Политтехнолог Алёна Август:  есть экологи, а есть псевдоэкологи, есть общественники, а есть хайпожоры
3 июля 2020

Дмитрий Журавлёв: Путину поправки об обнулении не нужны. Они нужны его окружению

Фото: РИА Новости

«Клуб Регионов» обсудил с политологом, генеральным директором Института региональных проблем Дмитрием Журавлёвым причины успеха голосования за поправки к Конституции, за которые высказались 78% из почти 68% избирателей, пришедших на участки.

– Ни на федеральном, ни на региональном уровнях поправки никто подробно не разбирал, людям их смысл особо не объясняли. Тем не менее подавляющее большинство проголосовало за. Как вы думаете, почему? Кто в основном эти люди, которые поддержали поправки?

– Я знаю одного социолога, который на основе предварительного опроса создал социальный портрет голосующих за и против, и выяснилось, что они абсолютно похожи. Социальных различий между ними нет, но есть различие установок.

Но той части населения, которое мы называем низами [по уровню доходов], выданной пропаганды хватает, потому что они патерналисты, они выбирают между тем, что есть, и вариантом, при котором юридических оснований для патернализма станет больше. Они в любом случае от этих поправок ничего не теряют, может быть, они от этого что-то приобретут, а не приобретут – тоже ладно.

А вот со средним классом есть недоработка. Он любит логику. Мы, к сожалению, ударились в прямую пропаганду: «Придите на выборы, это очень важно». Но тут надо было обсасывать каждую поправку, говорить конкретно, что в результате принятия этого документа вы, Вася Пупкин, получите конкретную пользу, например, возможность в Конституционном суде отстаивать свое право на зарплату. Но я понимаю, почему мы пошли по этому пути: потому что текст сложный, а времени мало, и если обсасывать каждую поправку, то это нужны диспуты и заседания академии наук. И мы пошли более легким путем, а в этом есть проблемы для среднего класса и для молодежи, особенно для молодежи студенческой, потому что она любит головой.

– А средний класс в России – это вообще кто?

– Это в основном жители городов-миллионников. Но в каждом городе тоже есть средний класс в виде заместителя мэра, руководителей департаментов мэрии и еще 10–15 человек. Обслуга власти и крупного бизнеса – это и есть средний класс. Какая-то часть этих людей голосует за, какая-то голосует против, но с этими людьми можно работать, повышать за счет них явку, потому что средний слой наиболее политически активен, но при этом наиболее политически дисциплинирован. Те, кто не явился [на участки], – они и есть средний слой.

– Владимир Путин неоднократно призывал всех ответственных чиновников отказаться от использования административного ресурса на этом голосовании. Но руководители всех уровней слишком назойливо призывали своих подчиненных голосовать.

– Вы можете мне не поверить, но я убежден, что, призывая отказаться от принуждения, президент был искренен. В принципе, президент прекрасно проживет и без поправок. Если говорить об обнулении, то поправки нужны не президенту, они нужны приближенным. Владимир Путин у нас столько лет президент, что он будет лидером нации в любой должности. Но его соратникам важно, чтобы он оставался президентом вечно, потому что, пока он президент, они соратники президента. И в остальном то же самое.

Да, в конечном счете результаты голосования всегда можно будет трактовать как голосование по доверию президенту. Но Владимиру Путину нужна чистая победа, потому что обвинения в получении результата нечестным образом для него гораздо вреднее. Ему нужно согласие людей с тем, что эта победа в реальности была.

– Председатель ЦИК Памфилова заявляет, что серьезных нарушений в ходе голосования не было, легитимность тоже не вызывает сомнений. По вашей оценке, на местах действительно сработали честно?

– Перекосы всегда будут, тем более при этой нашей патерналистской логике, когда местные начальники хотят быть святее Папы Римского. Есть у нас вот этот плановый подход, вот это «мы сделали всё, что могли». И этот подход создает очень много глупостей. И вот этих начальников, которые лезут из кожи вон, их всегда было много и будет очень много. Но я надеюсь, их очень хорошо пресекают. Можно по-разному относиться к Памфиловой, но она человек энергичный, и она не боится пресечь, поэтому я думаю, что при большом количестве дураков реальное количество нарушений не очень большое.

– То есть сейчас региональных чиновников при помощи дрына приучили к тому, чтобы они не злоупотребляли?

– Их не приучили, у них просто отбили охоту. Но от них только на минутку отвлечешься – они опять за старое. Это в подсознании, выбить это очень трудно, это вбивалось сто лет, что планы нужно перевыполнять, причем любой ценой.

– Очень много рассуждений сейчас, что после голосования власти вернут режим жесткой самоизоляции, ведь коронавирус не исчез. Какой у вас прогноз?

– Вряд ли это произойдет. Конспирологи считают, что ограничения созданы исключительно для усиления контроля над людьми. Но делать это реальная власть просто поленится. Если ограничения созданы только для контроля, то, в принципе, речь идет о создании системы, при которой власть будет знать о передвижениях каждого человека. Только что с этой информацией потом делать – в этом огромном количестве фактов, которые нельзя систематизировать? И если главная задача ограничений – не контролировать каждый ваш чих, то они не вернутся, потому что ограничения действуют не только на людей, но и на экономику, а значит, на карман тех, кому эта экономика принадлежит.

Версия для печати