нас есть вода, энергия, пахотные земли. В Москве, думаю, это понимают, но никто не хочет этим заниматься. Вот уперлись в саммит – а после него что? Там нужно показать, что есть госпрограмма, есть четкие правила игры, которые меняться не будут. Нужно решить проблему закрепления. Народа хватает здесь, его бы использовать. А будет развитие, будут созданы условия, когда мы сможем показать, что здесь можно работать и зарабатывать, – люди сюда сами поедут».

Леонид Бляхер, председатель хабаровского филиала Всероссийского политологического общества:

«Проблема к нулевым годам была решена – отток с Дальнего Востока прекратился. Изменилось вот что – были спутаны два параметра: регион как ресурсная база и его освоение извне и развитие экономики региона. Практически на сегодня реализуется «моделька»: ресурсы на Дальнем Востоке есть, и их надо брать, но при этом к экономике Дальнего Востока эти вложения не имеют отношения, это качественно другие вложения. То есть колониальная модель экономики. И при этом именно эти направления – добычи ископаемых и биоресурсов – пользуются господдержкой, и дальневосточный бизнес благополучно накрылся, регионы стали регионами-реципиентами. А люди убедились, что жить становится не веселее. Стабильно естественная, стабильно дальневосточная реакция на проблемы – exit. Инновация последних лет: если раньше уезжали на запад, то теперь еще и на восток. Точнее – на юг. Географически – в Китай, то есть не просто из региона, но еще из России. Остановить потоки в силу инерционности любого социально-экономического процесса мгновенно нельзя.

До 2000г. экономика региона не была иждивенческой, а была с большим плюсом. Если просто будем брать не ВВП – он мифический, а количество потребленных услуг, количество денег, потраченных населением, то с удивлением увидим, что 1998-99 и 2011гг. Дальний Восток в большом плюсе. Как восстановить этот плюс? Совершенно тривиально: то, что делал Китай, – открытая экономика. В КНР энергетический кризис, там веерные отключения – у нас есть энергетика. Китай нуждается в угле, фантастически нуждается – откройте! Очень активно покупается русский лес – он самый дешевый в регионе. Все очень просто – достаточно чуть-чуть изменить условия игры, приняв во внимание региональные особенности. Причем не только Дальнего Востока – каждый крупный регион обладает специфическими чертами. Страна у нас – федерация. И нет ничего страшного и катастрофического, если особенности регионов будут учтены.

Естественно, если это будет только инициатива губернатора, он долго не просидит. Если только федерального центра, то ее – инициативу – постигнет участь всех федеральных проектов в регионах. Там наверху проблему не понимают. По многим причинам. Или понимают так, как это неинтересно жителям региона. В силу этого можно говорить о пессимистичном прогнозе. Если говорить о том, что может быть сделано, – условия в регионе фантастические. Такой ресурсной базы нет нигде в мире, не то что в России. Когда ресурсы становятся главным козырем нацэкономик – это кладезь. Основания для оптимизма есть более чем. Когда говорят, что мало населения, не так это: на ресурсную эксплуатацию хватит! На индустриальное производство – нет».

Версия для печати
Главное