Экс-мэр Новгорода:  сегодня доходы не покрывают муниципальный долг, по сути, город – банкрот
10 июля 2009 | Архив

«Отцы и дети» кризиса и рынка

«Известия» выяснили, как реагируют на трудности «старые» и «новые» губернаторы.

Призрак Пикалёва бродит по России. Чуть ли не ежедневно приходят сообщения о том, что вот-вот «взорвется» какой-либо очередной моногород и кому-то из лидеров страны придется «лично тушить кризисный пожар». Правда, президент Дмитрий Медведев четко дал понять губернаторам: задача именно региональных властей – не допустить (и не допускать) «пикалёвых». «Известия» решили выяснить, кто лучше справляется с ее решением – «старые» или «молодые» главы регионов. Мы попросили ответить на наши вопросы пятерых наиболее опытных и пятерых самых молодых по возрасту губернаторов. Из этих ответов и получился портрет региональных «отцов» и «детей».

Чем меньше – тем лучше: 60-50-40

Наши губернаторы – люди очень разные. Сравните, к примеру, 65-летнего Амана Тулеева и 34-летнего Никиту Белых. По логике жизни «отцов» все меньше. Каждый год число губернаторов ельцинского призыва сокращается примерно на 5%. «Старожилов» региональной власти уже можно пересчитать по пальцам, а количество «путинских» и «медведевских» руководителей республик, краев и областей растет.

– Губернаторы были самой возрастной элитной группой, – говорит руководитель сектора изучения элит Института социологии РАН Ольга Крыштановская. – Удельный вес выходцев из советской номенклатуры здесь был вдвое больше, чем в правительстве и администрации президента. Но эволюция корпуса проходила очень плавно. Путин массово не отправлял ельцинских губернаторов в отставку, Медведев тоже этого не делает. Уже при Путине в регионах правили бал не 60-летние, а 50-летние – средний возраст был 53 года, сейчас еще меньше – 51 год. Появились уже 40-летние назначенцы.

Только за последний год свои посты покинули такие тяжеловесы, как мурманский Юрий Евдокимов, орловский Егор Строев, кировский Николай Шаклеин, ставропольский Александр Черногоров и карачаевский Мустафа Батдыев.

Чем же они принципиально отличаются от «новоназначенцев»?

Главное отличие – это разная реакция на кризис. Губернаторы ельцинского призыва (1991-1996 годов) в своих ответах самой острой проблемой назвали рост безработицы и просроченной задолженности по зарплате, а также сохранение крупных предприятий (металлургии; тяжелой промышленности). Про поддержку малого бизнеса помянули лишь томский Виктор Кресс (60 лет) и волгоградский Николай Максюта (62 года).

– Малый бизнес легче дышит на территориях, которыми управляют губернаторы новой формации, по крайней мере, его здесь не так сильно душат, – подтверждает наш вывод директор региональных исследований Центра политических технологий Ростислав Туровский. – Сторонники же госкапитализма, а к ним относится большинство губернаторов старой формации, по большому счету не очень понимают, зачем он нужен и уж тем более как ему помогать.

При этом желание контролировать и малый, и крупный бизнес в какой-то степени есть у всех, но больше – у «старожилов». «Хозяева предприятий могут находиться где угодно и совершенно не интересоваться положением дел. Властям в регионах необходимы полномочия для воздействия на такого хозяина!" (Николай Виноградов, 62 года, Владимирская область).

Молодые губернаторы на первое («кризисное») место ставят выполнение государством соцобязательств и борьбу с нищетой (что, конечно, перекликается с «социалкой» «старожилов»), но вот дальше у них пошли уже проблемы бизнеса и кредитования. Они же не блещут яркими идеями родом из голодных 90-х. А вот «аксакалы» здесь преуспели. Раздать нуждающимся огороды под картошку, а также коров или кроликов (по желанию) решил глава Кемеровской области Аман Тулеев. По подсчетам обладминистрации, «в посадке картофеля участвовало более 1,7 тысячи безработных». Кролики пока имели меньший успех. Глава Свердловской области Эдуард Россель (71 год) решил безработных переселять в деревни и выдавать каждому по 5 поросят на откорм. Идея утонула в океане бюрократии – оказалось, что скот выдается за деньги и только при наличии защищенного бизнес-плана.

– Старым губернаторам в условиях кризиса в целом легче, чем молодым, за счет закалки и того, что они помнят опыт выживания в 90-е годы, – уверен доцент Высшей школы экономики Алексей Титков.

Проверка «мускулов»

Мы спросили: пришлось ли губернаторам прибегать к более жестким методам управления? Пришлось! И всем! Но «старые» больше любят демонстрировать «мускулы», чем «молодые».

«Больше спрос с конкретных руководителей: если человек показывает свою неэффективность, неумение или недостаточную оперативность в принятии решений – мы с ним расстаемся» (Россель). «Без жесткости в управлении не обойтись, особенно если речь идет о чиновниках, которые излишне расслабились в предыдущие годы» (Кресс).

Губернаторы новой формации играют не «мускулами», а деловитостью. «Повысилось требование к руководителям, особенно в вопросах выплаты зарплаты, занятости населения, выполнения социальных обязательств» (Роман Копин, 35 лет, Чукотка). «Применение жестких мер исключать не приходится, особенно в вопросах контроля над исполнением бюджета» (Андрей Турчак, 33 года, Псковская область).

«Тотальный переход к применению жестких методов – показатель того, что система нормального управления регионом не отлажена, – объяснил Александр Хлопонин (44 года, Красноярский край). – Хотя не скрою, иногда приходит желание «помахать шашкой».

Если «ельцинские» губернаторы не ощущают себя назначенцами, то «путинские» и «медведевские» – вполне. Они не только вошли в роль менеджеров, но и являются таковыми по своей природе.

Довольны ли губернаторы тем, как исполняются их поручения? Тут резкость позволили себе лишь «старожилы». «Меня бесит, что некоторые вопросы не решаются годами, хотя для их решения в принципе есть все» (Кресс). «Не терплю двурушничества, разгильдяйства, работы по принципу «хоть пень колотить, лишь бы день проводить» (Тулеев).

Молодые же выступили в духе губернатора Камчатского края Алексея Кузьмицкого (41 год): не ошибается тот, кто не работает, а в командах «один за всех и все за одного». Ему вторит и псковский Турчак: «В условиях ручного антикризисного управления нужно понимать, с кем садишься в лодку».

Тест на демократию и народность

Наконец, «Известия» спросили, как губернаторы относятся к критике, звучащей в их адрес. Ответа в духе «поубивал бы» мы, разумеется, не получили. Нам интересно было сравнить подходы. «Молодые бойцы» относятся к критике более сдержанно, чем «ветераны» политбаталий. Более того, сам факт наличия критики «детьми» расценивается только со знаком плюс. «Критика – вещь полезная» (Копин). «Если не кусать власть, то она зажиреет. Критика помогает поддерживать власть в тонусе» (Турчак). «Любая конструктивная критика интересна и является поводом посмотреть на себя и свои дела со стороны» (Кузьмицкий).

Иначе воспринимают критику губернаторы старой закалки. Не сговариваясь(!), они поделили ее на хорошую и плохую (соответственно, на позволительную и недопустимую). «Если критика конструктивная, то я ее и воспринимаю нормально, а если она надуманная, то к ней не надо вообще никак относиться» (Николай Максюта). «В любой критике я стараюсь отделить зерна от плевел, пытаюсь понять, в чем объективно виновата власть или я лично» (Кресс). «Если она конструктивная, доброжелательная – прислушиваюсь. Если критика ради критики, что бывает особенно часто в период избирательных кампаний, – игнорирую» (Россель).

– Если говорить о политических и экономических свободах, то они больше развиваются в тех регионах, где губернаторы менялись, – рассуждает эксперт Туровский. – Я бы не связывал это напрямую с установками самих новых губернаторов. Скорее в тех регионах, где царила кадровая чехарда, властям не удавалось наладить жесткий контроль над обществом, и как результат – оно оказалось более свободно.

А вот критика федерального центра и для тех, и для других губернаторов – нонсенс. В целом губернаторы совершенно разных поколений боятся одного и того же. Но об этом говорят не они, а эксперты. Это страх обвинений в коррупции.

– Система кормления в какой-то степени продолжает существовать в России аж с XIV века, – говорит Крыштановская. – И при этом каждый чиновник всегда готов к тому, что против него будет возбуждено уголовное дело за нецелевое расходование средств: не туда положил, не оттуда взял.

Что читают «отцы и дети»

– В настоящее время перечитываю Т. Драйзера (Роман Копин).

– М.Е. Салтыков-Щедрин «Губернские очерки», И.В. Берова «Прогулки по старой Вятке» (Никита Белых).

– К сожалению, времени на чтение практически не остается. Чаще приходится изучать документы и читать специальную литературу (Алексей Кузьмицкий).

– «Эпоху потрясений» Алана Гринспена, долгое время возглавлявшего Федеральную резервную систему США. Забавно, что автор сам не ожидал тех потрясений, которые случились уже после выхода книги (Александр Хлопонин).

Андрей Турчак оставил вопрос без комментариев.

– Люблю хорошую русскую классику – Тургенева, Толстого, Достоевского (Эдуард Россель).

– Недавно перечитал трилогию Юрия Германа: «Дело, которому ты служишь», «Дорогой мой человек» и «Я отвечаю за все». Там главные герои живут по принципу: «Лучше совсем не жить, чем делать то, во что не веришь» (Аман Тулеев).

– Если честно, то за последние два месяца не раскрыл ни одной книги. Просто нет времени (Николай Виноградов).

– Читаю много, но в основном это аналитические материалы – статьи, обзоры. Чтение художественной литературы для меня становится роскошью (Виктор Кресс).

– Книгу Александра Мельникова «Шаги по земле». Не знаете такого писателя? Это наш волгоградский фермер, а книга – о крестьянской философии жизни и труда (Николай Максюта).

«Известия»

Версия для печати