Глава Тувы:  земляки обеспокоены новостью о том, что на территорию Тувы упали обломки космического корабля «Прогресс»
27 февраля 2012 | Архив

Победил досрочно

Фото: liveinternet.ru

Воскресный лозунг «Неделя до победы Путина» не отражает действительности – премьер уже фактически выиграл выборы, но не потому, что они будут нечестными, как убеждает оппозиция, а в силу явного преимущества путинской стратегии над болотно-садовым «креативом».

Кто бы мог подумать, что Владимир Путин - этот чекист с «равнодушными глазами пулеметчика», как сказал бы Хемингуэй, - что он одолеет мощную уличную оппозицию не сфабрикованными уголовными делами, не тюрьмами, не ОМОНом, а силой любви. Да-да, никакого сарказма, оружием Путина стала самая настоящая любовь, и лозунг сторонников премьера «Путин любит всех» не стоит рассматривать как агитационную кричалку – это констатация «медицинского» факта. Разумеется, его трудно осмыслить человеку, живущему в пространстве политического мифа, в котором Путин этакий Кощей Бессмертный. А другого мифа в современной России не сложилось, да и не могло – любая власть у нас демонизируется с тех пор, как перестала носить сакральный характер. При этом пугают властью и наделяют ее несуществующими зловещими качествами не только оппозиционные СМИ (в годы советской власти это делали кухонные диссиденты), но и официоз. Воспитанные «либеральной» прессой испуганно-рассерженные горожане уверены, что многотысячное «быдло», митингующее за Путина, подкуплено или запугано, а несчастную Чулпан Хаматову и вовсе заставили сняться в пропутинском ролике под угрозой избиения младенцев. Царь Ирод просто, а не кандидат в президенты.

Однако невольно демонизируют Путина и государственные СМИ (и лояльные ему лидеры общественного мнения), с удовольствием цитируя его шутку про оппозиционеров-«бандерлогов» (из которой следует, что сам он «удав Каа», наводящий на них смертельный ужас), повторяя, что Путин борется не просто с оппозицией, а с угрозой «оранжевой» революции, с Госдепом и чуть ли не с Шестым флотом США.

Разумеется, образ Путина в массовом сознании возник не вчера, его имидж формировался все 12 лет, в течение которых он руководил страной, «мочил в сортире» боевиков, «нагибал» Дерипаску, брутально шутил. Он и сам, столкнувшись в декабре с массовым недовольством, не сразу перестроился, по инерции демонстрируя презрение к «врагу», то есть к оппозиции: собрались, мол, обезьяны, нацепили презервативы на грудь и пугают. Однако вскоре с удивлением обнаружил, что от одного его жуткого шипения «бандерлоги» не впадают в оцепенение, а, напротив, кидают в него хлесткими лозунгами и просто издевательскими стишками, а главное, продолжают выводить людей на площади.

Путин вовремя понял, что ему не обойтись без подкрепления. 130-тысячный митинг на Поклонной стал сильным контрударом по оппозиции, но вовсе не решающим – организаторы проигнорировали суворовский принцип «не числом, а умением». Кричащий с пеной у рта Кургинян и другие страстные борцы с «оранжевой чумой», среди которых были замечены Проханов, Дугин, Леонтьев, Шевченко, доказали всем, что «запутинское быдло» обладает интеллектуальным зарядом не меньшим, чем у «креативных» протестующих, а пожалуй, и большим.

Однако их правда, столкнувшись с правдой оппозиции, не успокоила бунтующую страну, а наоборот – четче обозначила линию фронта. Президентская кампания превратилась в позиционную войну, которая в принципе могла бы длиться бесконечно, даже после выборов: митинг - контрмитинг, автопробег – ответный автопробег и т.д.

Путин, вероятно, понял, что требуется генеральное сражение, и назначил его на 23 февраля. Не случайно на митинге в Лужниках он цитировал «Бородино» Лермонтова. Вообще, в этот день Путин был невероятно воодушевлен, выступал лаконично и ярко. С первого взгляда могло показаться, что его воинственная речь с хрестоматийным «Победа будет за нами!» - всего лишь продолжение боевитого мероприятия на Поклонной. На самом деле митинг в Лужниках был принципиально иным. В одном коротком выступлении яростно-восторженный Путин на какие-то секунды вдруг уступал трибуну Путину милосердному и всепрощающему, который сожалел, что не может обнять нас всех, подчеркивал, что никого в сторону не отодвигает, и, главное, констатировал, что для решения стоящих перед страной проблем мы должны быть вместе.

Кто эти «мы»? Разумеется, все общество, включая внесистемную оппозицию. Наивно полагать, что Путин протянул руку ее лидерам – ни о каком примирении речи быть не может, наиболее радикальные из его противников готовят переворот и от своих планов не откажутся. Но путинский жест адресован не революционерам, а всей «нормальной» России. Особенно той ее части, которая запуталась в лозунгах, не понимает, кто говорит правду и за кого же голосовать. Своим выступлением в Лужниках Путин как бы обнулил счет в игре, начал с чистого листа: мы все любим Россию, я ее лидер (а кто же еще?), хочу обнять каждого. Не кандидат, перебрасывающийся говном с оппонентами, а отец нации предстал перед нами.

Свой идеологический успех он развил 26 февраля, в Прощеное воскресенье, когда в ответ на «белый» хоровод сторонники премьера провели акцию «Путин любит всех». Выдохшаяся оппозиция так и не сумела полностью замкнуть Садовое, изобразив, по меткому выражению одного единоросса, «вялую морзянку». Путин легко мог выстроить на противоположной стороне тройное сплошное кольцо, но это означало бы продолжение бессмысленной позиционной войны. Он выбрал гораздо более умное, даже изящное решение (возможно, это заслуга штаба кандидата) – не воевать с оппозицией, а отлюбить ее, задушить в объятиях. В свете новой стратегии Путина любая акция его противников выглядит не героической борьбой с режимом, а праздником непослушания. Расшалились, играют в революционеров, все понятно. А он их все равно любит, потому что за всю нацию в ответе.

Следует признать, что Путин переиграл оппозицию в ее же стихии - в сфере публичной, даже уличной политики. Это сразу дезавуирует любые разговоры о нелегитимности выборов 4 марта. Зачем Путину фальсифицировать результаты голосования, если он популярен, умеет говорить с народом, не совершает грубых ошибок. Дело даже не в рейтингах – им можно не верить. Но нельзя сомневаться в ничтожестве оппозиции, жалкой в своей крикливости и бездарности, мелочной жестокости. От одного отвращения к таким «борцам» хочется проголосовать за Путина.

Разумеется, фактическая победа на выборах у него уже в кармане, вечером 4 марта избирком лишь подсчитает голоса. Но что будет потом? Сумеет ли Путин «любить всех» и после выборов, особенно если часть этих «всех» результатов не признает и продолжит бунтовать? А самое главное – сохранит ли новый президент любовь большинства населения, другими словами – сможет ли выполнить все предвыборные обещания? Похоже, что самые тяжелые испытания у Путина впереди. В запасе у него как минимум шесть лет, но именно столь долгий срок таит опасность – от любви до ненависти всего один шаг.

Александр Старовойтов  

Версия для печати
Главное