Экс-мэр Новгорода:  сегодня доходы не покрывают муниципальный долг, по сути, город – банкрот
23 марта 2015

Александр Бречалов:

Мы выполняем с губернаторами одни и те же задачи

Фото: oprf.ru

Какую цель ставит Общероссийский народный фронт, критикуя губернаторов; почему главам регионов не стоит бояться ОНФ, но необходимо прислушаться к общественности; над чем сейчас работают «фронтовики» – на эти и другие вопросы ответил сопредседатель центрального штаба ОНФ Александр Бречалов.

– Александр Владимирович, за последние месяцы лишились своих постов сразу несколько губернаторов, чьи действия вызывали критику общественных организаций, в том числе ОНФ. Каким региональным лидерам, на ваш взгляд, сейчас стоит задуматься и начать опасаться?

– Опасаться ОНФ, наверное, не стоит никому. Губернаторы – это креатура президента. Он же является лидером движения ОНФ. Поэтому, по идее, мы выполняем с губернаторами одни и те же задачи: они – в вертикали властной, мы – в вертикали общественно-политической. Здесь изначально не заложено никакого противостояния, и целью ОНФ не может быть снятие того или иного губернатора или министра. Это исключено. Наша задача – качественно реагировать на то, что нам говорят люди. Проблемы же возникают только тогда, когда главы регионов нас не слышат. И если эта реакция приводит к неким конфликтам в регионе, то тогда мы обозначаем проблему, в том числе и перед президентом.

– Сейчас есть какие-то регионы повышенной напряженности?

– Я могу назвать несколько регионов, но это не в разрезе претензий к губернаторам. Подмосковье – буквально на днях большое было расследование по статье расходов на пиар, на поддержку СМИ и на внутреннюю политику. Сумма кратно превышает аналогичные затраты в других регионах. И это не может нас не беспокоить. Но еще раз подчеркну: здесь вопрос не к губернатору, речь о том, чтобы его команда обратила внимание на конкретный эпизод. Кстати, губернатор уже отреагировал абсолютно нормально. Он сделал выводы и поставил задачу эти расходы сократить. Это классический пример конструктивного диалога.

Есть несколько эпизодов в Свердловской области. Опять же - вопрос не к Куйвашеву (Евгений Куйвашев – губернатор Свердловской области. – Прим. «КР»), а к тем людям, которые некоторое время назад, когда строилось «Екатеринбург-ЭКСПО», руководили «Корпорацией развития Среднего Урала». И смогли так наруководить, что только по одному объекту нанесли убыток бюджету в 1,6 млрд рублей, а неэффективных расходов совершили на 3 млрд рублей. Это подтвердила Счетная палата. И, безусловно, как бы это ни упаковывала пресса, здесь нет никакого подтекста. Нет никакой задачи свести счеты с Куйвашевым. Дай бог ему здоровья и пусть он руководит регионом. Но по этому конкретному эпизоду мы будем продолжать расследование.

– Но если такие эпизоды происходят, это значит, что губернатор в лучшем случае недостаточно четко контролирует ситуацию…

– Именно так. Вот Бречалов руководит Общественной палатой Российской Федерации и является сопредседателем ОНФ. И я несу за это полную ответственность. Перед президентом, перед лидером Фронта (Владимир Путин является лидером ОНФ. – Прим. «КР») несу ответственность персонально я. И буду отвечать за каждую неточность, за каждую недостоверную информацию.

Но по регионам ни у меня, ни у моих коллег нет списка, что называется, кто следующий. У нас есть эпизоды, на которые необходимо обращать внимание. Да, получается иногда так, что по отношению к одному региону этих эпизодов больше, чем к другому. Но это зависит не от нас. Это в первую очередь – активность граждан. Граждане поверили, что ОНФ – это та площадка, на которой решаются проблемы.

– Какова скорость прохождения сигнала от возникновения некой новой проблемы и до подключения к ней внимания ОНФ?

– 80 или даже 85% информации, которая к нам поступает, обрабатывается в течение 5–7 суток. Это очень оперативно. Гораздо быстрее, чем в любом органе власти. У нас тысячи обращений и просто нет операционной возможности обрабатывать их, скажем, в течение суток.

– Но если, например, забить в новостной поисковик недавнюю историю с электричками, то видно, что общественные организации подключились к ней тогда, когда она уже была на пике…

– Бывают, честно скажу, и упущения, но их по минимуму. Однако и темы бывают разные. Когда, например, администрация Сахалинской области размещает на сайте госзакупок закупку на унитаз в 220 тысяч рублей, тут ничего пояснять не нужно. Это очевидная история, и скорость реакции соответствующая – буквально сутки-двое. Что касается электричек, то я лично потратил около двух дней, чтобы внимательно, поэтапно разобраться в вопросах ценообразования, тарифов, нагрузок на федеральный и региональный бюджеты, вникнуть в проблемы пассажиропотока на тех или иных направлениях. То есть это - не очевидный вопрос. Было огромное количество писем по этой теме и в ОП, и в ОНФ. Но для того, чтобы выступить с каким-то публичным заявлением, нужно было провести экспертную работу. Ни в коем случае нельзя сваливаться в оголтелую критику, и не дай бог ОП или ОНФ выйдет с голословными обвинениями.

– А если ОП или ОНФ выйдет с заявлением: «есть проблема, людям не на чем ехать». Зачем сразу называть виноватых?

– Проблему мы обозначали практически сразу же. Но отрицая – предлагай. И таких решений было очень мало. А иная реакция меня лично не устраивает, она только раскачивает ситуацию, пока непонятную для нас. Например, по некоторым направлениям звучало так: отменены электрички. Но это было не так, из десяти электричек на одном направлении сняли три – потребности в такой частоте движения не было.

На те коллективные письма, которые к нам поступили, мы направили ответ о том, что мы разбираемся в ситуации, буквально мгновенно. И еще в начале декабря писали обращение и на президента, и на Медведева, и на Якунина. Другое дело, что когда эта критическая масса накопилась и электрички отменили там, где действительно не на чем добраться, тогда это уже сработало как спусковой механизм.

В целом я считаю, что по большей части вопросов у нас реакция оперативная. Сейчас мы работаем над темой, которая не очень качественно подается в информационном поле: онкологические больные и их проблемы с получением лекарств. Мы занимаемся этим вопросом. С одной стороны, очевидно, что все эти круги ада онкологическому больному пройти – лучше, действительно, простите, умереть. А с другой стороны, есть негативный опыт, когда наркосодержащие препараты попадали совершенно в иные руки. Как эту проблему решить? Мы собрали всю информацию от всех экспертов и совсем скоро, думаю, будем выходить с конкретными предложениями.

– Насколько, по вашим ощущениям, позиция ОП или ОНФ учитывается при принятии итоговых решений?

– Мнение ОНФ, безусловно, сейчас очень весомо. В том числе и потому, что два основных направления – «За честные закупки» и мониторинг исполнения указов президента – как проекты выстроены очень качественно. Они направлены исключительно на результат, а не на процесс. И результаты действительно резонансные. Вы говорили про губернаторов: и по новосибирскому, и по брянскому, и по волгоградскому были закрытые доклады от ОНФ. И результат вы знаете. Так что, считаю, ОНФ абсолютно заслуженно стал полноценным игроком в общественно-политической жизни.

– То есть для решения проблемы нужно бежать в прокуратуру или сразу в ОНФ?

– Одно другого не исключает. В большинстве случаев прокуратура – эффективный правоохранительный орган. Но если мы говорим про оперативность, про огласку, которая иногда сама помогает решать проблему, – здесь ОНФ, ОП более эффективные площадки.

– Становится ли меньше сомнительных госзакупок?

– Да. По отдельным направлениям мы уже близки к искоренению этого явления. Например, автомобили стоимостью больше 3 млн рублей сейчас заказывают уже кратно реже, чем в 2013г. и первом полугодии 2014г. Попадаются, да, особенно у компаний с государственным участием. Но в разы меньше.

– Но автомобили – это такая надводная часть, понятная и очевидная. И явно не главная проблема системы госзакупок. Что необходимо сделать для того, чтобы в принципе система была эффективнее, чтобы в ней невозможно было, например, проводить конкурсы под конкретного победителя?

– Можно сколько угодно совершенствовать законодательство. Но опыт показывает: только общественный контроль может менять ситуацию. У меня нет сомнений в том, что тот человек, который будет до выборов исполнять обязанности губернатора Сахалинской области, десять раз подумает, стоит ли отдавать подряд одной и той же организации. Глава региона, глава госкомпании должен знать, что проблема не решается на уровне «вась-вась», когда можно договориться с местной Счетной или Общественной палатой. А вот когда скриншот с сайта госзакупок пошел по Сети и он пошел в Народный фронт – вот ты сиди и гадай, пронесет тебя или нет, попадешься ты или нет. У нас за полтора года собралось около десяти тысяч граждан, которые участвуют в этой работе. И это не есть специально дипломированные эксперты, это самые разные люди, которым просто не все равно. Вот, например, Наталья Карпеко из Сахалинской области, я ее лично даже не знаю, но она мне больше всех писала в «Фейсбук». По многим эпизодам мы проводили проверку. Цепочка замкнулась, люди поверили, что их активность работает. И общественный контроль – это то, что может существенно снизить пресловутую коррупцию.

– Декоративны ли местные Общественные палаты?

– К сожалению, в большей части да. Это абсолютно нормальная ситуация и ни в коем случае не камень в огород моим коллегам-общественникам. Человек живет на территории, и в его жизни многое зависит от лояльности к главе региона, к правоохранительным органам. У нас непуганых немного, которые держат удар. Когда я приезжаю и вижу такое благодушие – все замечательно, все одобряем – на заседаниях Общественных палат, я понимаю, что я здесь обратную связь не сниму. Меня как секретаря ОП это не может устраивать.

– Так, может, они вообще не нужны, а нужны просто активисты?

– Нет, все-таки нужны. Они в регионах действуют на основании закона, который определяет их статус, полномочия, в каком-то смысле определяет формат взаимодействия. То есть если Общественная палата обращается к местному депутату, главе города или региона, он не может это проигнорировать, и де-юре, и де-факто. Но и другая работа тоже нужна. У нас, например, в этом году пройдет девять региональных форумов – мы их назвали «Сообщество» – для активных граждан, вне зависимости от их партийной принадлежности и ангажированности общественными организациями. Главный критерий – за этим человеком должны быть абсолютно конкретные дела. Малые, большие – не важно. Ценится не масштаб проекта, а его качество. Первый такой форум пройдет в Нижнем Новгороде уже в конце марта.

Фактически, поддерживая гражданских активистов, мы создаем конкуренцию. Глава каждого региона должен понять: делать лояльную, причесанную общественную конструкцию нет никакого смысла. Поскольку в любом случае мы выходим на коммуникацию с теми, кто обладает реальной, актуальной повесткой для региона. Понятно, что губернатору это не просто: зачем ему как главе региона какие-то люди, которые хоть и правдивую повестку несут, но она какая-то не такая, тяжело решаемая или вовсе не решаемая? Поэтому да, декоративность – объективная реальность в большей части регионов. Хотя бывает и по-другому. У нас самые активные палаты в Саратовской и Ульяновской областях. В Саратовской области у председателя Общественной палаты хорошие отношения с губернатором, но он ему постоянно шпильку вставляет - там посмотрите, здесь не так. А в Ульяновской области губернатор сам сознательно создает для себя бурлящий котел… Я такого в других местах не видел, чтобы предприниматель вставал и говорил: «Знаете, Сергей Иванович, вы в иллюзиях пребываете. Вам ваши докладывают все не так…» А губернатор в ответ: «Хорошо, а как?» И там меньше всего напряженности. Почему? Потому что есть диалог. И декоративность в итоге будет снижаться за счет конкуренции, которую мы уже создаем.

– В чем – с учетом экономической ситуации – сейчас приоритеты общественных инициатив?

– Каждому времени соответствует свой восходящий тренд. В 90-е это было предпринимательство – самое разное. Сейчас, на мой взгляд, тренд, который только увеличивается, – гражданская активность. Поэтому все инициативы Общественной палаты – об общем реестре, о разделении политически и социально ориентированных НКО – конечно, направлены на прозрачность, на упрощение для людей возможности заниматься общественно полезными делами. И мы сознательно выбрали два основных направления на 2015г.: гражданская активность и регионы. На форумы «Сообщество» мы не будем выезжать с установкой «приедем и вас научим». Наоборот. Это общение, это взаимное обогащение знаниями, на основании которых мы к концу года будем делать какие-то выводы для президента. Кроме того, мы запустили отдельный проект «Перспектива» для потенциальных лидеров общественного мнения. Мы поддерживаем их административно, можем поддержать и финансово – через партнерские программы. Большая часть людей занимается гражданской активностью по зову сердца. Но я не удивлюсь, если многих из этих людей в 2016г., в 2018г. мы увидим и в органах законодательной и исполнительной власти.

– То есть в списках на выборах…

– Это не есть четко структурированная задача, но почему бы и нет. Безусловно, что выборы 2016-2018 гг. добавят социальным активистам еще и политически. Кто эти люди? Могу пример привести. У нас есть активист, член региональной Общественной палаты Пензенской области Анна Кузнецова, НКО «Покров». Занимается проблемами детства, материнства, помощи семьям, попавшим в трудную жизненную ситуацию. Ее личная аудитория в соцсетях больше, чем у всей Общественной палаты Пензенской области, больше, чем у Законодательного собрания Пензенской области. Это настоящий лидер общественного мнения. И, безусловно, мы ее поддержим, потому что понимаем, что человек с такой позицией принесет гораздо больше пользы, чем тот, кто стремится во властные структуры ради корыстных целей.

Что же касается экономических сложностей, то Общественная палата внимательно следит за ситуацией. 24 марта у нас здесь будет Игорь Иванович Шувалов, мы проведем открытые широкие слушания по экономической повестке. Приоритетом, на мой взгляд, должна быть сбалансированная устойчивая экономика в настоящий момент. То, что предлагается сейчас, – например, социально ориентированным НКО срезали 960 млн по линии минэкономразвития – это не выход. Забирая чуть меньше миллиарда рублей у НКО, мы однозначно в каких-то местах будем повышать градус социальной напряженности.

– Всегда ли можно доверять мнению общественности? Это, конечно, зеркало, но картинку оно может передавать с искажениями…

– Первая функция и главная задача ОП и ОНФ – это слушать, слышать и оперативно реагировать. У нас большая палитра мнений. Огромное количество по делу, но бывают и такие общественники («борцы с коррупцией»), которые на самом деле решают свои личные задачи. Так что выслушать – выслушаем, но в любом случае нам нужно экспертно, очень качественно ко всем вопросам подходить, иначе мы свалимся в уличный популизм, который недопустим для института гражданского общества.

 Российская газета

Версия для печати