Экс-мэр Новгорода:  сегодня доходы не покрывают муниципальный долг, по сути, город – банкрот
5 июля 2013

За Веру, Отечество и Губернатора!

Фото: gazeta.ru

Создается впечатление, что глава Краснодарского края Александр Ткачев стал первым в современнейшей истории России главой региона, не побоявшимся заняться созданием собственной регионалистской идеологии. Созданные под его покровительством движение «За Веру, Кубань и Отечество», а также т.н. казачьи патрули стали материальным выражением местечковой идеологии. Чем может обернуться для России такая «самостийная революция» на Кубани?

 

Ну как не порадоваться губернатору, когда общество, забыв обо всех претензиях и обидах к власти, искренне заявляет о пылкой любви к своей малой Родине и желании защищать ее и словом, и делом? Ровно год назад состоялся учредительный съезд регионального общественного движения «За Веру, Кубань и Отечество», на котором кубанским губернатором Александром Ткачевым было сказано много слов о любви к Родине, патриотизме и необходимости защищать свое Отечество, в том числе и от понаехавших в край «нелегалов». О своей поддержке движения тогда заявляли многие кубанские политические и общественные деятели, а в лояльных губернатору региональных СМИ прошла целая кампания, призванная «раскрутить» новое общественное движение.

Однако «любви», судя по всему, так и не случилось. Сегодня об общественном движении, созданном год назад, уже никто не вспоминает. Почему так произошло, остается только гадать. Может быть, «народная любовь» к малой Родине разбилась о гораздо более актуальные для кубанцев вопросы, вроде проблем ЖКХ, медобслуживания, качества дорог и т.д. А может, то была и не любовь, а что-то вроде брака по расчету. Кто знает. Но факт остается фактом - прославляющая региональный патриотизм площадка, канула в лету, так и не успев начать генерировать «общественную» повестку дня.

Но расстраиваться из-за, казалось-бы, несбывшихся мечтаний поборников кубанско-казачьей идентичности не стоит, так как с краснодарским регионализмом на Кубани и без этого общественного движения все в порядке.

Тема кубанского регионализма, то затухая, то разгораясь с новой силой, в общественно-политическом дискурсе Краснодарского края живет уже не одно десятилетие. В свое время вдохновителем этой идеи стал бывший губернатор края Николай Кондратенко, прославившийся своими шовинистскими высказываниями и фрондерством по отношению к федеральному центру. Уже при нем кубанское руководство занялось созданием в крае «самостийной» идеологии, ориентировавшейся на поддержку кубанских казаков и других живущих на Кубани православных групп населения.

Кубанско-казачий регионализм по-Кондатенко причудливым образом объединял в себе бытовую неприязнь к «лицам нерусской национальности» с идеями социализма, православия и патриотизма. Шутка ли, но население казачьего края, когда-то ставшее последней опорой монархистов, в конце двадцатого века с не меньшим рвением поддержало губернатора-коммуниста, шельмовавшего всех: от бюрократов и «москалей» до американцев и «мировой закулисы».

В 2000г. Кондратенко на посту губернатора сменил поддержанный им Александр Ткачев, который, в отличие от своего старшего наставника, с самого начала стремился играть на поле системной политики. Однако и этот политик время от времени позволял себе некоторые вольные высказывания, вроде того, когда он заявил, что окончание фамилий на «ян», «дзе», «швили», «оглы» свидетельствует о том, что те, кому они принадлежат, находятся на территории края нелегально.

Кроме того, из «прегрешений» первых лет губернаторства Ткачева часто вспоминают о завершившейся в эти годы этнической чистки, начатой еще при Кондратенко, в ходе которой с территории края были выселены турки-месхитинцы, ранее бежавшие на Кубань из Узбекистана. Сам Ткачев тогда в стороне от этого процесса не остался и активно комментировал те события столь «лихими» словами, что за них в дальнейшем ему еще долго пришлось оправдываться.

Сегодня многое изменилось. Казалось, что изменился и сам Ткачев, превратившийся в респектабельного чиновника, почти не позволяющего себе резких слов в адрес «понаехавших». Эксперты говорят, что этот новый «смиренный» имидж кубанского губернатора был связан с отменой выборности губернаторов, что и предопределило уход Ткачева от популистских высказываний. Но его добровольный отказ от националистической риторики длился ровно до того момента, как в прошлом году вступил в силу новый порядок избрания губернаторов.

В результате на наших глазах краснодарский губернатор преобразился: из рядового главы российского региона он превратился в лидера казачьего края, преподносимого краевыми властями чуть ли не как «самостийную» казачью цивилизацию.

На бытовом уровне идеи казачьей «самостийности» жили на Кубани и раньше. Но изменения, происходящие сегодня в общественной жизни Краснодарского края, говорят о том, что Ткачев всерьез решил использовать эти идеи в политических целях, пытаясь снискать тем самым поддержку консервативной части общества.

Результаты этого «перерождения» не заставили себя долго ждать. По признанию экспертов, уже с 2012 г. кубанский регионализм становится трендом краевой региональной политики. Не оставил в стороне Ткачев и «национальный вопрос». С новой силой из его уст полились призывы к осуществлению в казачьем крае жесткой миграционной политики, направленной против выходцев из северокавказских республик. Пик «риторического» национализма губернатора пришелся на август прошлого года, когда, выступая на коллегии МВД, Ткачев заявил о том, что создаваемые для помощи полиции казачьи патрули должны заниматься «выдавливанием» из края кавказцев.

С тех пор прошел почти год, и казачьи патрули, вооружившиеся, видимо, для более эффективного осуществления кубанской миграционной политики травматическими пистолетами, стали для Краснодарского края уже привычными. Очевидно, что подобные меры были бы невозможны без согласования с Кремлем. Однако помимо обеспечения высоких рейтингов местным функционерам «Единой России» среди кубанцев «самостийная революция» на Кубани может привести и к некоторым другим последствиям.

Никто не может дать гарантий, что в случае ослабления центра в этом «самостийном» краю не оживут давние идеи сепаратизма, тихо хранящиеся, подобно скелету в шкафу, в закоулках общественного сознания. Интересно, что в таком случае предпримет Ткачев для «успокоения» своевольного казачьего края?

Дмитрий Попытаев 

Версия для печати