19 сентября 2023

Эксперты объяснили, почему Северный Кавказ стал аутсайдером по развитию МСП

Пять регионов Северного Кавказа вошли в десятку субъектов РФ с самым низким уровнем вовлеченности жителей в малый и средний бизнес. Последнее место в рейтинге, который представило РИА «Новости», занимает Ингушетия – там в июле 2023г. насчитывалось 24,5 тыс. малых и средних предприятий, включая ИП, или 12,2% от общей численности занятых в экономике. На втором месте с конца – Карачаево-Черкесия. В последнюю десятку вошли Дагестан, Чечня и Северная Осетия. Также в антирейтинге Чукотка, Еврейская автономия, Мордовия, Якутия и Бурятия.

Результаты исследования подтверждают и участники рынка на местах. «В Мордовии очень низкая платежная способность, малый бизнес не выживает. Все субъекты МСП – это дочерние предприятия крупных предприятий. Остальные идут в бюджетные учреждения. Те же, кто действуют самостоятельно, которых не «крышуют» крупные, больше подвергаются давлению со стороны КНД [контрольно-надзорной деятельности]», – рассказал представитель бизнес-сообщества республики, попросив не указывать его имя. 

Директор Института социально-экономических исследований Финансового университета при правительстве РФ Алексей Зубец видит разные причины для таких низких показателей в СКФО и на Дальнем Востоке. «Северный Кавказ – это зона, в которой самая большая в России доля «серой» экономики. Вполне возможно, что люди там просто не регистрируются, не платят налоги, хотя и занимаются торговлей, сельским хозяйством, каким-то мелким производством. А что касается Чукотки, Бурятии, Якутии и других регионов Дальнего Востока, здесь надо понимать, что основой для малого предпринимательства является либо сфера услуг, либо сельское хозяйство, либо торговля. В условиях сурового климата и низкой плотности населения в эти регионах там просто нет предпосылок для создания каких-то сервисных предприятий, сельскохозяйственного производства и торговли», – прокомментировал показатели рейтинга эксперт.

Член совета торгово-промышленной палаты РФ по финансово-промышленному развитию Игорь Скляр говорит, что усилия Федеральной налоговой службы на Кавказе всё же дают результаты. «Не думаю, что там кто-то еще остался в тени, – считает Скляр. – Причина заключается в том, что там просто низкая экономическая активность, всё сосредоточено в других направлениях. Либо в этих регионах ждут какие-то федеральные деньги для отдельных инвестиционных проектов, куда потоком включится малый бизнес. А первопричиной малой вовлеченности я считают отток населения в регионы, где созданы условия для роста. Проще говоря, почти всё социально и экономически активное население, числясь на Северном Кавказе, находится в Москве и там занимается бизнесом». Вместе с тем Скляр заметил, что в некоторых регионах Северного Кавказа власти прикладывают серьезные усилия для развития МСП. «Из опыта могу сказать, что в ту же Чечню Рамзан Кадыров не пускает никакие сетевые магазины как раз для того, чтобы развивался малый бизнес», – привел он пример.

Природно-географические факторы среди определяющих называет директор Центра региональной политики РАНХиГС Владимир Климанов: «В России есть целые макрорегионы, где рыночные факторы перестают действовать при отсутствии сверхстимулирования со стороны государства. Такой зоной провала рынка является, например, Арктика». Но и там ситуацию уже нельзя назвать безнадежной: «Например, если предприятие имеет статус резидента Арктической зоны, его деятельность становится определенно выгодной, поэтому нельзя однозначно утверждать, что в Арктике предпринимателей будет меньше, чем на других территориях страны», – добавил эксперт.

«Малый бизнес нацелен на удовлетворение локального спроса у отдельных групп населения, имеющих какую-то критическую массу», – продолжает Климанов. Именно поэтому МСП развивается больше в больших городах, так что лидерство в рейтинге Москвы и Петербурга волне логично. «В регионах, где доходы населения невысоки, сложно будет развивать бизнес, настроенный на удовлетворение спроса потребителей. Такой бизнес может просто оказаться нерентабельным. Поэтому традиционно в аутсайдеры по количеству предприятий малого и среднего бизнеса попадают бедные регионы. И это те самые территории Северного Кавказа, та же Бурятия и ЕАО, отдельные регионы юга Сибири», – сказал собеседник «Клуба Регионов».

Игорь Скляр, рассуждая о других участниках десятки аутсайдеров, призвал не забывать о факторе спецоперации. «Если посмотреть репортажи телеканалов, в основном ребят показывают из Бурятии и Чукотки. Когда мужское население, наиболее потенциально [расположенное] к развитию малого и среднего бизнеса, сейчас участвуют в зоне проведения СВО, о каком вовлечении в бизнес может идти речь?  Учитывая местные обстоятельства как таковые, нужно быть аккуратнее с рейтингованием и особенно с какими-то резкими выводами по поводу данных в этих рейтингах», – высказал Скляр свое мнение.

Отметим, рейтинг РИА «Новости» основан на данных Росстата и Единой межведомственной информационно–статистической системы (ЕМИСС). Его авторы обратили внимание, что в большинстве регионов из нижней части рейтинга численность работников на предприятиях МСП показывает положительную динамику.

Версия для печати
Главное
Кремлевские креаторы уточнили, кого считать социальным архитектором
Пятый номер журнала «Государство» полностью посвящен социальным архитекторам – осмыслению и уточнению самого понятия, а также роли, которую в государстве и обществе должны сыграть специалисты нового времени. По мнению редакции «Клуба Регионов», таким образом авторы, среди которых неизменно присутствуют представители администрации президента, решили напомнить всем причастным, с какой целью первый замруководителя АП Сергей Кириенко в начале 2025 года объявил о старте конкурса «Социальные архитекторы». Кто такой социальный архитектор сегодня? Самопереименованный политконсультант или массовик-затейник с дипломом РАНХиГС? Авторы пятого номера «Государства» дают развернутый ответ на этот вопрос более чем на 120 страницах. «Клуб Регионов» поставил перед собой амбициозную задачу объединить авторские определения и видения этого понятия в одно.