Президент Путин:  Прямая связь с регионами – это чрезвычайно важная, просто очень важная вещь
18 апреля 2024

Даниил Ермилов: Конкуренцию единороссам на выборах в Хабаровском крае в этот раз составит вовсе не ЛДПР

«Ведомости» со ссылкой на источники в Единой России называют Хабаровский край в числе тех, где ЕР в этом году может испытывать сложности на выборах в краевую закдуму, а также гордумы Хабаровска и Комсомольска. По мнению неназванных собеседников издания, в регионе по-прежнему сильны позиции ЛДПР и конкуренции стоит ожидать именно с этой стороны. Политический консультант, представитель РАПК в ДФО Даниил Ермилов в разговоре с «Клубом Регионов» усомнился в том, что именно ЛДПР сегодня может представлять угрозу для партии власти.

– Почему у ЕР, учитывая и общий СВО-консенсус, и последнее место Слуцкого на президентских выборах, вообще возникли опасения насчет итогов предстоящих выборов в Хабаровском крае?

– Тут есть два момента. Во-первых, голосование за Путина – это голосование за государство в целом и фактически проявление своей геополитической воли в условиях военной операции, санкций и прочего. А сейчас мы заходим на региональные выборы, региональные выборы – это фактически голосование за доверие главе региона, в целом доверие региональным политикам и депутатам, в частности. А кроме того – это вопрос позиционирования региона относительно федерального центра.

– Но в Хабаровске и губернатор из ЛДПР, и в закдуме у них 30 мандатов из 36, может, поэтому единороссы чувствуют себя не очень уверенно в предстоящей кампании?

– Де-юре это так, но де-факто, насколько я знаю, там ощущается серьезная нехватка коммуникаций у региональной власти. Им удалось много чего интересного сделать, но рассказать об этом они в своё время не смогли. Не успели. Либо не хватило специалистов, либо денег, но они не смогли изменить у населения отношение к власти. У людей есть ощущение имитации деятельности власти. Плюс к этому выборы в последние годы делались без должного ритуального сопровождения. Если вы хотите, чтобы в регионе люди про вас по-другому думали, вы делаете массу интересных проектов, вовлекаете их, чтобы они все поучаствовали. В Хабаровске этого сделано не было ни одного раза: ни на мэрскую компанию, ни на эту президентскую. Это объективная реальность, на президентскую кампанию работала федеральная пропаганда. Если бы на региональном уровне была внятная информационная кампания, разъяснительная, то явка была бы выше, результат тоже, пусть не намного – 5-7%, но это вопрос именно взаимодействия с населением, гражданским обществом.

В чем еще сложность именно этих региональных выборов – ЕР долгое время была партией №1, была фундаментом, стержнем в Хабаровском крае, на нее равнялись другие регионы, перенимали опыт. А потом ушла команда, которая занималась делом, и случилось то, что случилось в 2018г., в результате дворцовых внутрипартийных интриг выборы выиграл представитель ЛДПР [Сергей Фургал]. По факту это «Единая Россия» потерпела поражение в глазах избирателей, которые решили, ну вот давайте дадим шанс ЛДПР. Ну дали шанс, они через год пошли в облдуму и избрали туда всех буквально по объявлению, по бегущей строке зашли люди, не имеющие опыта, не победившие в настоящей электоральной борьбе. ЛДПР забрала больше 80% мест, потому что по факту стоял вопрос референдума губернатору, люди голосовали в поддержку своего же выбора. А потом после ареста Фургала людей вытащили на улицы, и опять не было никакой работы, никаких разъяснений со стороны ЕР. Не хватило слов, не хватило времени, специалистов, чего-то еще. В итоге людям дали выходиться, они выходились, выдохнули, поняли, что это все не работает, и разошлись по домам.

– И что сейчас мы по факту имеем на политической поляне в Хабаровском крае накануне сразу трех депутатских кампаний?

– Сейчас на политической площадке в крае существует, наверное, три боеспособных игрока, которые и будут делить между собой электоральную поляну. Это «Единая Россия», их рейтинг порядка 30-35%, это очень хороший рейтинг. Следом идет, по всей видимости, «Справедливая Россия». В зависимости от того, как они поработают, каких кандидатов предъявят аудитории, это 10 до 25%. Дельта большая, да, но у эсэров есть очень интересное преимущество: они ещё не правили в Хабаровском крае. ЕР правила, ЛДПР правила, и людям не понравилось, что они занимались какими-то своими делами.

Что касается КПРФ, которая традиционно занимает оппозиционную нишу, и набирала раньше неплохо (они постоянно конкурировали с ЛДПР), но в последние годы из-за поколенческого конфликта внутри партии они не могли никак сориентироваться, нащупать себе новую электоральную базу. И сейчас их ниша сужается стремительно.

ЛДПР откровенно провалилась на весенних выборах президента, они заняли последнее место в Хабаровском крае. В целом по стране у бренда потенциал есть, но на фоне того как строил кампанию господин Слуцкий этой весной, очень большой вопрос стоит глобально: либо Слуцкий пойдет иначе, либо партия дальше пойдет без Слуцкого. Третий вариант – партии не будет. К следующей Госдуме это будет разваленная партия. Они просто не пройдут туда, хотя потенциал хороший.

И вот при таких раскладах СРЗП может получить реальный результат в Хабаровском крае. Эту партию избиратели готовы принять во власть, исходя из того, что они не успели на себя какой-то негатив собрать. Название созвучно: социализм, все дела. Партия очень позитивно смотрится в глазах у собственно электората. И когда в 2019г. были большие выборы, то единственный мандат по округам в гордуму Хабаровска у ЛДПР отбил именно эсер. У них есть потенциал, у них есть политики, плюс к ним перешла часть ЛДПРовцев, которые продолжали активно работать со своим электоратом. В прошлом году, когда были выборы мэра Хабаровска, кандидат от СРЗП занял уверенное второе место. И если бы у него немножко раньше появились деньги, ресурсы, то он смог бы обеспечить и более серьезный электоральный результат.

– Иными словами, если единороссам и стоит кого-то опасаться в Хабаровском крае, то не ЛДПР, а как раз справороссов, я правильно понимаю?

Да, сейчас это конкурент №1 в регионе. Это все, кто занят в политике, понимают прекрасно. Это очень сложный конкурент, очень опасный конкурент, и все будет зависеть от того, как сейчас партия поработает на федеральном уровне, какие будут ресурсы людские, финансовые и так далее...

– Есть ли время и возможности у ЕР компенсировать эти риски и повлиять на результаты голосования в свою пользу не административными мерами?

– Для начала нужны внятные специалисты, умеющие работать, которых сейчас в стране очень немного. Специалисты это большая проблема. Второе – это деньги. Третье – кандидаты. Нужно подобрать кандидатов, которые пройдут, обучить их, подготовить, вложиться в их продвижение, чтобы это делали квалифицированные специалисты.

В гордуме мажоритарная система, и биться придется по округам, на земле, с людьми нужно встречаться. И если вы хорошо отработали два округа, то внесли в копилочку голосов и на список. Поэтому у ЕР в принципе, шансы есть, но сейчас они заняты праймериз, а потом наступает лето. Мы же понимаем, что другие партии тоже будут тянуть до последнего, будут ждать, чем закончатся праймериз, где и как рассядутся кандидаты от ЕР, чтобы оттолкнуться от этого и уже готовиться к своей компании, к тому где, кого и против кого ставить, а где договариваться. И как только в конце апреля у единороссов закончится регистрация, оппонентам будет ясен рисунок. Все в равных условиях, но вопрос в том, кто начнет интенсивно разворачивать компанию. Это нужно делать уже сейчас, иначе ничего не получится.

– Какие-то еще сюрпризы могут быть в этой кампании?

– Темная лошадка этих выборов – «Новые люди». Знаете, в чем их специфика? Это партия без программы, без каких-то фундаментальных идеологических установок, это партия обновления. И их поддерживают две категории граждан: молодёжь и диаспоры. Если посмо́трите процент голосования, вы удивитесь, что наибольшую поддержку они имеют в регионах, где а) много молодежи; б) где сильны национальные настроения малых народов, представляющих, многонациональный российский народ. Соответственно, от «Новых людей» можно ожидать выдвижения студентов и представителей этих вот сообществ. Это партия медийная, по факту онлайн-партия, у них нет тотальной работы с электоратом. Но если сильно поднажмутся, вложатся деньгами, то по спискам 10-15% они могут взять. И это очень прилично. И это та самая третья сила после ЕР и СЗРП.

ЛДПР на каких-то старых дрожжах, каких-то кандидатах, может получить процентов 10. КПРФ – то же самое. Но учитывая ситуацию с федеральным развалом ЛДПР и стагнацию КПРФ, у избирателей фактически выбор из трех партий.

– У нас с вами остается еще примерно процентов 30-35 голосов, они кому отойдут? 

– Сейчас это так называемый подвижный электорат, не определившийся. Они смотрят, они готовы переместиться туда, либо сюда. Соответственно, в этих условиях часть оставшегося электората в каких-то пропорциях распределится между тремя основными игроками. И уже можно будет говорить о 35-40% по спискам для «Единой России». И, в общем-то, при грамотном распределении сил, при привлечении хороших специалистов (с чем есть проблемы, как я уже сказал) ЕР может в итоге кардинально улучшить результат пятилетней давности.

Версия для печати