Активист-трезвенник:  в УрФО нужен сухой закон. Ведь мы нисколько не хуже Чечни. Ведь так?
28 февраля 2013

Владислав Шурыгин:

«Выйти на новый уровень за пять лет для российской армии вполне реально»

Фото: actualcomment.ru

На расширенной коллегии министерства обороны Владимир Путин поставил задачу: Вооруженные силы «должны выйти на принципиально новый уровень возможностей уже в ближайшие 3–4–5 лет». В беседе с корреспондентом «Клуба Регионов» военный эксперт Владислав Шурыгин отметил, что требование президента вполне выполнимо при наличии грамотных специалистов, необходимых финансов и политической воли.

«Клуб Регионов»: В своем выступлении Владимир Путин поднял проблему недоукомплектованности так называемых бригад постоянной готовности рядовым и сержантским составом и потребовал решить ее в течение двух лет. При этом он подчеркнул, что срок службы по призыву останется годичным. Можно ли, на ваш взгляд, укомплектовать войска на 100 процентов без отказа от призыва?

Владислав Шурыгин: Эту проблему решить можно и без перехода на полностью контрактную армию. На самом деле призывников у нас хватает, даже с запасом. Проблема заключается в огромном количестве уклонистов и дикой непопулярности сегодняшней (срочной) службы. Поэтому нужно сделать службу в армии более популярной, принять законы, которые стимулируют службу, например, принять закон о том, чтобы ввести срочную службу обязательной первой ступенькой госслужбы. В этом случае количество призывников увеличится, я думаю, вдвое. Плюс к тому принята программа по контрактникам – примерно 450 тысяч человек (425 тыс. к 2017 году. – Прим. ред.). И если все это будет доведено до ума, то с учетом срочников мы вполне нормально сможем укомплектовывать части.

«Клуб Регионов»: Путин также коснулся проблемы качества боевой подготовки, он призвал повысить требования к каждому бойцу и командиру. Реально ли за год сделать из призывника грамотного оператора-наводчика или, тем более, снайпера?

Владислав Шурыгин: Как раз грамотным оператором-наводчиком или снайпером сделать за год – никаких проблем. Сложно в такой срок подготовить специалиста, скажем, по обеспечению ядерных систем или по наведению зенитно-ракетных комплексов, а для мотострелковых войск обучить солдата за год проблем не составляет. Во время войны солдата вообще учили три месяца, а офицера полгода. В наших Вооруженных силах солдаты-срочники выполняют роль мобилизационного компонента, то есть мы их готовим для запаса, на случай войны, которая вполне возможна. И для такой вероятной войны нам, конечно, нужно иметь мобилизационный комплект. А другая половина армии – это профессионалы: офицеры, прапорщики-мичманы (Минобороны планирует восстановить институт прапорщиков, ликвидированный при Сердюкове. – Прим. ред.) и солдаты-контрактники, которые могут выполнять сложные задачи.

«Клуб Регионов»: Однако известно, что проведенная недавно проверка боевой готовности войск, включавшая переброску сил из Центральной России на Урал, выявила ряд проблем, в том числе низкую подготовленность солдат-срочников, даже таких специалистов, как механик-водитель.

Владислав Шурыгин: Но это связано с чем: с тем, что они год служат, или с тем, что сейчас нужно пересматривать систему боевой подготовки?

«Клуб Регионов»А вы как думаете?

Владислав Шурыгин: Я считаю, что при Сердюкове, особенно в последнее время, армия находилась в полупарализованном, летаргическом состоянии, рассыпались все системы. Поэтому ничего не работало, несмотря на то, что вкладывались громадные деньги. Сейчас у нового министра есть возможность многие вещи поменять. Будет он это делать или не будет, мы это увидим в ближайшее время. При хорошей нагрузке, при хороших программах год – это избыточное время для того, чтобы подготовить солдата.

«Клуб Регионов»: На коллегии Минобороны Путин заявил, что «уже к 2015 году доля вооружений нового поколения должна составить 30 процентов, а к 2020 году дойти до 70–100 процентов». Получается, что за семь-восемь лет военная техника в Вооруженных силах, в том числе в авиации и на флоте, должна быть обновлена едва ли не полностью, ведь сейчас доля современных образцов не превышает 16 процентов…

Владислав Шурыгин: Я думаю, что здесь речь идет, скорее, о благих пожеланиях, потому что профессионалам понятно, что за семь-восемь лет долю новой и современной техники можно будет довести в лучшем случае до 50-60 процентов. А 90-100 процентов у нас никак не получится, просто потому, что госпрограмма вооружений (до 2020 года) не предусматривает покупки такого количества оружия.

«Клуб Регионов»: Да и объемы уже поставляемой техники пока не впечатляют: например, современных истребителей Су-35 по гособоронзаказу за 2012 год было построено шесть единиц.

Владислав Шурыгин: Насколько я знаю со слов (вице-премьера) Рогозина, с этого года мы выходим на крупносерийные поставки. Оборонно-промышленному комплексу поставлена задача, чтобы в год, скажем, истребителей одного типа строилось не меньше 30-40 самолетов. Что из этого получится, увидим во второй половине года.

«Клуб Регионов»: Ряд экспертов, в том числе финансисты, высказывают сомнения в исполнимости госпрограммы вооружений до 2020 года в связи с не самыми радужными экономическими перспективами: темпы роста ВВП едва ли достигнут необходимых пяти процентов. У вас есть ощущение, что руководство страны намерено, несмотря ни на что, реализовать программу перевооружения армии?

Владислав Шурыгин: У меня есть ощущение, что государство настроено твердо, но, безусловно, по ходу выполнения ГПВ-2020 будет корректироваться, потому что она создавалась в какой-то степени в спешке и без учета многих составляющих. Сумма названа, программа заложена, и, как любая программа, она достаточно гибкая. Но я не думаю, что она может быть скорректирована резко в сторону сокращения в больших масштабах того, что армии действительно необходимо.

«Клуб Регионов»: Во все заголовки попало программное заявление верховного главнокомандующего: Вооруженные силы России должны «выйти на принципиально новый уровень возможностей уже в ближайшие 3–4–5 лет». Насколько это реально?

Владислав Шурыгин: Я думаю, что это абсолютно реально при наличии хороших специалистов, финансов и политической воли. В принципе еще до начала реформы Сердюкова такая возможность у России имелась, и это (реформа) в какой-то степени являлось сдерживающим фактором. Но сегодня под эту задачу выделены деньги, и это действительно реально.

«Клуб Регионов»: Еще одна цитата Путина: «Наша задача – создать современные, мобильные, хорошо оснащенные Вооруженные силы, готовые оперативно и адекватно ответить на любые потенциальные угрозы». На любые – значит, и на потенциальную агрессию блока НАТО. А может ли постсоветская Россия в принципе противостоять такому противнику?

Владислав Шурыгин: Задачей-то является не разгромить блок НАТО. Имеется в виду задача создать такие Вооруженные силы, которые сделали бы агрессию против России бессмысленной, не решающей задачи…

«Клуб Регионов»: И с неприемлемым ущербом для агрессора, правильно?

Владислав Шурыгин: С неприемлемым ущербом и с невозможностью достичь поставленной цели в какие-то вменяемые сроки.

«Клуб Регионов»: Коллегия Минобороны прошла на фоне пересмотра многих решений, действительно спорных, принятых Сердюковым. Однако Путин фактически аккуратно одернул Шойгу и Генштаб, заявив, что «бесконечных ревизий ранее принятых решений быть не должно». Остановится ли после этого Минобороны на занятых позициях или все-таки можно ждать отмены еще каких-то непопулярных решений прежнего военного руководства?

Владислав Шурыгин: Во-первых, давайте уточним: Путин не одернул Шойгу, а повторил Шойгу. На самом деле новый министр обороны на совещаниях несколько раз сказал, что мы пришли заниматься не реваншизмом, а пришли корректировать. То есть речь идет не о том, чтобы возвращаться назад, что потребует громадных денег, тем более, что и возвращаться некуда: эффективность пройденного давным-давно исчерпана. Задача откорректировать нововведения так, чтобы они были полезными.

«Клуб Регионов»: Объявленное восстановление Таманской и Кантемировской дивизий, ранее сокращенных до бригад, вы поддерживаете?

Владислав Шурыгин: Я поддерживаю возвращение дивизий на западном и восточном (стратегических) направлениях, там, где они абсолютно оправданы, потому что там нужно иметь крупные соединения, которые позволяют вести различные боевые действия, в том числе наступательные. Бригады в этом случае, как мелкая россыпь, там не работают. А для юга, Северного Кавказа и направления на Среднюю Азию, наоборот, более удобны бригады. Поэтому я выступаю за гибкую систему организации наших Вооруженных сил, которая сочетает в себе преимущества и бригад, и дивизий.

«Клуб Регионов»: Если резюмировать сказанное, что мешает нашей армии стать одной из самых боеспособных: нехватка денег или неправильные реформы?

Владислав Шурыгин: Вопрос абсолютно некорректный. Лучшей в мире армией не становятся просто так. Наша армия много лет являлась лучшей в мире армией. И даже в период ее развала в 90-е годы она оставалась лучшей в мире, потому что ни у кого не возникало желания ее проверить. И война с Грузией показала, что эта проверка плохо заканчивается. Поэтому вопрос можно ставить только в плоскости – что нужно делать, чтобы привести российскую армию к нормальному состоянию. Ответ заключается в сочетании грамотных управленческих решений и нормального финансирования.

С Владиславом Шурыгиным беседовал Александр Егоров

Версия для печати