Эксперт:  с таким подходом Миронову надо быть не губернатором, а мэром Ярославля
7 декабря 2015

Александр Карлин:

Всех, кто приезжает на Алтай, мы называем друзьями

Фото: altairegion22.ru

О социальном развитии региона, о приоритетных отраслях экономики, о бюджетной политике в Алтайском крае – в интервью губернатора Александра Карлина телеканалу «ВМЕСТЕ-РФ».

– Мы активно работаем по проекту бюджета Алтайского края на 2016 год. По примеру федерального правительства – причины вам понятны – и мы также перешли на годичный формат бюджетного процесса. Семь последних лет мы работали в трехлетнем формате, принимали бюджет на три ближайших года, при этом на самый ближний период бюджет достаточно детально прописывался, а на последующие второй и третий годы прописывались основные параметры. Сегодняшняя макроэкономическая ситуация такова, что мы должны очень детально поработать над проектом бюджета на период 2016 года, а дальше уже строить бюджетный процесс применительно к тому, как будет складываться экономическая ситуация и в регионе, и в стране, и, конечно же, в мире – мы тоже от этого зависим.

– Что касается дефицита бюджета. Он существует в вашем проекте?

– Мы в проект бюджета заложили дефицит. Дело в том, что наш регион не сырьевой. Мы не имеем месторождений ни нефти, ни газа, ни угля, ни даже алмазов, и леса у нас, хотя мы в Сибири, но для производства деловой древесины ресурсов не так много. Я повторяю, что наши недра в Алтайском крае богаты, но глубина залегания богатств не очень большая – максимум до полуметра. Наше богатство называется пашней, 6,5 млн гектаров, каждый десятый гектар российской пашни в Алтайском крае, и 1% мировых запасов пашни находится у нас. И поэтому наш приоритет – сельское хозяйство, пищевая, перерабатывающая промышленности. Но, к сожалению, эти отрасли мало приносят доходов в бюджетную систему, и отсюда возможности для роста параметров бюджета небольшие, хотя мы на протяжении целого ряда лет, десятилетнего периода, стабильно прирастали объемами собственных доходов бюджета.

– При этом Алтайский край выполняет все соцобязательства, которые берет на себя бюджет.

– Для нас это абсолютный императив, мы сегодня в том проекте бюджета, который внесли в региональный парламент, на социальные цели предусматриваем 71% в общей структуре расходов. Но есть пределы нагрузки на бюджет, потому что мы должны все же определенное количество средств транслировать на поддержку региональной экономики – без этого нельзя. Мы поддерживаем из собственного бюджета даже то же сельское хозяйство, мы должны сохранять инвестиционную составляющую – без этого невозможно, –мы должны строить новые объекты инфраструктуры, социальной сферы. Поэтому бюджет спроектирован таким напряженным. За время моей работы это 11-й по счету бюджет. Ни один до этого проект закона о бюджете не был таким напряженным, как тот, который сегодня рассматривается в нашем парламенте.

– Давайте тогда вернемся к приоритетной сфере – сельскому хозяйству. По оперативным данным на сегодня, общий объем господдержки, перечисленной хозяйствам и районам Алтайского края на социальное развитие, приблизился к 5,6 млрд руб. Эта сфера остается приоритетной? И что еще надо сделать для того, чтобы увеличить производство и рентабельность продукции выпускаемой?

– Это не только на социальное развитие, 5,6 млрд из федерального и регионального бюджетов – это совокупная цифра. Это на поддержку собственно сельхозтоваропроизводителей, то есть на поддержку аграрного бизнеса, и в эту же сумму включаются средства, которые мы транслируем на село по программе для нас очень значимой и для многих огромных регионов также – эта программа называется «Устойчивое развитие сельских территорий». Это средства на развитие инфраструктуры, на строительство социальных объектов. Где-то примерно каждый пятый рубль из государственной поддержки направляется вот по этой программе.

Мы на заседании профильного комитета Совета Федерации, который занимается как раз аграрной проблематикой, детально намерены обсудить этот вопрос. Речь идет о совершенствовании государственной поддержки, механизмов этой поддержки. Мы будем предлагать, чтобы эта доработка осуществлялась по принципу дифференцированного подхода.

– Что это значит?

– Должны учитываться, с одной стороны, возможности регионального бюджета. Одно дело, когда сельское хозяйство занимает небольшую долю в валовом региональном продукте и, таким образом, другие отрасли, более доходные для бюджета, они мобилизуются для помощи сельскому хозяйству. А когда в структуре экономики таких отраслей нет либо они недостаточным образом представлены, то тогда возникают сложности для регионального бюджета. Это с одной стороны. Мы считаем, что это обстоятельство должно в большей степени учитываться.

И вторая сторона есть у этой проблемы. Мы, практически все регионы, где-то, возможно, по погодным, климатическим условиям занимаемся сельским хозяйством, занимаемся по-разному. Одно дело – заниматься сельским хозяйством для самообеспечения населения региона продуктами питания, а другое дело, как наш регион – производить продовольствие в больших, я бы даже сказал в огромных количествах, для того чтобы снабжать этим продовольствием население мегаполисов наших, северных территорий, дальневосточных регионов.

Я только по одному нашему виду продукции пример приведу. Мы несколько последних лет муки производим больше всех в стране в Алтайском крае. Примерно это 1 млн 200 с лишним тыс. тонн в год. Для нашего регионального потребления этого продукта хватило бы в объеме не более 250 тыс. тонн. Из каждых 5 произведенных тонн муки мы направляем 4 в другие регионы. А в этой тонне лежит в том числе и государственная поддержка. Если бы ее не было, мы бы все равно произвели такое количество продукции – наш потенциал это позволяет делать, – но совершенно естественно, что она была бы дороже для потребителя, и, собственно говоря, эту поддержку ощущает потребитель в другом регионе. Нам бы хотелось, чтобы это тоже было учитываемо.

– По 21 из 24 социально значимых продуктов питания в Алтайском крае вы удерживаете самые низкие цены в стране. Как вам это удается при тех проблемах, которые существуют?

– Здесь целый ряд механизмов используется. Есть естественные возможности для того, чтобы продовольствие на полках магазинов не подскакивало, так скажем, до заоблачных высот. Логистика: потому что мы не везем откуда-то за тысячи километров, это продукция собственных полей и ферм и наших предприятий пищевой промышленности. Это с одной стороны. С другой – мы активно работаем с сетями, для того чтобы маржа для торговли была реалистичной и не превращалась в вариант паразитирования на производителе и на потребителе.

– То есть этот вопрос решен на законодательном фактически уровне, так можно сказать?

– Так скажем, он решен пока, скорее, на организационном уровне, потому что мы работаем по соглашениям с крупными торговыми сетями. Мы реализуем целый ряд других подходов в организации трафика продовольствия до нашего населения. Здесь и поддержка магазинов небольших так называемой шаговой доступности. Здесь мы сохраняем и всячески поддерживаем так называемые социальные ярмарки – особенно они востребованы и популярны в сезоны, и население имеет возможность по доступным для себя ценам закупаться.

– Это называется «поддерживать конкурентную среду» в какой-то степени.

– Да, это красиво звучит, а если по-житейски сказать, то поддерживаем здравый смысл. Это с одной стороны, с другой – согласитесь, что было бы странно, если бы в житнице – а мы действительно это звание считаем для себя почетным, и оно нами заработано, оно не кем-то привнесено и нам не подарено, мы его заработали. И было бы совершенно непонятно, если бы в житнице продовольствие стоило дороже, чем в других регионах.

– Еще одна тема очень важная – это транспортная инфраструктура, особенно развитие железнодорожного транспорта. Алтайской железной дороге недавно исполнилось сто лет. И вы, кстати, как-то заявили, что инвестиции в развитие ж/д транспорта на Алтае быстро окупаются. На чем основано ваше заявление такого рода и как вы дальше будете развивать железнодорожный транспорт – один из самых важных для вашего региона?

– Это не голословное или случайное заявление. Мы когда говорим о преимуществах нашего региона, нашего Алтайского края, очень часто наши плюсы почему-то склонны обозначать как минусы. Вот транспортная отдаленность – это минус, конечно же, но у нас есть и другое свойство, которое мы не до конца осознаем и не до конца используем, – мы территория транзита, и транзита очень мощного. В 90-е гг. эти транспортные потоки грузов и пассажиров – они были несколько сокращены. Сегодня и государства Центральной Азии, и Афганистан, и Пакистан более активно экономически развиваются, и Алтайский край здесь как раз выполняет роль территории транзита. Это касается и железнодорожного транспорта – именно объекты дополнительные, новые в инфраструктуре железнодорожного транспорта были самыми окупаемыми в системе РЖД, потому что они были как раз настроены на такой транзит международный.

И то же самое – сеть автомобильных дорог. Назову только одну цифру: автомобильных дорог общего пользования в Алтайском крае 16 600 км – это самая протяженная сеть автомагистралей в России. Мы ее активно развиваем, в том числе и федеральные, и региональные трассы, которые обеспечивают нашу связь с двумя регионами Казахстана приграничными – а дальше уже и с Казахстаном, и с другими странами Центральной Азии. Мы по Чуйскому тракту транслируем достаточно большое количество грузов через Республику Алтай и на Монголию. И в этом смысле транспортно нам нужно развиваться, для того чтобы обустраивать собственно свою экономику и условия для жизни населения. Ну и, конечно же, эту миссию трансграничной территории мы должны более активно реализовывать. Мы считаем, это даст дополнительные плюсы в экономическом развитии.

– Но для этого вы должны заручиться поддержкой крупных компаний, которые работают в этой сфере: и РЖД, да и Автодора. Вы проводите какую-то работу с этими компаниями?

– Если бы мы этого не проводили, мы бы очень плохо сегодня выглядели. У нас полноформатное соглашение с РЖД, оно действует уже на протяжении ряда лет, мы активно его обновляем. Есть одна очень деликатная проблема, вы, конечно же, о ней знаете, может быть, даже она вас и коснулась, – это проблема пригородного железнодорожного пассажирского сообщения. Вследствие нашего многолетнего взаимодействия с РЖД у нас такой проблемы на протяжении ряда лет не возникало. Не возникло ее и в начале этого года, потому что мы взаимно выполняем взятые на себя обязательства, в том числе по обеспечению нормального экономического и финансового состояния компании, «Алтайпригород», которую мы создали на паритетных началах с РАО «РЖД».

То же самое касается и Министерства транспорта, и Росавтодора – мы находимся в режиме постоянного сотрудничества и взаимодействия, активно работаем с Министерством сельского хозяйства, потому что это министерство тоже реализует очень интересную программу обеспечения подъезда к сельским населенным пунктам, к единой автотранспортной системе. Взаимодействие очень широкое и с государственными структурами, и с бизнесом.

– И, конечно же, с фермерскими хозяйствами, которые у вас наверняка тоже развиваются.

– Конечно. Здесь есть очень глубокий вопрос, он заключается в следующем. Дело в том, что дороги в сельской местности – они по своей сути неразделимы: с одной стороны, это артерии общего использования, а с другой стороны – это технологические дороги, потому что по ним перевозятся корма, продукция сельхозтоваропроизводителей, и дорога, она решает в сельской местности две задачи. Это абсолютное правило, оно срабатывает во всех 100% случаев. Она значительно активизирует и оживляет экономическую деятельность – это с одной стороны. И с другой – она, конечно же, преобразует качество жизни сельского населения. Дорога – это вопрос вопросов для села.

– Если говорить о социальной сфере: о здравоохранении, о дошкольном образовании. Как в этом плане обстоят дела?

– У нас непростое с точки зрения управления расселение граждан – у нас 1 598 населенных пунктов в Алтайском крае. 6,5 млн га пашни – это хорошо, но для того чтобы эта пашня вся работала – а она у нас вся работает, у нас нет неиспользуемой пашни, – нужно, чтобы на всей этой гигантской территории жили и работали люди. Они живут в сельских населенных пунктах, в том числе и небольших, и каждый человек, где бы он ни жил: в городе крупном, в сельском населенном пункте, пусть это будет большой населенный пункт или малый, – каждый имеет конституционное право получить весь пакет социальных услуг. Это касается и здравоохранения, и образования, в том числе и дошкольного, и доступа к объектам культуры, спорта, социальной защиты. Поэтому для нас это сложно, но мы тем не менее этим занимаемся.

Я несколько цифр приведу, например, по школам. У нас их 1 150 в крае. Мы за последние годы, за 10 лет, около 100 школ либо построили полностью, с нуля, либо реконструировали – а это еще более затратно и трудоемко. Около 400 школ мы капитальным образом отремонтировали. Представляете, полтысячи школ мы сделали, и они сегодня современны, но ведь всего-то их более тысячи. Сегодня 80% школьников Алтайского края, при том что 80% школ находится в сельской местности, и у нас в селе живет 44 с лишним процента населения – более 1 млн человек живет в селах Алтайского края…

– И вам же еще нужно удержать этих людей и молодежь оставить, чтобы они работали, заинтересовать.

– Других способов, как экономических, здесь не существует. И даже не социальными объектами. В первую очередь мы должны экономическими средствами, мы должны обеспечить им занятость. Если не будет занятости, мы можем там построить рай земной. Но это будет не нормальное, здоровое общество, а это, извините, филиал собеса будет. Поэтому надо, чтобы все трудоспособные люди были обеспечены работой по их способностям, желаниям, работой современной, эти места должны быть высокотехнологичны.

Такую цифру приведу. За 10 последних лет производительность сельского труда увеличилась почти в пять раз. Новые машины, механизмы, новые технологии совершенно.

– А значит, новые специалисты с новым уровнем образования.

– Да. Вместе с тем это освобождение определенной части занятых. Здесь есть вопросы. Они не так просты в решении, но мы их понимаем, и мы над их решением работаем постоянно.

– Таких проблем, как в других регионах мы зачастую встречаем: это очереди в детских садах, проблема с доставкой скорой медицинской помощи, – этого в Алтайском крае нет?

– По детским садам – у нас их более 800 в Алтайском крае. В том числе и небольшие сельские. Мы их и поддерживаем, и даже создаем новые – для детского населения несколько десятков человек, но мы должны обеспечить им право на дошкольное образование. До конца этого года мы должны по краю в целом решить вопрос по обеспечению местами в детских дошкольных учреждениях ребятишек в возрасте от 3 до 7 лет, а в затем сроки, определенные президентом страны, снять проблему очередности. Я еще раз повторяю, для сельских местностей зачастую эта проблема более тяжело решается и более затратно, чем для городов.

Что касается темы здравоохранения, то здесь тоже есть свои особенности. У нас самое большое количество в стране фельдшерско-акушерских пунктов, их всего 903 в Алтайском крае. Мы активно строим новые по специальной программе, используем современные строительные технологии. Обеспечиваем кадрами. Кроме того что мы активно участвуем в федеральной программе – вы знаете, она называется «Земский доктор», – мы решили ее сопроводить другой нашей, региональной программой – мы назвали ее «Сельский фельдшер». Она примерно по этой же модели построена, только касается специалистов со средним специальным образованием, как раз для укомплектования сельских фельдшерско-акушерских пунктов. Проблем много, времена у нас непростые, но мы видим и пути, и способы их решения. Мы надеемся на то, что постановление Совета Федерации Федерального собрания, постановление, которое будет принято по результатам рассмотрения тематики Алтайского края и в комитетах, и на пленарном заседании, думаю, что этот документ будет способствовать тому, что мы целый ряд проблем будем решать более эффективно и более высокими темпами даже.

– Получается, мы плавно сейчас с вами перейдем как раз ко взаимоотношениям Совета Федерации. Палата регионов – каким образом она оказывает вам поддержку, помощь, с какими вопросами и проблемами вы обращаетесь в Совет Федерации?

– Мы в формате Дней Алтайского края в Совете Федерации практически во всех комитетах бываем – и я, и мои заместители, и коллеги из краевого законодательного собрания. Везде, в каждом комитете мы видим знакомые, узнаваемые лица. И не только руководители комитетов – их заместители, члены Совета Федерации, которые работают в этих комитетах, нам хорошо знакомы.

У нас постоянно, в год по несколько раз, организуется работа выездная комитетов. При этом на рассмотрение выездных заседаний комитетов выносятся актуальные, значимые для Алтайского края и для других регионов Сибири и России в целом вопросы. И очень хорошо, что это рассмотрение осуществляется на выезде, на месте, когда этому рассмотрению предшествует посещение объектов, общение со специалистами, с руководителями, с экспертами, которые хорошо знают отрасль или круг вопросов. Поэтому решение и своевременно, и актуально.

 – Александр Богданович, конечно же, должен вас спросить по поводу развития туристической отрасли. Это, по-моему, тоже один из флагманов в экономике региона.

– Конечно, мы горды тем, что несколько лет темп прироста туристического потока в Алтайском крае является вторым-третьим в стране. Мы знаем пределы своих возможностей, первую позицию не занимаем, потому что там очень достойно выглядит Санкт-Петербург, но вторые-третьи позиции за Алтайским краем. В этом году у нас туристический поток прирастает, хотя год еще не закончен, на 20%, и мы ожидаем, что по итогам года количество гостей, туристов в Алтайском крае приблизится к 2 млн человек.

– Поверьте, очень много людей, которые поменяли совершенно свою географию поездок в зимний отдых, поменяли Европу на Алтайский край. Причем с очень хорошими отзывами.

– Для нас это важно. Важно, чтобы человек к нам приехал не по каким-то ситуативным обстоятельствам – ну вот традиционное место, где он отдыхал, сейчас стало менее комфортно и он вынужден поменять. Это не наш вариант. Наша задача другая – и мы активно и сами формируем свое мировоззрение и влияем на наш бизнес туристический, курортный. Мы должны не воспользоваться ситуацией, с тем чтобы сегодня извлечь какую-то экономическую выгоду, а эту ситуацию использовать для того, чтобы человек, который, и не планируя заранее, так далеко оказался у нас, чтобы он уехал от нас другом Алтайского края с очевидным желанием еще и еще раз [вернуться].

Опросы показывают, что из каждых 10 гостей, которые бывают в Алтайском крае, восемь – они уже бывали у нас не один раз. Это наши друзья, мы даже термин «клиент» употребляем осторожно, это друзья Алтайского края, и мы здесь взаимополезны. Мы людям даем возможность провести досуг полезно, насыщенно, поправить здоровье, а они помогают нам развивать нашу экономику. Уже сегодня в валовом региональном продукте Алтайского края туристический бизнес и связанные с ним сферы составляют порядка 6–6,5% – это очень хороший для страны показатель. Но мы ставим для себя планку в 10% – это хороший мировой уровень. Я думаю, что мы его в течение 3–5 ближайших лет обязательно достигнем.

Версия для печати