Минздрав Якутии:  с отравлением госпитализированы 20 воспитанников интерната
15 апреля 2014

Говорим федерализация, подразумеваем…

Чего хотят восставшие жители Донбасса?

Фото: cogita.ru

Активистов русского сопротивления на Юго-Востоке Украины лояльные СМИ называют сторонниками федерализации, однако невозможно понять, зачем им вообще украинское государство – унитарное или федеративное – если при штурме административных зданий они первым делом сбрасывают жовто-блакитный флаг на землю.

Кто бы мог подумать, что символом Русской Весны на востоке Украины станет не полуторамиллионный Харьков (где против майдана выступали еще зимой), не Донецк и даже не Луганск, а стотысячный райцентр Славянск. В историю этот город вошел (а он уже вошел в историю) во многом благодаря пресловутой неадекватности киевской хунты. Почему-то именно Славянск решили показательно раздавить с помощью авиации, бронетехники и спецподразделений СБУ. Ставший крепостью город устоял благодаря мужеству его защитников-ополченцев и, в неменьшей степени, из-за полной недееспособности режима Турчинова-Яценюка. Даже карательную функцию эффективно выполнять хунта не может.

Бестолковый штурм Славянска (отчего он не становится менее преступным) только сплотил противников новой украинской власти и запустил цепную реакцию. Один за другим города Донбасса переходят в руки повстанцев. Почти везде милиция не противодействует захвату административных зданий и все чаще принимает сторону народа. Первым делом штурмующие снимают с флагштока державный прапор и водружают на его место российский триколор или флаг Донецкой республики. В Горловке, где к отделу милиции пришли не «вежливые люди» из ополчения, а безоружная толпа, в борьбе за знамя даже пострадал активист: с высоты второго этажа его сбросил милицейский начальник, который сам был увезен на скорой после того, как штурмующие все же ворвались в здание.

Жовто-блакитный флаг, которым так дорожат укропатриоты, исключительно непопулярен в русских областях Украины. Российский триколор не вызывает в Харькове и Донецке такого неподдельного массового восторга, как в Крыму, но все же именно он, наряду с черно-сине-красным флагом Донецкой республики, сегодня самый популярный атрибут государственности (какой угодно, только не украинской) на территориях, охваченных восстанием. Что касается георгиевской ленточки – общепризнанного символа русского сопротивления – то она вообще вне конкуренции. За нее не то что во Львове, в Киеве могут убить, а в Луганске, Славянске и Донецке за нее готовы умирать. Переходя на сторону восставших, милиционеры повязывают на правый погон георгиевскую ленту, после чего никто не сомневается в их лояльности народной власти. В Запорожье пророссийские активисты восемь часов подряд держались, окруженные толпой завезенных из Днепропетровска «правосеков», избиваемые битами и забрасываемые яйцами и петардами, вынесли все унижения, но не сняли черно-оранжевые ленточки.

Всех этих жителей Украины, разными способами, но одинаково наглядно отвергающих украинскую государственность, лояльные повстанцам СМИ называют сторонниками федерализации. Промайданная пресса вооруженных ополченцев клеймит террористами, а всех вообще противников хунты – пророссийскими сепаратистами. Насчет действующих в восточных областях «террористов» и «разведывательно-диверсионных групп ГРУ Генштаба ВС РФ» все понятно – большинство украинских СМИ сегодня являются средствами массовой дезинформации. Но что касается сепаратизма, тут «укрогеббельс», как ни странно, не врет.

Если называть вещи своими именами, то люди, провозгласившие Донецкую (Харьковскую, Луганскую) республику, – самые настоящие сепаратисты. Можно, конечно, вслед за российскими государственными СМИ называть их сторонниками федерализации, да и сами они себя так порой называют, но гораздо чаще противники киевских властей просто требуют референдума. «По вопросу федерализации», - подсказывают нам опять телеканалы и сайты, твердо следующие линии партии и правительства. Однако этот термин, как известно, означает переход к федеративному устройству. В условиях, когда власть в стране принадлежит радикальным украинизаторам, отказ от унитарной модели по идее должен обеспечить права русского и русскоязычного населения, сохранив при этом единство Украины. И даже самопровозглашенные республики Юго-Востока можно втиснуть в федеративное государство, при условии подписания договора о разграничении полномочий, например.

Только вот жители Донбасса, пополняющие ряды ополчения и штурмующие административные здания, не воспринимают расположенный западнее «Бандеростан» ни в каком виде – ни в унитарном, ни в федеративном. Еще раз: жовто-блакитный флаг немедленно летит на землю, как только русский повстанец забирается на крышу здания местного горсовета, управления СБУ, отдела милиции. В Донецке, Харькове, Луганске, даже в Одессе людей тошнит от рожденного на майдане государства. И дело совсем не в языках, хотя новые власти до сих пор отказываются признавать русский вторым государственным. Главное, что добрая половина страны, несмотря на 23 года «независимости», по-прежнему считает День Победы своим главным праздником и никогда не будет поклоняться Мазепе, Бандере и Шухевичу – героям другой половины Украины. И дело не только в одиозных исторических персонажах, но и в творимой на наших глазах истории, которая неумолимо разводит русских и свидомых украинцев (или украинизированных русских) по разные стороны бытия. «За онтологические доводы здесь будем сражаться до последнего», - говорит безымянный повстанец в балаклаве, философствуя в ожидании новой атаки на Славянск.

Провалив первый штурм, хунта продолжает безумную «антитеррористическую операцию», вероятно, с одобрения директора ЦРУ Джона Бреннана, посетившего Киев на выходных. Вместе с тем «президент» Турчинов пытается примитивно обмануть восставшие регионы, обещая им возможность проведения всеукраинского референдума о федерализации, совмещенного с президентскими выборами. На самом деле новый режим категорически против федеративного устройства и даже не скрывает этого. Причина очевидна: хунта воспринимает страну только как Украину_не_Россию, а отказ от унитарного устройства означал бы отказ от планов насильственной украинизации Юго-Востока.

Донбасс и другие русские регионы, напротив, хотят навсегда избавиться от навязываемого им украинства, сохранив свою идентичность. Для этого, как думают многие, надо провести референдумы о самоопределении территорий, подразумевая, что после подведения итогов голосования можно будет благополучно забыть нелепую мову и учить детей по нормальным, а не русофобским учебникам, смотреть российское телевидение, а не укропропаганду. Этот желанный образ жизни, который каждый, разумеется, представляет в деталях по-своему, связывают с понятием «федерализация». Юридически она возможна, конечно, только в рамках украинского государства, иначе это уже не федерализация. По сути же речь идет о государственном суверенитете новых республик – Донецкой, Луганской и Харьковской. Первые две уже фактически отстояли свою независимость, осталось только закрепить ее. Не исключено, что отделиться от Киева пожелает весь Юго-Восток, включая Одессу. В русских регионах есть немало сторонников воссоединения с Россией по крымскому образцу. И этот вопрос может быть вынесен на референдум.

Другими словами, Юго-Восток хочет жить под любым флагом, кроме украинского. В этих условиях говорить о федерализации означает подменять понятия. В то время как простые ополченцы с оружием в руках борются за свою свободу от хунты и бандеровщины, политические шулеры от Рината Ахметова до Кэтрин Эштон подсовывают восставшему народу федерализацию вместо независимости. Вариант слива протеста через обещание референдума об автономии русских регионов, похоже, устраивает и Москву. Возвращать в состав России, вслед за Крымом, еще и Новороссию в Кремле, судя по всему, не готовы – слишком уж велики могут быть издержки.

Спасти русское сопротивление от гибельной ошибки может, как ни странно, только гибельная ошибка киевских эсэсовцев. Если они решатся на новый штурм Славянска или, тем более, попытаются зачистить весь Донбасс, обещания общеукраинского референдума о федерализации и даже более конкретные уступки вряд ли уже будут кому-нибудь интересны: Юго-Восток отделится явочным порядком. Впрочем, и слив протеста не поможет избежать раскола страны по диагонали, только отсрочит его. В унитарном ли, в федеративном государстве – русские долго не уживутся с русофобами, слишком разные у них «онтологические доводы».

Николай Кузнецов

Версия для печати