Глава Тувы:  земляки обеспокоены новостью о том, что на территорию Тувы упали обломки космического корабля «Прогресс»
22 апреля 2011 | Архив

«Тувинская правда»: Кара-оол способен выстраивать отношения с Москвой

Исполнилось четыре года, как на пост главы Тувы был назначен Шолбан Кара-оол. Чем стали эти годы для республики? Журналисты «Тувинской правды» предлагают небольшую ретроспективу промежуточных итогов деятельности премьера и его команды.

политика

Слом старой структуры законодательной власти и ликвидация чересчур Великого Хурала – это, безусловно, одна из самых существенных заслуг нынешнего правительства. Что бы там ни говорили защитники либерализма, для Тувы, где около трети населения живет за чертой бедности, парламент в 162 депутата с ежегодным бюджетом в почти 200 млн. рублей был явной роскошью. Как по расходам на содержание, так и по эффективности работы. Последнее, пожалуй, даже важнее, если вспомнить, с какой натугой каждый год проходил через многочисленные и не всегда чистые депутатские руки закон о бюджете – по полгода, а то и больше. Насколько дееспособно сокращенное до 9 постоянных депутатов законодательное собрание – покажет время. Но показательно уже то, что республика впервые за несколько лет получила бюджет на 2011 год, практически не заметив самого бюджетного процесса, в установленные сроки, без истерик и выламывания рук друг другу. Одно плохо – на все про все ушло целых три года. Однако это не столько вина команды Кара-оола, сколько беда существующего законодательства, при котором столь радикальные реформы невозможно проводить оперативнее.

При всей сложности задачи по слому Хурала кара-ооловский менеджмент все-таки успел сделать еще кое-что. Шолбан Кара-оол создал абсолютно новую даже для России практику взаимоотношений региональной власти с органами местного самоуправления. Суть ее в том, что правительство республики нашло и задействовало рычаги влияния на местную власть, которая в ряде случаев, пользуясь статусом всенародно избираемых, стала откровенно наглеть. В Пий-Хеме глава района устроил из местной администрации клановое предприятие. Барун-Хемчикский управляющий начал распоряжаться бюджетом как своим кошельком. Деньги, предназначенные для поддержки молодых семей, раздал близким и дальним родственникам, назначил себе и приближенным повышенную зарплату при том, что район погряз в долгах перед ЖКХ и ТЭК. В Кызылском районе чиновники практически в открытую занялись воровством – земельные участки и недвижимость муниципалитета распределялась ими за копейки в собственность родни.

Сегодня благодаря инициированному правительством закону распоясавшиеся и потерявшие совесть главы муниципалитетов, несмотря на выборность, потеряли статус неприкасаемых. Местные хуралы представителей могут отстранить их как по собственному желанию, так и по обращению руководителя республики. Этот кнут общественность муниципалитетов уже использует, и не только для того, чтобы наказать провинившееся начальство, но и вообще подстегивать чиновников к более активной работе на благо людей.

Социальная сфера

Порядок во власти – первое и необходимое условие для того, чтобы бюджетные деньги доходили до тех, кому они предназначались. Социальная сфера в этом плане лучший индикатор. А здесь факты и цифры говорят сами за себя. Взять для пущей наглядности кризисный 2009 год. За этот год было сдано в эксплуатацию 48,1 тыс. квадратных метров жилья (на 8,1 процента больше, чем в 2008 году). При этом правительство республики разрешило индивидуальным застройщикам отпускать деловой лес на льготных условиях. «Частники» с помощью кредитов и субсидий построили 498 домов общей площадью 36, 1 тыс.кв.метров.

Проведен капитальный ремонт 55 многоквартирных домов для 8342 жильцов. Завершены долгострои, фигурировавшие десятилетиями в инвестиционных программах в качестве пусковых. Введена «бородатая» (27 лет!) больница в Туране, аэровокзал, Национальный музей (19 лет!).

Выяснилось, что в бюджете дотационной республики есть деньги. А ведь именно ссылкой на дефицит финансов бывший кабмин аргументировал запущенные стройки. Объемы федеральной помощи оставались практически теми же, с плюсом на инфляцию. Но этого оказалось достаточно, чтобы активно строиться. На гигантские объекты, типа пресловутой овчинно-шубной фабрики, ставшей практически бюджетным «пылесосом», никто уже не замахивался. Средства перестали «размазывать» на все и вся, концентрируя точечно на ключевых объектах.

Наиболее приросла спортивная инфраструктура. И не только в городе. Спорткомплексы «Субедей», им. Ивана Ярыгина, десятки сельских спортсооружений. Только в том же кризисном 2009-м ввели в эксплуатацию два сельских спортивных зала в Овюре и Сут-Холе и футбольное поле с искусственным покрытием на столичном стадионе. Построены 4 спортзала для школ, заработал плавательный бассейн, в этом году власти замахиваются еще на два.

Результат не заставил себя ждать – с притоком детей в массовый спорт появились таланты для большого, профессионального спорта. Тува сделала скачок в подготовке спортсменов экстра-класса, в частности, для единоборств.

Похожее оживление в сфере культуры и образования. Реконструированы кинотеатр «Найырал», Тувинский музыкально-драматический театр, сельские клубы, ранее влачившие жалкое существование, стали походить на очаги культуры. Полностью реконструированы школы в десятках сел. Сегодня многие из них не идут ни в какое сравнение с тем, что они представляли из себя лет 5 назад. Кроме новой мебели, транспорта и прочего оснащения, полученного в рамках нацпроектов, большинство укомплектовано компьютерными классами с доступом в Интернет.

С трудом, но разворачивается лицом к современным требованиям самая консервативная и неповоротливая из всех социальных отраслей – здравоохранение. В сущности, пока здесь шла лишь расчистка и подготовка площадки для рывка, который предстоит сделать в 2011-2012 годах за счет программы модернизации. Вложить в нее планируется беспрецедентно огромную для республики сумму – 1,4 млрд. рублей. Но создан и фактический задел – это два новых блока республиканского перинатального центра, причем один из них уже введен в эксплуатацию.

Сельское хозяйство

Естественно, как от предпринимателя, наибольшей отдачи от Шолбана Кара-оола ждали в развитии экономики и бизнеса. И, надо сказать, ожидания эти во многом оправдались, хотя с условиями премьеру не очень повезло – работа его пришлась на самый пик финансового и экономического кризиса, когда приходилось заниматься не столько наращиванием доходности народного хозяйства, сколько его спасением. На тот же АПК, кроме безденежья, в эти же годы свалились аномально суровые зимы и бескормица, поставившие в очень сложное положение отгонное животноводство Тувы. Всей республикой выручали, к примеру, эрзинских, тес-хемских, а затем монгун-тайгинских фермеров, в хозяйствах которых эти беды сотнями выкашивали сельхозживотных.

Но правительство выдержало этот экзамен. Более того – как раз в той экстремальной обстановке, пожалуй, и появилось осмысленное понимание того, как вытаскивать сельское хозяйство республики, а значит, и само село, из ямы многолетней экономической безнадеги и полного уныния. Во-первых, через укрупнение мелких хозяйств и кооперацию частных собственников. Она должна изменить и оптимизировать территориальную структуру сельского хозяйства, углубить процессы специализации на выгодных для того или иного района направлениях.

Скажем, горные окраинные районы юго-запада с менее развитой транспортной и иной инфраструктурой ориентировать исключительно на мясное животноводство. В центральных – за счет восстановления и нового строительства мелиоративных систем вводить в оборот пустующие земли под корма, создавать фермы со стойловым содержанием животных, которые со временем должны составить альтернативу менее эффективному с точки зрения товарного производства отгонному животноводству. Их развитие, в свою очередь, должна стимулировать сеть малых и средних предприятий по хранению и переработке сельскохозяйственного сырья, а также сбытовая инфраструктура в виде оптовых и розничных рынков, мобильных заготовительных пунктов, упрощающих крестьянам сдачу своей продукции.

Первые шаги в этом направлении уже сделаны. В нескольких районах Тувы запущены цеха по переработке шерсти и мяса. В Каа-Хемском районе – молочно-товарная ферма. В Кызыле – птицефабрика, на которую замкнут ряд зерноводческих хозяйств. В Пий-Хеме в 2011 году начнется строительство свинокомплекса, он, в свою очередь, тоже потребует мощной базы по производству кормов. В Кызыле и ряде крупных райцентров намечено открытие дополнительных рынков для крестьян.

Сельскохозяйственное производство сегодня – это 48 крупных и средних предприятий, 940 крестьянско-фермерских хозяйств, 341 кооператив и порядка 55 тысяч личных подсобных хозяйств граждан. Но еще очевиднее подъем, если взять главный для Тувы показатель – численность поголовья скота. Если в 2007 году общее стадо едва превышало 900 тыс. голов, то к 2011 году оно выросло почти до 1,5 млн.

Промышленность

Промышленное производство – это то, чего у Тувы еще 3-4 года назад, по большому счету, практически не было, если не считать золотодобычу. Даже предприятия ТЭК, включая угледобычу, работали себе в убыток, накапливая многомиллионные долги. По сути дела, все, что производилось, шло на внутренние нужды республики, которая при этом не всегда еще и могла заплатить за товар. Само собой, что объемы производства не превышали размеров внутреннего рынка.

Выправить ситуацию только бюджетными вливаниями было невозможно. Задачу – привлечь значительные частные инвестиции для подъема экономики – правительство начало решать с 2007 года. Лежавший на боку с начала постсоветского периода Каа-Хемский угольный разрез за последние три года смог вдвое увеличить объемы добычи угля.

Возвращается к жизни и «Туваасбест», простаивавший более 20 лет. Реанимировать бывшего гиганта советской оборонки, на 90 процентов растащенного и разрушенного, оказалось не так просто. Но другого выбора у властей республики просто нет – от возрождения асбестового производства зависит жизнь города с 15-тысячным населением, который и задумывался изначально как его спутник. На предприятии дважды сменился собственник, прежде чем удалось сдвинуть дело с места.

Четыре года назад комбинат, добывавший во времена СССР более 90 тыс. тонн асбеста в год, едва-едва достиг объема в 1,5 тыс. тонн. Сегодня его выпуск и продажу довели до 6,5 тыс. тонн, число рабочих увеличилось до 200, в нынешнем году комбинат подписал несколько крупных контрактов на поставку своей продукции, в том числе на экспорт. При поддержке правительства республики предприятие надеется получить кредитные ресурсы на дополнительное оборудование и технику, оборотные средства, чтобы довести добычу до 20 тыс. тонн в год, при которых производство сможет приносить прибыль.

Бизнес

Еще один, пока никем по достоинству не оцененный, плюс новой команды – это «зеленый» свет предпринимательству. Причем, Кара-оол кардинально отличился от предшественника тем, что средства на организацию бизнеса начали выдавать всем, кто имел желание и смелость открыть свой бизнес, а также умел убедить в этом распорядителей госпомощи. Даже не имевшие за душой ни копейки безработные обрели при нем шанс получить стартовый капитал на свое дело.

Разумеется, дело не только и не столько в лояльности премьера к собратьям по коммерческому цеху. Просто, когда настала пора ставить задачи и требовать их выполнения, обнаружилось, что поручать-то особенно и некому. Как и давать деньги на эти задачи. Весь так называемый средний класс, на котором держится рыночная экономика любого региона и страны, в 2007 году составлял в Туве всего-то около 9 тысяч человек. Если точнее, то индивидуальных предпринимателей насчитывалось что-то около 8 тысяч человек, малых предприятий – 745. Да и работали они по большей части в тени, приученные к тому, что от государства не то что помощи, а вообще ничего хорошего ждать не приходится.

Кара-ооловский кабмин этот пессимизм переломил, открыв «Бизнес-инкубатор», где занялись выращиванием деловых людей, а также сняв множество барьеров для занятий малым бизнесом. Но главное – всем, кто захотел попробовать себя в бизнесе, без всяких отступных и откатов стали предлагать финансовую помощь. На это аккумулировали средства внебюджетных фондов, целевых программ и даже программы занятости безработных. Сняли, какие можно, ограничения по налогам. При этом премьер не считал для себя зазорным помочь даже мизерным проектам вроде создания массажного кабинета для стариков или частной столярной мастерской.

И народ пошел в бизнес. Только среди безработных с 2008 года получили статус ИЧП более 1700 человек. Вместе с ними количество индивидуальных предпринимателей с 8 тысяч выросло к 2011 году до 12 с лишним тысяч. Число малых предприятий удвоилось и составляет сегодня более 1,5 тысячи. Плотность предпринимателей на душу населения в Туве сейчас повысилась до 1 на 200 жителей, а была до 2007 года почти в 2 раза меньше. Для сравнения: в среднем по России этот важнейший показатель развития рыночной экономики составляет 1 к 51, по Сибирскому федеральному округу – 1 предприниматель на 56 жителей.

Туве до этого уровня еще расти и расти, но даже при нынешнем приросте предпринимательской массы на внутреннем рынке уже наметилось что-то похожее на конкуренцию. По крайней мере, торговля и сфера услуг стали подтягиваться до приемлемого качества товаров и сервиса, цены перестали безбожно задирать, ассортимент расширился. Потребителю уже не приходится ездить в Абакан или Новосибирск за новой шубой, на диагностику авто или за комплектом материалов для ремонта квартиры.

Сейчас, судя по заявленной премьером программе поддержки товаропроизводителей в 2011 году, правительство приступает к следующему этапу пестования предпринимательского класса – к выбору из тех, кто доказал свою деловую состоятельность, претендентов на более крупные проекты, связанные не с перепродажей чужих, а с производством собственных товаров. Они могут рассчитывать не просто на помощь, а серьезные инвестиции со стороны республики.

Прямо скажем: если бы новый госменеджмент, как и предыдущая власть, ударился сразу в строительство какой-нибудь очередной овчинно-шубной фабрики или коврового производства мощностью на пол-Европы, веры бы ему не было никакой. Но когда люди вместо занятий, обещающих громкий пиар и легкую перекачку бюджетных денег, выбирают рутинную и неблагодарную с точки зрения саморекламы работу по взращиванию собственных рокфеллеров, это достойно, по меньшей мере, доверия.

Инвестиционный климат

То, что в Туву за четыре года прошло больше инвесторов, чем за весь постсоветский период, а это 26 лет, – факт неоспоримый. Китайская «Лунсин», швейцарская «Тардан-Голд», базэловская ТГРК, норникелевская ГРК, а также такие акулы международного бизнеса, как Евразходинг и Северсталь, – вот перечень только самых крупных из них. Однако весь их инвестиционный потенциал пока остается полностью не активированным из-за проблемы транспортной доступности республики – отсутствия железной дороги.

Проект ее строительства, запущенный в разработку еще при советской власти, – совершенно особый раздел категорий для оценки всех, кто приложил к нему руку. В свое время Шериг-оол Ооржак пытался сделать на нем политический капитал и продлить свое правление в Туве. Увы! Поначалу воспринятый республикой с энтузиазмом, этот проект потом только добавлял брешей в позиции и репутацию бывшего премьера.

Насколько нам известно, Шолбану Кара-оолу, памятуя неудачный пиар-опыт предшественника, еще при вступлении в должность советовали не ввязываться, насколько это возможно, в гиблое дело дальнейшего продвижения плана строительства железной дороги. Во-первых, было ясно, что проект стоимостью в 117 млрд. рублей – а именно во столько оценена смета строительства тувинской жд, – это дело не пяти и, может быть, даже не 10 лет. Так, во всяком случае, прогнозировал его перспективы один из российских олигархов – предполагаемых соинвесторов стройки. Кроме того, предприятие такого масштаба – это, в конце концов, исключительная компетенция федеральной власти и крупного российского бизнеса. И уж только потом – региональной администрации.

Однако молодого премьера эти предостережения, похоже, только раззадорили. Он, наоборот, включился в активное лоббирование стройки. Каждая из его встреч с президентом или премьером, включая неофициальные, обязательно заканчивается разговором о необходимости ускорения строительства железной дороги. Из-за нее же разрываются отношения с миллиардером Сергеем Пугачевым, компании которого слишком, по мнению Кара-оола, медлят с реализацией проекта. В результате олигарх лишается должности сенатора от республики в Федеральном Собрании.

Усилия, как это ни удивительно, к 2011 году начинают приносить плоды. В 2009-м Владимир Путин поручает Минрегиону создать консорциум участников строительства железной дороги. В 2010-м проект включают в Стратегию развития Сибири, с учетом которой верстается трехлетний бюджет страны и фонд государственных инвестиций. В 2011 году завершаются техническая, а затем и финансовая экспертиза проекта. И, наконец, уже в нынешнем апреле предполагается вбить первые костыли на нулевых километрах дороги в Курагино и Кызыле.

Федеральный фактор

Перипетии вокруг железной дороги, истории участия республики в федеральных программах ветхого жилья, снижения напряженности на рынке труда, «Дороги России» и др. открыли нам нового Кара-оола: регионального политика, способного выстраивать выгодные для республики отношения с Москвой. Не случайно, что его фамилия уже в прошлом году появилась на высоких местах в различных рейтингах федеральных политиков.

Но самое главное: Кара-оол фактически «вернул» Туве Сергея Шойгу, с которым предшественник так и не смог выстроить конструктивные отношения. Мощная поддержка нашего знаменитого земляка помогла и помогает решать самые сложные проблемы.

При всем том – умении установить контакт, поддерживать его и извлекать из хороших отношений с федералами солидные «бонусы» для Тувы – премьер успел показать и то, что способен на решительную и жесткую реакцию в случаях, если эти отношения начинают выходить за правила игры.

Вместо комментария

Естественно, этот обзор не претендует на исчерпывающую картину всех четырех лет губернаторства Шолбана Кара-оола. Но ведь и срок для такой оценки еще не подошел. Однако если бы сейчас, подводя черту этим годам, пришлось выбирать между минусом и плюсом, выбор этот был бы все-таки в пользу позитива. Причем, к этому склоняются не только местные эксперты, но и российские.

Тува, действительно, очень заметно прибавила за этот короткий период, выпавший к тому же на кризис. По некоторым позициям, таким, к примеру, как темпы производства, строительство жилья, прирост собственных доходов, и другим, республика именно в эти годы стала впервые выбиваться в лидеры среди регионов Сибири и даже России. И об этих успехах стоило говорить хотя бы для того, чтобы поддержать наконец-то наметившуюся тенденцию к прорыву из многолетней экономической депрессии.

Александр Филатенко

«Тувинская Правда»

Версия для печати
Главное