Губернатор Кобзев:  это отличный шанс убрать турбулентность в Иркутске. Навоевались уже, хватит
11 марта 2020

Виктор Потуремский:

губернаторы становятся системнее и измеримее

«Клуб Регионов» спросил у гендиректора Центра стратегического проектирования Виктора Потуремского, имеют ли губернаторы возможность критиковать федеральный центр и облегчает ли их партийная принадлежность участие в выборах и работу на посту главы региона.

– Председатель «Яблока» Николай Рыбаков попросил врио губернатора Пермского края Дмитрия Махонина присвоить имя Бориса Немцова одному из скверов в Перми. Ситуация для главы региона кажется не очень удобной: с одной стороны, ранее он выдвигался в Госдуму от этой партии, с другой – позиция федерального центра по этому вопросу кажется более чем понятной. Как вести себя в этой ситуации губернатору?

– У нас есть очень хорошие примеры того, как вести себя в таких ситуациях, и очень странно, что мы про них забываем. Примеры заключаются в следующем: давайте посоветуемся с жителями. Давайте вспомним историю с екатеринбургским храмом, которую можно было не доводить до того градуса и той степени эскалации. Давайте вспомним Хабирова с его идеей обсудить с людьми, как увековечить память Рудольфа Нуреева, который при всей противоречивости его фигуры является великим артистом и точно достоянием всей страны и Башкирии. Поэтому ничего нового я не предложу. Мне очень не нравятся в этой связи попытки политизировать подобные ситуации и придать им именно политический контекст. Это касается и инициаторов, и власти в этой ситуации.

– Вы говорите про всенародное, публичное обсуждение?

– Да, и логично, если модератором будет выступать власть. У нас есть соответствующее законодательство: это могут быть опросы, референдумы. Можно найти адекватную форму. Но тут уж, простите, я не специалист по праву и конкретные рекомендации давать не могу и не буду.

– Если региональная власть выступает модератором или организатором подобной дискуссии, федеральный центр может одобрить такие публичные обсуждения?

– А в чем проблема?

– Есть ощущение, что федеральный центр не очень заинтересован в том, чтобы присваивать имя Немцова чему-либо вообще.

– Я думаю, что вы не правы.

– То есть если губернатор организует такую дискуссию, то никаких проблем у него не будет?

– Не думаю. Я как социолог придерживаюсь позиции, что люди знают лучше и понимают лучше, нужно с ними советоваться и задавать вопросы. К этому, собственно, и президент призывает.

– Вернемся к Махонину. После его назначения все вспомнили, от какой партии он шел в Думу. Сейчас он вроде и не «яблочник», но и не единоросс. Как вы думаете, полезно ли Махонину с электоральной точки зрения светить свое «яблочное» прошлое?

Давайте посмотрим на результаты выборов высших должностных лиц прошлого года. Я могу сказать точно, что политическая принадлежность тех или иных губернаторов – это далеко не решающий фактор. Например, Паслер в Оренбургской области: человек компетентный, который показал, что может решать суперсложные вопросы, связанные с моногородами, занятостью и прочим. Текслер в Челябинской области показал просто чудеса, Бабушкин перезапустил судостроительную отрасль в Астраханской области… Этот список можно продолжать, ведь есть, например, и Осипов в Забайкальском крае. В повестке выборов с их участием не было вопроса о «Яблоке», «Единой России» и так далее. То есть если высшее должностное лицо может показать результаты, если это сказывается на качестве жизни и отвечает интересам жителей, если он может принимать быстрые решения, то это имеет гораздо большее значение, чем принадлежность к той или иной партии.

Вспомните, как всё происходило в прошлом году, когда многие утверждали, что «кандидаты от «Единой России» обречены» и так далее. Но ничего же не произошло. Небо на землю не упало. Те, кто шли под партийным брендом, избрались, причем с достаточно убедительными результатами.

– Вы перечислили губернаторов, которые на тот момент почти все были беспартийными. Но есть губернаторы, которые формально принадлежат к другим партиям: это Бурков, Островский, Клычков...

– А что, у Буркова есть какие-то проблемы из-за его эсеровского происхождения?

– Об этом и вопрос. Насколько, на ваш взгляд, таким губернаторам труднее или проще работать?

Не труднее и не проще. Все зависит от конкретной ситуации, от личной компетентности. Вы вспомнили Буркова, который показал очень высокий класс игры и сумел воспользоваться всеми видами ресурса – и оппозиционным, и провластным. В этом году давайте посмотрим на очень интересное решение, которое возникло в Республике Чувашия. [Назначенный врио главы региона справоросс] Олег Николаев является там безусловным лидером, а также неформальным лидером в электоральных предпочтениях. И вот он пойдет на выборы самовыдвиженцем. Что это меняет? На мой взгляд, абсолютно ничего.

– А может ли принадлежность губернатора не к «Единой России» быть для него полезной в том смысле, что федеральный центр сохраняет принцип квоты? Например, некоторые эксперты считают, что Островского уже бы давно уволили, если бы он представлял не ЛДПР. На ваш взгляд, такая логика насколько справедлива?

Эта логика внутрицеховая и очень политическая. Не стану отрицать, наверное, в этой арифметике есть своя правда: сколько у нас губернаторов-коммунистов, сколько губернаторов-элдэпээровцев и так далее? Но я бы все-таки вернулся к той практике, которую я имею: в первую очередь суждение людей о губернаторе. Это: справляется – не справляется, полезен – не полезен, есть надежда или нет надежды. Люди мыслят в гораздо более прагматических критериях. И они принимают решения прежде всего с точки зрения, «годен – не годен» тот или иной человек выполнять полномочия руководителя региона, уж простите за такую утилитарную формулировку.

– При этом мы наблюдаем, что, к какой бы партии ни принадлежали губернаторы, они все стараются быть системными и эту свою системность демонстрировать. Поголовная системность всех губернаторов – это для политической системы хорошо или плохо?

– Губернатор – человек системный, безусловно. Это человек, который осуществляет функцию государственной власти в рамках региона. Быть вне системы он просто не может. К чему приводит уход губернатора на большую политическую повестку с точки зрения качества жизни людей в регионе, мы видели. Возьмем в качестве примера Республику Хакасию и то, что происходит с ней сегодня. В ситуацию в регионе вынужден вмешиваться президент, подменяя собой государственную региональную власть. Это нормально? Нет, это ненормально. Но господин Коновалов очень хорошо рассуждает, совершенно безответственно и совершенно бессодержательно, про взаимоотношения с ФПГ, про социальную политику и так далее, но ничего не делает на месте. Поэтому повторю еще раз: губернатор по определению не может быть вне системы, а если губернатор вне системы, то это прежде всего угроза региону и угроза интересам жителей.

– Возможно ли сейчас появление губернаторов, которые могут себе позволить критиковать действия федерального центра?

– Сейчас у нас есть орган, который называется Государственный совет и в котором губернаторы могут себе это позволить и делают это. Поверьте, это происходит. Что касается публичной политики, да, у нас вертикаль, но она возникла не вчера и даже не позавчера. В этом смысле у нас возможности губернатора по критике федерального центра достаточно ограниченны, но так происходит везде. Это некое универсальное правило. И то, что губернатор не призывает к сепаратизму и не грозит Москве созданием республики, на мой взгляд, это, безусловно, хорошо, и это показывает, что у власти, у государства есть позитивный тренд и очень серьезный запас прочности.

– Если говорить о взаимоотношениях федерального центра с губернаторами, то в какую сторону система и системность будут развиваться?

– Это такой большой вопрос, и как бы не растянуть ответ на него на полтора часа. Но давайте попробуем.

У нас происходят серьезные изменения внутриполитического курса. Реально можно говорить, что 15 января в послании Федеральному Собранию президент переопределил и критерии, и цели работы власти на всех уровнях, в том числе и для региональной власти. Прежде всего, это очень мощный разворот к внутренней повестке, самое главное – социальная сфера и новые способы взаимодействия власти и населения, я имею в виду провозглашаемые президентом уважение, достоинство и прочие смыслы в этом ряду. Соответственно, региональной власти и партиям придется перестроиться, и прежде всего партии власти. Эти изменения мы сейчас и наблюдаем. Если посмотреть сейчас, как работает власть, на наиболее успешные примеры, на тех губернаторов, которые входят в топ рейтингов, то в голову приходит Андрей Воробьёв, который как миссию подмосковной власти провозгласил критерий «чуткая власть». В этом направлении всё и будет развиваться: социальная сфера как приоритет, больше внимания к нуждам людей, не закрывание глаз на проблемы. С этого года начали действовать KPI для оценки работы губернаторов. Всё становится системнее, полноценнее, измеримее, точнее и определеннее. Как-то так я бы ответил на ваш вопрос.

Инна Бурчик
Версия для печати